Свидетельницы зла - Галина Владимировна Романова

Поднялся жуткий гвалт. Маргарита верещала и металась по коридору с прижатыми к груди руками. Ее начальница — пожилая женщина в штатском — грузная, с неряшливой прической из мелких кудряшек, орала на нее так, что Рябов почти мог позавидовать. Подключили службу безопасности. Начались поиски записей с камер видеонаблюдения. Из трех наружных в рабочем состоянии оказалась одна. Она не охватывала нужного ракурса, под ее объектив попадал лишь крохотный участок на автомобильной стоянке. Камеры внутри работали исправно, но записи за прошлый год в офисе не оказалось. Они успели их то ли куда-то сдать, то ли утилизировать. Отрядили человека из охраны.

Рябов, выслушав полный отчет Вишнякова по телефону, многозначительно крякнул и пробормотал:

— Везде бардак…

— Вам, наверное, лучше ждать результатов у себя в отделе.

Грузная женщина в мелких кудряшках принялась осторожно выдавливать Вишнякова из кабинета.

— Как только обнаружим записи с камер, мы вам тут же сообщим. Но уверяю вас, Эдуард Владленович, Маргарита действовала по уставу.

— Запрос, по которому было получено дело, найден?

По тому, как стремительно стрельнули в сторону глаза начальницы, Вишняков понял, что с запросом что-то не то или не так. Если он вообще был.

Он вернулся в отдел, сел за телефон и снова набрал участкового в далекой Башкирии. Долго шли гудки, трубку в кабинете никто не снимал. Он уже отчаялся, когда на том конце прозвучало:

— Алло! Да! Участковый Нестеров.

— Иван Сергеевич?

— Так точно. С кем говорю? Представьтесь, пожалуйста.

Вишняков представился и потом еще минут пять объяснял, что конкретно хочет от Нестерова. Тот что-то мямлил, переспрашивал, угукал, снова уточнял.

— Сделаете, Иван Сергеевич? — спросил Вишняков, закатив глаза, таким бестолковым ему показался участковый. — Очень нужно переговорить с Пономаревым. Не лететь же мне к нему для того, чтобы задать пару вопросов. Сами понимаете.

— А толку-то с того прилету, — сокрушенно перебил его Нестеров. — Нету его.

— Кого?

— Пономарева нету.

— Уехал? На отдых? С семьей?

— Семья была на отдыхе, все так. Почти месяц на теплом море плескались. Вернулись, а Пономарева-то и нет.

— Как так?

И снова, как давеча в архиве, Вишнякову сделалось тошно. Нехорошее предчувствие запустило частой дробью сердце и опустилось болью на желудок.

— Что значит, нет его, Иван Сергеевич? Уехал, улетел, сбежал?

— Погиб он, товарищ майор. Потому и нету.

— Как погиб?!

Он буквально почувствовал, как волосы на голове зашевелились. Будто ветер по ним прошелся. Он их даже ладонью прижал.

— Меня ведь чего весь день сегодня не было. На происшествие выезжал. Семья Пономарева сегодня утром прилетела, а хозяина дома нет. Телефон выключен. Продукты в холодильнике все протухли. Его жена мне звонит. Мы неплохо знаем друг друга, — медленно цедя по слову, рассказывал Нестеров. — Она мне звонит, Сергеевич, говорит, что-то не то. Сердце беду, говорит, чует. Не писал, говорит, давно им, на звонки не отвечал. Поехали, говорит, со мной на пасеку. Больше просить некого.

— Вы поехали? И что там?

— А там труп. Уже прилично отлежал. Потому и на связь ни с кем не выходил. Так-то… — И Нестеров, будто извиняясь, добавил: — Потому и не было меня весь день на месте. Хотя мне передали, что вы звонили.

— Причина смерти установлена?

— А как же!

— Как он погиб?

— Выстрел в затылок. Из пистолета. Пытались поджечь дом, да не вышло. У нас тут на тот момент снег с дождем лепил. Вот и не занялось. Я-то вернулся, а группа там работает. — Нестеров тяжело вздохнул несколько раз. — Коллеги сокрушаются. Очередной «глухарь», говорят. Столько времени прошло с убийства!

— Сколько? Предположительно сколько?

— Да по предварительному заключению, еще до Нового года его убили.

— Иван Сергеевич, мне нужна ваша помощь. — Вишняков даже пальцы скрестил. — Если вы мне перешлете копию баллистической экспертизы, то, возможно, я могу быть полезен вашим коллегам.

— Это как? — не понял Нестеров.

— Дело в том, что у нас здесь произошло массовое убийство сразу после Нового года. Больно почерк схож.

— Ничего себе. Далековато от наших мест.

— Да. Не близко.

— А как же… как же Пономарев может быть причастен? Связь какая? Не пойму. Мед, что ли, плохой продал?

Это он так грустно пошутить решил, понял Вишняков.

— Это, Иван Сергеевич, дела давно минувших дней. След, думаю, тянется из его прошлой жизни. Когда он еще следователем по особо важным работал.

— Вона как! — присвистнул участковый Нестеров.

— Так что, Иван Сергеевич? Договорились насчет копии баллистической экспертизы?

— Да. Диктуйте факс или адрес электронной почты…

— А мог Пономарев сам лично приехать и изъять дело из архива? — Подполковник Рябов уставился в потолок, слегка покачиваясь в рабочем кресле. — Изъял дело для кого-то, и этот кто-то его потом и убил, а?

— Удостоверение, товарищ подполковник. Он же его сдать должен был. Как-то не вяжется. Думаю, что кто-то по фальшивому удостоверению и запросу прошел в архив и забрал дело.

— Нет, майор. Не фальшивым было то удостоверение. Настоящим. Не сдал его, как оказалось, Пономарев при увольнении.

— Не сдал?

— Не сдал. — Рябов подхватил со стола каку-то бумагу. — Вот ответ пришел. Не сдал удостоверения при увольнении Пономарев. Там у них штатные перестановки как раз были. Вот он под шумок и слился. Вместе с удостоверением.

— То есть это мог быть и он? Он в архив приходил?

— Мог, не мог, теперь не узнаем. Не нашла служба безопасности записей за то число, когда дело изъяли. Пока не нашла. Ищут, говорят. Поэтому… — Рябов еще пару раз качнулся в рабочем кресле. — Поэтому надлежит ехать тебе в командировку, майор.

— В командировку? В Башкирию? На адрес Пономарева?

— В Башкирию, майор, только не на адрес Пономарева. А на зону строгого режима, где отбывал свой срок гражданин Власов, не так давно освободившийся.

— Точно! — Вишняков с силой ударил себя по лбу. — Как же это я забыл? Тут ведь… Причинно-следственная связь налицо! Власову ничто не помешало бы навестить бывшего следователя, забрать у него удостоверение и…

— И убить. Точно таким же способом, как он убил тех пятерых, убийство которых до сих пор не раскрыто. Вот что, майор, надо объявлять Власова в розыск. Рассылай ориентировки.

— Так точно, товарищ подполковник.