Драма с собачкой - Маргарита Южина

– Надо же, а я, оказывается, здорово соскучилась! – радостно щебетала она, забыв про угрюмого спутника. – Ой, смотрите! А здесь снег почти весь сошел! Скоро травка проклюнется! А вон и моя фирма. Вы меня вот здесь высадите, хорошо?

Он остановил машину возле самого входа.

– Постарайтесь успеть все дела сделать до семи вечера, – строгим голосом проговорил он. – Я вас буду ждать здесь же… Ровно в семь. Позже меня не будет.

– А чего мне позже делать? – дернула плечиком Елена. – Я вообще дама крайне пунктуальная… и ответственная еще… и обязательная. Вот, если мне сказали к семи… Кстати, можете послать своего водителя Женю. Если я вдруг опоздаю. Он тоже довезти может.

– У вас вроде бы дела? – невежливо перебил ее Барцев. И как-то совсем уже резко добавил: – В семь жду.

Елена кивнула и быстро скрылась за большой стеклянной дверью. Егор Барцев проводил ее взглядом и только потом нажал на газ.

Елена успела много, даже больше того, что наметила. А теперь она поднималась к себе домой.

Сердце бешено колотилось и даже дыхание сбивалось.

– Ну и чего я, дурочка, так волнуюсь? – успокаивала она себя. – Я иду в свой дом. К себе домой. К себе!

И все же так не хотелось заводить этот разговор, но… с квартирой надо было что-то решать. Лера сегодня была дома, а значит, в любом случае пришлось бы разговаривать.

– О, мамуля… – растерянно протянула дочь. А потом сразу же затараторила: – Мамуль, ты проходи. Ну чего ты в дверях-то? Откуда это ты? А… а мы тебя не ждем совсем, хи-хи. Но ты проходи!

Вот вроде бы и все правильно дочь говорит, а в глазах у нее какое-то беспокойство. Что опять не так? Виновата, что приехала?

– Спасибо, – сказала Елена и решительно прошла в комнату.

В гостиной на диване возлежал хмельной зять, рядом, на полу, стояла батарея пивных бутылок, а на табуретке, которую притащили из кухни, на газетке была разложена копченая рыба.

– Красота… – не смогла удержаться Елена. – Лера, а что, у вас работать теперь вообще никто не собирается?

– Лера! – вспрыгнул с дивана Леонид и гневно завращал глазами. – Ты мне говорила, что твоя мать больше никогда не переступит порог нашего дома! Что за на фиг? Сколько мне еще терпеть?

– Вашего? – уставилась на зятя Елена. – А я вашего порога и не переступаю. Я пришла в свой дом. И мне непонятно, отчего это на моем диване…

– Мама! Леня! – металась дочь от матери к мужу. – Да когда это кончится? Что ж вы все время ссоритесь-то? Леня! Мамуля еще пока хозяйка! Может быть, она, конечно, вспомнит, что у нее дочь без угла и подарит дочери… единственной дочери квартиру. А пока ты, Ленечка, должен…

– Опять я что-то кому-то должен!

– Лера! Да что ты перед ним унижаешься? – не выдержала Лена. – Пускай он к себе идет! В общагу!

– Мама! – взорвалась вдруг дочка. – Ты!.. То ты куда-то уматываешь, черт знает куда, забираешь все! Оставляешь нас буквально ни с чем! То ты снова приезжаешь, и… и разрушаешь мою семью!

– Что же такого я забрала? – удивилась Елена. – Я взяла только…

– Компьютер! – перебил ее Леня. – Вот на кой хрен такой клуше комп понадобился?! Стоял он у нас в комнате, и пусть бы там стоял! Так ведь нет! Уволокла!

– Леня! – крикнула Лера. Но муж не умолкал.

– А холодильник?! – продолжал он.

– Холодильник я не брала, – совсем растерялась Елена. – Вон же он, на кухне торчит.

– Да на кой он нам сдался, если ты в нем ни крошки не оставила! – уже даже со слезами в голосе негодовала дочь. – Это ж надо быть… до такой степени! Десяток яиц! И тот забрала! Кусок окорока! Я на него так надеялась! Забрала!

Елена не понимала ничего. Да, она кое-что взяла. Но это были только документы, ее одежда, постельное белье. Компьютер взяла, да. Ну еще кое-что из мебели. Кресло, телевизор из кухни, маленький, трюмо… Но уж чтобы десяток яиц!

– Лера, ты что говоришь? Какой десяток? – ничего не понимая, хлопала она глазами.

– Да ла-адно, – не желал слушать ее зять. – Яйца я съел, окорок тоже. Не в этом дело! На кой хрен надо было влезать сюда опять и портить нам жизнь?!

– Леня, так ты же вроде бы к себе, в общежитие уезжал, – припомнила Елена. – Чего ж обратно сюда? Да еще и с пивом?

Отчего-то Леонид в этот момент особенно оскорбился. Он подскочил к Лере и четко проговорил:

– Вот что, красавица! Или твоя мать немедленно убирается, или уйду я! Только запомни, я могу больше и не вернуться! Ты сама знаешь, меня Людка, соседка ваша из первого подъезда, уже приглядела. Она мне два раза глазки строит! А вот ты!

– Мама! – снова накинулась на мать Лера. – Ты специально, да? Ты нарочно надо мной издеваешься, да? Хочешь, чтобы я весь век как ты была, да?

Ох, как горько полоснули эти слова по сердцу. Елена не узнавала дочь. Лерка, когда-то такая внимательная, добрая девочка… красавица такая была, а сейчас… Перекошенное злобой лицо, неухоженные волосы, а глаза полные ненависти… К кому? К матери? И это из-за вот этого вот ничтожества? Когда же она ее упустила? Где недоглядела? Неужели ничего нельзя исправить?

Елена даже заплакать не могла. Не потому, что неудобно было или не хотела своих слез показывать этому взбесившемуся тюленю. А потому что внутри как будто все окаменело.

– Я ухожу, – спокойно сказала она.

Лера и ее муж мгновенно замолчали, боялись спугнуть удачу.

– Я ненадолго приезжала, – продолжала Елена. – Лера, я давала тебе срок две недели, чтобы ты подыскала себе жилье. Так вот сегодня я приехала, чтобы сказать – сюда заселяются новые жильцы. Я уже сдала квартиру в аренду.

– Чего-о? – не сообразила дочь. – Чего ты сделала?

– Лер, не кипиши, – снова упал на диван Леонид. – Кто ж у нее квартиру снимет, когда мы тут? Дураков нет. Это она тебя пугает.

– А-а, – выдохнула дочь. – Ну… если так…

Елена вышла из дома и села на лавочку возле подъезда. До семи оставалось совсем мало времени, надо было торопиться, но у нее просто не было сил.

Лера… Как же она… Конечно, все понятно, Елена уехала, жить стало не на что. Что там Лерка зарабатывает? А у Ленечки деньги от кредита остались… Конечно, он их на открытие дела брал, да только никакого дела он, как видно, так и не начал. И не начнет. Тратит деньги направо и налево. А Лерка ему теперь в глаза заглядывает – он же кормилец!

Елена все же решила еще раз поговорить с дочерью. Она набрала ее номер телефона, но Лерка только прокричала в трубку:

– Мамуль, я сама… я тебе сама перезвоню… – И отключилась.

Лена шла к месту встречи как будто с каменной плитой на спине. Ленечка был не так глуп. Конечно, кто же будет снимать у нее квартиру, если эти родственнички там в нагрузку. Получается, что зятек будет и дальше жить-поживать и тещу унижать совсем безнаказанно…