Роман с убийцей - Владимир Колычев

На допрос его выдернули в первом часу дня. Им снова занялся начальник уголовного розыска, в этот раз без нарушения норм Уголовно-процессуального кодекса.

– Кто стрелял в Кононенко? – спросил Жменьев, пристально глядя на Олега.

– Что с ним? – вопросом на вопрос ответил тот.

– Да с ним-то все хорошо. Пока, во всяком случае.

– Что значит пока?

– Нормально все, пулю доктора вытащили, печень даже не задета.

– Это хорошо.

– Кто стрелял в Кононенко?

– Не знаю, не видел лица.

– Ты тоже стрелял, когда догонял?

– Из чего? – Олег изобразил удивление.

– На месте предполагаемого происшествия мы нашли гильзы от «ПМ».

– А в Серегу стреляли!

– В него стреляли из «беретты». А вы – из пистолета Макарова.

– Кто это мы?

– Бубнов подтвердил данный факт.

– Если он и стрелял, то я этого не видел, – с усмешкой сказал Олег.

Сознайся Бубен, Жменьев сейчас выкладывал бы на стол оба пистолета. Бубен знал, где Олег их спрятал. Но Жменьев не доставал эти козыри за отсутствием таковых.

– В Пронько тоже стреляли из пистолета Макарова.

– Нет у вас доказательств. Не выходит каменный цветок.

– Где пистолет?

– Не знаю.

– Что ты забрасывал на крышу гаража?

– Ну не орудие же убийства.

– Где оно?

Олег имел представление о баллистической экспертизе, знал, что идентификация ствола производится как по пуле, так и по гильзе. Менты уже могли сравнить гильзы, найденные на месте убийства Пронько, с теми, которые остались возле гаража, и убедиться в их различии по характерным царапинам, оставленным на металлической оболочке при выбросе. Если гильзы из разных партий, то их даже в лупу рассматривать не надо. Не мог Бубен стрелять из пистолета, из которого был убит Пронько. Человек, ранивший Сирого, не мог оставить на месте гильзу от орудия убийства.

– Ладно, мы все выясним, когда найдем пистолет, от которого ты избавился. Он ведь теперь на дне пожарного пруда лежит, да? – спросил Жменьев.

– Какого пожарного пруда? – Олег напрягся, чтобы не выдать своего замешательства.

Пожарный пруд не такой уж и большой, чтобы его нельзя было перелопатить вдоль и поперек. Если менты зададутся целью, то они найдут ствол. Причем тот самый, из которого кто-то убил Пронько. Тогда Олегу точно не отвертеться.

– Того самого пруда, в районе которого тебя задержали. Все очень серьезно, Кондратьев, – произнес Жменьев и сурово нахмурил брови.

– Да я и сам все понимаю. Но я не убивал Пронько.

– Не убивал?

– Нет.

– А на месте преступления тебя видели.

– Да, но уже после того, как оно случилось.

– В Кононенко кто-то стрелял. Вдруг это был тот самый человек, который убил полковника Пронько?

– Так вы же сами сказали, что у него была «беретта».

– Орудие убийства он мог скинуть и остаться с одной «береттой».

– Не знаю.

– Почему после убийства преступник отправился к вам?

– А он это сделал?

– Что вы с ним не поделили?

Олег кивнул, исподлобья глядя на майора. Он понял, куда клонит Жменьев. Тот хотел сказать, что убийца был их приятелем. Просто возникла ссора, которая поставила его и Сирого по разные стороны баррикады.

– Я, конечно, не киллер и не разбираюсь в тонкостях, – пожимая плечами, проговорил Олег. – Но сторож не слышал выстрелов. Значит, киллер работал через глушитель. А зачем ему брать на дело два пистолета с этими штуковинами? Второй, который на всякий случай, для подстраховки, можно было бы и без глушителя взять.

– Ну да, тебе виднее, Кондратьев, – сказал Жменьев и хищно усмехнулся.

– Вам бы шарики надувать. Из болотных лягушек.

– Убит начальник отдела внутренних дел, полковник полиции. Дело на контроле в Москве. Тебе не отвертеться, Кондратьев.

– Я даже знаю, что вы мне опять предложите, – проговорил Олег и косо глянул на него.

– Не уверен, что чистосердечное признание спасет тебя.

– Так мне и признаваться не в чем.

– А вот дружков твоих такое признание может спасти, если они покажут на тебя как на организатора или даже исполнителя убийства.

– И организатора, и исполнителя.

– Возможно, это ты стрелял в Кононенко.

– Долго же вы думали, майор. – Олег скривил губы.

– Я угадал? – Жменьев сразу оживился.

– Гадают на картах, а у вас тут уголовный розыск. Вам настоящего преступника искать надо, а вы крестиком вышиваете по ноликам.

– Что, страшно стало? Бубнов уже почти созрел. Думаю, признание будет уже сегодня.

– Не убивал я Пронько. Бубнов тоже этого не делал. Да и Кононенко не при делах.

В ответ Жменьев лишь тихонько фыркнул. Не верил он Олегу. В подставу, которую мог организовать Капитонов, этот мент тоже не поверит, так что лучше не метать перед ним бисер. Впрочем, Олег и не собирался сдавать Капитонова. Он решил, что сам во всем разберется. Если, конечно, кривая выведет его на прямую дорожку.

Окна задраены, дверь наглухо заперта, ни сквозняка. Из унитаза одним только дерьмом тянет. Духота в камере, вонь, а еще сосед храпит громко, забористо.

К вонючей духоте Олег уже привык, а вот лютый храп его нервы не переваривали.

Сколько раз он будил соседа, все без толку. Заглохнет на несколько минут, а потом снова берется за старое.

Но, может, это и к лучшему. Нельзя ему спать, ситуация серьезная. Вдруг менты решат отомстить ему за Пронько? Поэтому нужно быть начеку. Днем, пока имелась возможность, он выспался, так что ночь мог провести без сна.

Единственного своего соседа Олег не боялся. Мужик рыхлый, мягкотелый и на вид слабохарактерный, и на прочность. Таких не берут в космонавты.

Но в то же время от ментов Олегу не защититься. Если они захотят, то сделают, в любой момент на вилы поднимут. В принципе можно было бы и поспать, пока реально серьезная личность к нему не пожаловала.

Олег будил мужика не самыми оригинальным способами. То ногой его пихнет, то носком вонючим ему нос накроет. Олег усмехнулся, вспомнив про другой способ. Посвистеть надо тихонько, чем тоньше, тем лучше. Но это же фуфло на пальмовом масле!

Все-таки Олег засвистел. Мужик и в самом деле заткнулся, но, скорее всего, ненадолго.

Олег закрыл глаза в ожидании очередной психической атаки. Однако время шло, а мужик тихонько сопел в две дырочки. Олег не знал точно, можно ему спать или нет, но заснул. Вымотал его храп, а тишина добила.