Тот, кто знает. Том 1. Опасные вопросы - Александра Маринина

Но наступило 1 сентября и с ним - первое жестокоеразочарование. Игорь так ждал этого дня, он был уверен, что к нему как кновичку, приехавшему из Ленинграда, из города-героя, колыбели Революции, всеотнесутся с интересом, будут расспрашивать, он окажется в центре внимания истанет со знанием дела рассказывать москвичам про Эрмитаж, про крейсер"Аврору", про Петродворец и про то, как ночью разводят мосты надНевой. И разумеется, после первого же дня в новой школе он обзаведется новымидрузьями, вместе с которыми будет ходить в кино, играть в футбол летом и кататьсяна коньках зимой. Но все вышло совсем не так.

Мама уже давно показала ему, где находится школа, это совсемнедалеко от их дома, и 1 сентября Игорь заявил, что провожать его не нужно, онвполне справится сам.

- Не забудь, - несколько раз повторила мама, - твойкласс - четвертый "Б", учительницу зовут Зоя Николаевна.

На школьном дворе ученики выстроились на торжественнуюлинейку. В первый момент Игорь растерялся и даже пожалел, что отказался отмаминой помощи. Где искать свой класс? Им хорошо, они все друг друга знают, аему как быть?

- А где четвертый "Б"? - спросил он дрожащимголосом у какой-то толстой тетки в сером костюме, торопливо пробиравшейсясквозь толпу.

- Вон там, - она махнула рукой куда-то в сторону. - Тыновенький, что ли?

- Да, я из Ленинграда.

Но на тетку сообщение о том, что он из Ленинграда, непроизвело ни малейшего впечатления.

- Вон туда иди, видишь, где Зоя Николаевна стоит,высокая такая, с белой косынкой, - равнодушно бросила она и куда-то умчалась.

Высокую женщину с белой косынкой на шее Игорь увидел ирадостно направился прямо к ней.

- Я Игорь Мащенко, - заявил он без предисловий.

- И что? - Зоя Николаевна недоуменно приподняла тонкиевыщипанные брови над круглыми глазами.

- Я новенький.

- Ах да… Хорошо, иди встань вместе с классом.

Ребята оживленно разговаривали, обмениваясь впечатлениями олетних каникулах. Им было о чем поговорить, ведь они три месяца не виделись! Идаже не заметили, что к ним подошел какой-то незнакомый мальчик.

Линейка закончилась, директор торжественно потрясла меднымколокольчиком, что должно было означать первый звонок на первый в новом учебномгоду урок, и все весело повалили в школьное здание. Игорь понуро плелся сзади.

В классе он попытался усесться за последнюю парту в дальнемряду, возле окна, в ленинградской школе он всегда сидел именно на этом месте,но подошедший вихрастый мальчишка бесцеремонно шлепнул перед ним свой пузатыйпортфельчик со словами:

- Это наше место. Вали отсюда.

Рядом с вихрастым стоял еще один пацан, маленького росточка,со злыми глазками. На лице его явственно читалось: "Вот только попробуй невстань, вот только попробуй."

Игорь встал и принялся озираться в поисках другого места.Все парты уже были заняты, единственное свободное место оказалось на первойпарте, прямо перед столом учительницы, но садиться туда Игорю не хотелось.

- Тише, дети! - закричала Зоя Николаевна, жестомуспокаивая галдящий класс. - Сели все по местам! Быстренько! У нас в классеновенький, его зовут Игорь…

- Мащенко, - быстро подсказал Игорь.

- Игорь Мащенко. Игорь, ты хорошо учился?

- Нормально, - растерялся он.

- Ну вот и хорошо, будешь сидеть с Сашей Колбиным. Янадеюсь, вы подружитесь, и ты будешь помогать Саше с уроками.

С этими словами Зоя Николаевна показала рукой на ту самуюпервую парту, за которой он так не хотел сидеть.

Класс разразился дружным ржаньем, но Игорь не понял, чтотакого смешного сказала учительница. И только через несколько дней до негодошло, в чем дело. Саша Колбин был посмешищем всего класса, с ним не хотелисидеть вместе, и тем более никто не хотел с ним дружить. Толстый, неопрятный, вочках, только частично компенсировавших сильную близорукость, Колбин вдобавокбыл непроходимым тупицей, не вылезавшим из "двоек", за что и получилсреди одноклассников прозвище "Колобашка". На переменках ребята,пробегая мимо Игоря по коридору или школьному двору, весело спрашивали:

- Ну как Колобашка? Правда, клевый?

Или предупреждали:

- Смотри, не провоняйся от Колобашки.

И, не дожидаясь ответа, бежали дальше, к своим совместнымиграм и развлечениям в компаниях, сложившихся и устоявшихся еще с первогокласса. Новенький как таковой им был неинтересен, и про Ленинград никто его неспрашивал. Оказывается, как раз этим летом они всем классом ездили на десятьдней в Ленинград и все видели своими глазами: и белые ночи, и разводящиесямосты, и Эрмитаж, и крейсер "Аврору". Игорь оказался обреченным наобщение с тупым Колобашкой, которого не интересовало ничего, кроме хоккея.

Но именно с хоккея все и началось. В сентябре проходилахоккейная суперсерия СССР - НХЛ, игры транслировали по телевизору, и измученныйсобственной отверженностью Игорь в отчаянии пригласил Колобашку к себе домойсмотреть матч. Трансляции шли поздно вечером, и ему пришлось просить маму,чтобы та позвонила родителям Колбина. Уж о чем они там разговаривали, Игорь неслышал, но результат его ошарашил: в гости к семье Мащенко явилось всесемейство Колбиных в полном составе - мама, папа, старший брат и сам Колобашка.

- Мы так рады, что у Сашеньки наконец появился друг вшколе, - чирикала Колобашкина мама. - А то он все один да один, ни с кем недружит.

Колобашку как самого слабовидящего усадили прямо передэкраном.

- Во клево! - не переставал восторгаться Саша. -Никогда по такому классному телику хоккей не смотрел.

Телевизор у Мащенко и впрямь был отличный, цветной, сбольшим экраном, фирмы "Грюндиг". Наши хоккеисты победили со счетом7:3, и стены квартиры, да и всего дома в тот вечер содрогались то от ревавосхищения, то от стонов отчаяния.

На другой день к Игорю в школе подошел Гена Потоцкий, тотсамый вихрастый паренек, который прогнал его с задней парты возле окна.

- Колобашка сказал, что смотрел вчера хоккей у тебядома. Врет, нет?

- Смотрел, - подтвердил Игорь, замирая от страха иодновременно от радости. К нему впервые обратился кто-то, кроме ненавистногоКолобашки. И не просто кто-то, а сам Генка Потоцкий. За несколько дней Игорьуспел понять, что Генка - самый авторитетный в классе, как скажет - так ибудет.

- Он говорит, у тебя телик клевый. Врет, нет?

- "Грюндиг", - неумело пытаясь скрытьгордость, заявил Игорь.

- Ух ты! А чего ты с Колобашкой сидишь? Убогих любишь?