Комната старинных ключей - Елена Михалкова

Час от часу не легче. Полина не продумывала вегетарианское меню. Как же Доктор забыл предупредить ее? Хороша бы она была, подав гостье на ужин свиную отбивную.

Мысленно девушка перебрала запасы и пришла к выводу, что свежих овощей и зелени хватит на один день полноценного четырехразового питания. А если у вегетарианки хороший аппетит?! Тогда на полдня. А что потом? Перейдет на розы?

– Хоть рыбу-то она ест, эта художница? – с отчаянием спросила Полина.

– Она ест все, кроме мяса.

Что ж, рыбы у них хватает. Нужно немедленно сказать Кларе Ивановне, чтобы разморозила форель.

– Кто третий? – с опаской поинтересовалась Полина. Пусть хотя бы этот окажется нормальным человеком: обжорой и курильщиком, противником здорового образа жизни.

– Третий – Воловик.

– Зачем мне его профессия! Как его зовут?

– Зовут его Воловик, – раздельно произнес Василий. – Фамилия – Воловик, а зовут Тарас. Он юрист крупной автомобильной компании. Такой крупной, что в нашей стране крупнее уже некуда.

«Тарас Воловик», – вывела Полина в блокноте.

– А отчество?

– Иммануилович.

Полина начала сердиться.

– Послушайте, мне не до шуток. Этот Воловик приедет в ближайшие два часа, и я понятия не имею, что для него готовить. А вы тянете время!

– Это вы тянете время, – флегматично отозвался Василий. – Нашего третьего гостя зовут Тарас Иммануилович Воловик. С двумя «эм» и одной «эн». Папа у него был Иммануил, понимаете?

– И назвал сына Тарасом?!

– А вы бы предпочли, чтобы он назвал его Иммануилом, в свою честь?

Полина представила, как она по утрам встречает гостя со словами: «Здравствуйте, Иммануил Иммануилович!» И решила, что Тарас – отличное имя.

– Хорошо. Что у Тараса Иммануиловича с пищевыми пристрастиями?

– Известных мне нет. Говорят, он гурман, но что предпочитает, я не смог выяснить.

«Значит, это тот самый клиент, который приедет по рекомендации», – сообразила Полина, вспомнив слова Ковальского.

– Еще что-нибудь о нем?

– Ничего.

– Тогда переходим к следующим двум…

Полина перелистнула страничку и приготовилась записывать.

– Не переходим, – отрывисто сказал Василий.

Девушка подняла на него удивленные глаза.

– Почему?

– Потому что я ничего о них не знаю.

– Хоть имена…

– Ничего. Ни имен, ни фамилий. Все вопросы – к Анжею Михайловичу. Он их пригласил.

«Ах, вот оно что! – подумала Полина. – Тебя задело то, что Анжей не посоветовался с тобой. Ты точно так же, как и я, не знаешь, кого ожидать».

Она повеселела: наконец-то с водителя хоть немного сбили спесь. Наконец-то они на равных! Пусть даже это равенство в неосведомленности.

Девушка захлопнула блокнот и поднялась. Мысленно она уже прикидывала, какой гарнир приготовить к рыбе.

Из задумчивости ее вывел вопрос водителя.

– Так я могу вернуться к работе?

Снова эта изысканная, издевательски вежливая интонация! Того гляди прибавит «мэм» и приподнимет несуществующую шляпу.

В том, что Василий спрашивает ее разрешения там, где оно не требуется, было что-то, выводившее Полину из равновесия.

– Возвращайтесь, – разрешила она подчеркнуто великодушно.

И еще рукой махнула: мол, не препятствую. Работайте, негры, солнце еще высоко.

Василий тут же засвистел себе под нос и отвернулся к машине.

Полина, нахмурившись, смотрела ему в спину. В уме у нее зрел вопрос.

– Василий, а у вас есть ключ? – вдруг спросила она.

Водитель нехотя повернулся к ней.

– Какой еще ключ?

– Один из тех, которые выдает Анжей. Если у кого-то большие проблемы.

Василий неприятно осклабился.

– Я похож на человека, у которого есть большие проблемы?

В низком гараже он внезапно показался Полине еще выше ростом, чем обычно. В ней ожили воспоминания о том, как она боялась его в первые дни. Девушка сглотнула и отступила назад. Похоже, она не на шутку рассердила его своим вопросом.

– Так похож или нет? – с опасной вкрадчивостью спросил Василий и шагнул к ней. Глаза блеснули болотной зеленью.

И Полина спасовала.

– Вовсе нет! – воскликнула она, почти не лукавя. В эту секунду она действительно не думала, что у водителя большие проблемы. Он сам был одной большой проблемой. – Я просто так спросила! Из любопытства. Это чудесно, что у вас нет больших проблем! Я вот, знаете, не могу похвастаться тем же самым. Вам это, конечно, не очень интересно…

– Не очень, – подтвердил Василий.

– Тогда не буду надоедать вам историями своей жизни, – выкрутилась Полина и ретировалась.

Василий постоял, щурясь на солнце, как кот. Вернулся к машине. И вдруг пнул со всей силы коробку с грязными тряпками.

Вторая гостья появилась за двадцать минут до обеда.

Полина видела, как она выбирается из такси: тяжеловесная женщина с коротко стриженными черными волосами. На вид ей было не сорок, а все пятьдесят. Квадратный подбородок глубоко утоплен в ворот мешковатого серого свитера. Бесформенная длинная юбка едва приоткрывает носы грубых «солдатских» ботинок. Полина ожидала увидеть тонкую фею кисточки и мольберта, а увидела валькирию с мужеподобным лицом.

Но «валькирия» улыбалась. И оттого сразу понравилась девушке. Стояла, держа в одной руке видавшую виды спортивную сумку, и улыбалась, глядя на дом. Так улыбается человек при встрече со старым другом.

Полина спохватилась, что загляделась через окно на художницу. И со всех ног бросилась встречать ее.

Но Василий успел первым. Когда девушка выскочила из дома, гостья и водитель уже стояли рядом и непринужденно болтали.

– А это наша новая экономка, Полина, – сказал Василий, смерив девушку уничижительным взглядом. – Немного нерасторопна, но это пройдет.

Полина молча проглотила заслуженный упрек.

Художница протянула ей руку.

– Приятно познакомиться! Я – Ирма.

Рукопожатие у нее оказалось крепким. И вся она была крепкая, веселая и жизнерадостная. «Неунывающий оптимист» – так в первую секунду подумала Полина.

А во вторую секунду заметила опустившиеся уголки губ. Глубокие морщины на лбу, как у старухи. И безмерную усталость в темных глазах.

На губах женщины по-прежнему играла слабая улыбка. Но Полине вдруг показалось, что она вот-вот упадет.