Портрет мафии крупным планом - Алексей Макеев

– Началось все с инициативы двух следователей, – начал он свой рассказ. – Следователи эти были Злобин и Волков.

– Злобин? – удивился Гуров. – Тот самый, что сейчас расследует убийство Артюхова?

– Тот самый, – кивнул Зубков. – Так что теперь вы лучше будете понимать, какая заинтересованность у него в этом деле. Итак, этих двоих молодых людей с говорящими фамилиями совсем не удовлетворял их уровень заработка. Они видели людей бизнеса, у которых в обороте находились десятки миллионов рублей. Молодым следователям хотелось столько же. И они начали выдергивать бизнесменов по одному и угрожать им посадкой. В общем, фабриковали на них дела.

– Так уж с нуля и фабриковали? – усомнился Гуров. – Неужели все ваши бизнесмены, которых прижимали эти инициативные молодые люди, были такие невинные овечки?

– Нет, конечно, про овечек речь не идет, – вступил в разговор врач Федор. – Разумеется, существует такое явление, как оптимизация налогов. Мы, бизнесмены, применяем различные схемы, чтобы не платить в полном объеме НДС, или «социалку», или НДФЛ. Правда, схему можно легко обнаружить. Вызвать человека, указать ему на нарушение, выписать штраф… Но ведь этих ребят не интересовала законность. Им не нужно было, чтобы налоги шли в казну. Нужно было, чтобы деньги шли им лично. Поэтому они вписывали в дела эпизоды, которых и в помине не было, и старались поскорее упрятать обвиняемых в СИЗО. Угрожали: будете там сидеть до скончания века, если не поделитесь. И люди делились…

– Однако, сами понимаете, в этой схеме обязательно было присутствие еще одного звена, – вновь заговорил Зубков. – Нужно было договориться с начальником СИЗО. И Злобин с ним договорился. Теперь тех, кто не хотел расставаться с деньгами, ждала не просто отсидка, а самые жестокие, невыносимые условия содержания!

– Вот скажите, когда вы были в тюрьме, вы с заключенными там виделись? – спросил Владимир. Он так и не отходил от форточки, курил одну сигарету за другой.

– А как же, виделся, – ответил Гуров. – Меня Сачко по всем корпусам провел, мы почти во все камеры заходили.

– Вот как? – В глазах Володи мелькнуло удивление. – И что же, неужели ни один заключенный вам ни на что не пожаловался?

– Был один момент, когда человек хотел мне что-то сказать, – вспомнил Лев. – Но Сачко так на него взглянул, что он передумал. Правда, там вообще заключенных не очень много было. Некоторые камеры совсем пустовали…

– Камеры пустовали? – продолжал удивляться Владимир. – Быть того не может! Там у него народу набито, как сельдей в бочке! Куда же они делись?

– А знаешь, что я думаю? – сказал булочник Алексей. – Они со Злобиным и Волковым их вывезли. Развезли на время по районным «обезьянникам», по помещениям в управлении. А как московский гость ушел, вернули обратно.

– Точно, так оно и было! – воскликнул Владимир, вскочив с места. – Иначе никак! Не могло быть такого, чтобы никто из ребят не пожаловался. Там такие отчаянные есть – их никаким окриком не остановишь. Только если кляп в рот забить или избить до потери сознания…

– Я вижу, вы говорите со знанием дела, – заметил Гуров.

– Еще бы я не знал, что там в СИЗО творится! Ведь я у Гены Сачко год в карцере сидел! Чего мне только не устраивали! И «ласточку» делали, и током пытали, и били по-всякому… Под конец привели в камеру пятерых амбалов, каждый размером со шкаф, и сказали, что все они меня сейчас поимеют. Опустят ниже плинтуса, если я не подпишу. Ну, и я подписал…

– Что, отдали им часть бизнеса? – спросил Гуров.

– Если бы часть! Им все нужно было! Это их фирменный стиль! Все! И я подписал! Все отдал!

– Спокойней, Володь, спокойней! – прогудел врач Федор. – Тебе волноваться вредно… Сядь, кофейку выпей. Сереж, пусть нам и правда сделают кофейку.

– Сейчас скажу, – кивнул Зубков. – Кофе, правда, совсем не успокаивает, но Володьке, может, поможет.

Он на минуту вышел из кабинета, а вернулся уже с миловидной девушкой. Та несла поднос с кофейником и чашками. Вскоре перед каждым из собравшихся стояла чашка ароматного напитка. Когда девушка покинула кабинет, Гуров сказал:

– Значит, совсем не случайно один из персонажей на картине Артюхова – это как раз начальник СИЗО?

– Совсем не случайно! – уверенно заявил Зубков. – На нем все беззаконие и держится.

– Но мне говорили, что второй участник дележа – председатель городского суда Веселова. А она как туда попала?

– Заслуженно! Вполне заслуженно попала! – ответил булочник Алексей. – Ведь без нее у Злобина и Сачко цепочка бы не работала. Мало состряпать на человека дело, и мало, что начальник тюрьмы готов его под пресс положить. Нужен еще суд, чтобы все было чин по чину. Нужно решение о мере пресечения. И такие решения этим уродам обеспечивает Веселова.

– А с этой юридической дамой вы еще не встречались? – спросил Зубков у Гурова.

– Нет, с ней увидеться не довелось, – ответил сыщик. – Генерал Тарасов, которого я попросил организовать эту встречу, сказал, что судья очень занята.

– Думаю, вы ничего не потеряли, – заявил врач Федор. – Страшная женщина! Настоящий людоед! Из всей этой банды она – самая страшная хищница.