Коллекция ночных кошмаров - Галина Куликова

Яна подошла к окну, распахнула его и сделала несколько глубоких вдохов. На душе стало легко и даже немного весело, и губы ее сами собой растянулись в улыбке.

«Итак, в моей жизни грядут перемены», – с удовлетворением констатировала Яна.

Но если бы она знала, что это будут за перемены, улыбка слетела бы с ее лица в ту же самую секунду.

* * *

Жизнь Юры Федоренкова вот уже многие годы была полна событиями и приключениями. Да и как может быть иначе, если большую часть времени он проводил в поездках, экспедициях и путешествиях. Ему случалось неделями блуждать по глухим бескрайним лесам, питаясь лишь ягодами и сырыми грибами, нестись в неуправляемой лодке по бешеной стремнине, ежесекундно ожидая рокового удара о камни. Случалось замерзать в ледяной тундре, умирать от жажды в пустыне, вступать в схватку с дикими животными, а то и с вооруженными беглыми уголовниками.

Однако похитили его впервые. И ведь не в таежных дебрях, а в центре огромного города, днем, что называется, при большом скоплении народа. Глаза Юре похитители завязывать не стали, и он вертел головой, пытаясь определить, каким маршрутом его везут.

«Почему они не боятся, что я запомню дорогу? – лихорадочно соображал он. – Очень странно. Уверены, что такая информация мне уже никогда не пригодится? В том смысле, что обратно я наверняка не вернусь».

По спине пробежал противный холодок страха, но Федоренков быстро отогнал от себя дурные мысли и принялся размышлять.

«Так, надо попробовать проанализировать создавшуюся ситуацию, – думал он. – Тут может быть одно из двух: либо это месть какого-то моего личного врага, либо происки Лени Запорожца».

Врагов, которые решились бы на уголовное преступление, у Федоренкова на данный момент вроде бы не было. Когда-то давно, еще до знакомства с Яной, его мечтал убить муж одной из его пассий, ужасный ревнивец. К счастью, не успел – чуть раньше его самого пристрелили партнеры по бизнесу. Была и обратная история – Юриной смерти возжелала оставленная им дама. Накануне прощального ужина она где-то раздобыла порошок, который, как ей объяснили, убивает не мгновенно и безболезненно. Растяпа спрятала отраву в личную аптечку, но потом перепутала пакетики и в итоге насыпала Юре в плов лошадиную дозу снотворного. Когда, так и не опустошив тарелку, тот молча свалился под стол, злоумышленница перепугалась и собственноручно вызвала «Скорую», а заодно и полицию. Оклемавшись, Федоренков узнал, что его бывшая подруга загремела в психушку, где, как выяснилось, ей было самое место.

Потом Юра припомнил несколько конфликтов с коллегами по работе, но все было не то, мелковато. Бывало также, что во время экспедиций у него случались опасные столкновения со старателями, егерями, еще какими-то темными личностями. Но если б те захотели с ним разделаться – убили бы сразу, а труп схоронили так, что ни одна собака бы не нашла. Такие не станут ждать и готовиться, чтобы потом устроить спектакль с похищением в центре Москвы.

«Ладно, теперь рассмотрим вариант номер два – господин Порожин, – продолжил свои размышления Юра. – Вероятно, ему стало известно, что наш коллектив постановил сопротивляться, и институт он без боя не получит. Тогда, верный своим криминальным привычкам, Леня Запорожец решил провести акцию устрашения – выбрал одного из членов координационного совета, похитил его и…»

Предположить такое было вполне логично. Но что, если Порожин задумал не акцию устрашения, а акцию ликвидации? И намерен одним выстрелом убить двух зайцев. Точнее, одного зайца – Федоренкова. Ведь Юра – один из тех, кто руководит сопротивлением. Убив его, Леня Запорожец запугает весь коллектив. Так, мол, будет с каждым, кто осмелится перечить воле бизнесмена.

«Но почему в таком случае выбрали именно меня? – думал Федоренков. – Я ведь не самый главный в нашем комитете. Я, можно сказать, вообще попал туда случайно – выдал на общем собрании несколько вполне разумных мыслей, вот и засветился. Откуда Порожин вообще может обо мне знать? Либо кто-то из наших донес… Наверняка у Запорожца есть в коллективе платные осведомители. Либо десант, что засел в институте, навел. Услышали мои крамольные высказывания, ну и…»

Федоренков действительно не особо скрывал, как его возмущает все, что вытворяет бывший наперсточник и рэкетир Порожин. Он считал, что со злом надо бороться всеми доступными способами, добро должно быть с кулаками. К сожалению, у этих бандитов кулаки сегодня оказались больше и крепче.

Машина тем временем выбралась из города. Шофер не особенно напрягался – он не гнал и руль держал одной рукой. Правда, иногда, словно забавы ради, перестраивался в левый ряд и выкатывался на встречную полосу. Наверное, это считалось неким водительским шиком. «Беспредельщики, – зло подумал Юра. – Ни фига не боятся. И ведь ни один гаишник не остановит – знают, чей это автомобиль».

Минут через сорок они въехали в какой-то дачный поселок и, немного попетляв, остановились перед огромными воротами. Во дворе охранники помогли Федоренкову вылезти из машины, сняли наручники и аккуратно отлепили пластырь. Затем довольно вежливо, без мата и пинков, провели его в дом. Проследовав через анфиладу комнат, обставленных на удивление скромно, Юра и его сопровождающие очутились в рабочем кабинете.

При их появлении из-за письменного стола, густо заставленного всевозможной электроникой, поднялся человек, в котором Федоренков мгновенно узнал Порожина. Бизнесмен был в светлом летнем костюме, а на руках у него сидел ушастый чихуахуа и мелко дрожал.

«Выходит, я правильно угадал», – с некоторой долей удовлетворения подумал Юра, внимательно разглядывая Запорожца.

Никогда раньше он не видел бизнесмена живьем – только по телевизору. Бывший наперсточник, а ныне мультимиллионер был похож на самодовольного Колобка, который ловко свалил от дедушки с бабушкой, наплевал на волка и проигнорировал медведя. И вопреки законам жанра, ухитрился сделать «козью морду» даже лисе, которая обязана была поставить точку в его блестящей карьере. Судя по всему, Колобок этот и дальше намеревался так же ловко и беззаботно катиться по жизни.

– Свободны, – махнул Леня короткопалой рукой, и охранники тут же скрылись за дверью. Потом он опустил собачку прямо на стол и пристально оглядел Федоренкова с ног до головы, будто прицениваясь. Криво усмехнувшись, кивнул на стоявший напротив него стул и приказал:

– Садись сюда.

Юра сделал несколько шагов вперед и занял указанное ему место. По лицу Порожина он пытался определить свою участь. Морда у Запорожца была противная – жирные обвислые щеки, мясистый нос и маленькие щелочки глаз под белесыми бровями. Тем не менее ничего устрашающего в его облике Юра не обнаружил. Но это только на первый взгляд.

«Зачем я ему все-таки понадобился? – продолжал ломать голову Федоренков, которого больше всего пугала неизвестность. – Они не убили меня сразу, значит, хотят о чем-то поговорить. Может, через меня собираются передать ультиматум для всех остальных сотрудников нашего института? Ну что ж, если так, не все потеряно. Еще покоптим небо!»