Любовница смерти - Борис Акунин

— Однажды, много лет назад, я уже исполнил этуроль, — с мрачным видом ответил он. — Думал, что женюсь на прекраснойдевушке, а вместо этого женился на смерти. Одного раза довольно.

Я не поняла этой аллегории. Да и вообще не могла ничегоздесь понять.

— Но ведь вы стрелялись из револьвера! — вспомнилая. — Причем дважды! Просперо рассказывал. Или это был какой-то трюк?

Он с некоторым смущением дернул плечом.

— Что-то вроде этого. Видите ли, мадемуазель Коломбина,я в некотором роде являю собой редкостный феномен: всегда выигрываю в любой jeude hasard.[1] Не знаю, чем объясняется эта аномалия, но я давноуже с нею свыкся и изредка ею пользуюсь в практических целях, как, например, вовремя знакомства с господином Просперо. Даже если бы в барабане было вставленочетыре патрона из пяти, мне наверняка выпало бы пустое гнездо. А уж один шанссмерти на четыре шанса жизни — это просто смешно.

Я не знала, как отнестись к этому диковинному объяснению.Обыкновенное бахвальство или у него в самом деле какие-то особенные отношения ссудьбой?

Гэндзи сказал:

— Не забывайте того, что увидели здесь. И ради Бога, неделайте глупостей, какие бы чудодейственные знаки вам ни были явлены. Ждатьосталось недолго, все решится уже завтра. Я разрушу этот омерзительный храм трупопоклонства.Да, я не успел вам сказать — рассыльный принес мне записку от Просперо.Наверняка вам нынче доставят такую же. Собрания возобновляются. Завтра насждут, как обычно, в девять.

Я сразу забыла и о Гэндзи с его разрушительными планами, идаже о холодной мертвецкой, насквозь пропахшей миазмами разложения.

Завтра! Завтра вечером я опять увижу его.

Я проснусь, я снова начну жить".

Он был волшебно прекрасен

— Сегодня я представлю вам лучшее из своихизобретений! — объявил дож, стремительно входя в полутемную гостиную.

Он показался Коломбине волшебно прекрасным в малиновойбархатной блузе с батистовым жабо, сдвинутом набок берете и коротких замшевыхсапогах. Истинный Мефистофель! На боку, усугубляя сходство, посверкивалдрагоценными каменьями кинжал.

Вслед за ним из дверей повеяло сквозняком, свечи на столезатрепетали и погасли — остался лишь неверный пламень жаровни.

Дож вынул клинок из ножен, коснулся поочередно каждой изсвечей, и — о чудо из чудес — они снова зажглись одна за другой!

Затем Просперо обвел взглядом собравшихся, и глаза каждогозагорелись, точно так же, как минутой раньше свечи. Коломбина ощутила на себепривычное воздействие этого магнетического взгляда. Ее вдруг бросило в жар,сделалось трудно дышать, и она почувствовала, что наконец просыпается, выходитиз спячки, длившейся целых три дня — всё то время, пока не было вечернихсобраний.

Самое сказочное, самое чудесное из всех доступных человекупереживаний — предвкушение чуда — охватило и Коломбину, и, надо полагать, всехостальных.

Кудесник встал перед столом, и только теперь большинствоприсутствующих заметили, что все стулья кроме одного, председательского,исчезли, а посередине полированной поверхности возвышается нечто круглое,похожее на большой свадебный торт и прикрытое узорчатым платком.

— Когда-то я был инженером, и, говорят,недурным, — сказал дож, вкрадчиво улыбаясь в седые усы. — Но, уверяювас, ни одно из моих изобретений не может сравниться с этим по гениальнойпростоте. Офелия соединилась с Вечным Суженым. Мы рады за нее, но кто теперьпоможет нам поддерживать связь с Иным Миром? Я долго ломал над этим голову ипридумал. Что лучше и недвусмысленней всего оповещает человека о том, как кнему относится рок?

Он подождал ответа, но все одиннадцать соискателей молчали.

— Ну же! — подбодрил нас Просперо. — Решениеподсказал мне один из вас — принц Гэндзи.

Все посмотрели на Гэндзи. Тот глядел на дожа исподлобья,словно предчувствовал какую-то каверзу.

— Слепой случай, — торжествующе объявилПросперо. — Нет ничего более зрячего, чем слепой случай! Это и есть воляВысшего Судии. Спиритический сеанс — ненужная аффектация, забава для скучающих,истеричных дамочек. У нас все будет просто, ясно и безмолвно.

С этими словами он сдернул со стола платок. Что-то пестрое,колесообразное блеснуло сотней ослепительных звездочек. Рулетка! Обычнаярулетка, из тех, какие можно увидеть в любом казино.

Однако, когда соискатели сгрудились вокруг стола ирассмотрели рулетку получше, обнаружилось, что в этом колесе фортуны имеетсяодна необычность: там, где полагалось быть двойному зеро, белел череп сперекрещенными костями.

— Изобретение называется «Колесо Смерти». Теперь каждыйсможет сам выяснить свои отношения с Вечной Невестой, — сказалПросперо. — А вот вам и новый медиум. — Он раскрыл ладонь — на ней,посверкивая, лежал маленький золотистый шарик. — Этот прихотливый и, напервый взгляд, не подвластный ничьей воле кусочек металла станет вестникомЛюбви.

— Но ведь Послания могут быть отправлены и инымспособом? — встревоженно спросила Львица Экстаза. — Или теперьнепременно через рулетку?

Беспокоится за свои Знаки, догадалась Коломбина. Ведь уЛьвицы установились с Царевичем собственные тайные отношения. Интересно какие?Что за Знаки он ей посылает?

— Я не толмач у Смерти, — строго и печально молвилдож. — Я не владею Ее языком в совершенстве. Откуда мне знать, какимспособом пожелает Она объявить своему избраннику или избраннице о взаимности?Но этот способ прямого общения с роком представляется мне неоспоримым. Он похожна тот, при помощи которого древние выпытывали у оракула волю Морты, богинисмерти.

Такой ответ Львицу, кажется, совершенно удовлетворил, и онас видом превосходства отошла от стола.

— Каждый из вас получит равный шанс, — продолжилПросперо. — Тот, кто чувствует себя готовым, кто достаточно крепок духом,может попытать счастья уже сегодня. Кому повезет, у кого после броска шарикпопадет на знак мертвой головы, тот и есть избранник.

Сирано спросил:

— А если все попытают счастья, и никому не повезет? Таки будем крутить колесо ночь напролет?

— Да, вероятность успеха невелика, — согласилсяПросперо. — Один шанс из тридцати восьми. Если никому не повезет, сталобыть, Смерть еще не сделала свой выбор. Игра продолжится в следующий раз.Согласны?

Первым откликнулся Калибан: