Барышня и хулиган - Татьяна Полякова

— Привет, — услышала я за спиной, повернулась иобнаружила высокого парня в костюме и даже при галстуке. Смотрел он хмуро ивыглядел почему-то несчастным. Я тоже нахмурилась, потому что если он вот такзапросто подходит и берет меня за локоть, значит, мы с ним, то есть они сКатькой, знакомы, но на фотографиях, что показывала мне сестра, его не было, ичто это за тип, оставалось только гадать.

— Привет, — ответила я, на всякий случай отступаяна шаг. Ничего хорошего от Катькиных знакомых я уже не ждала.

— Ты Палыча не видела? — спросил он.

— Нет, откуда? — испугалась я. — Я тольковошла.

— Куда он делся? Домой звонили, никто не отвечает.Вчера вечером как уехал, и с концами. А мне бумаги надо подписать.

— А куда он уехал? — заинтересовалась я.

— К тебе, — удивился парень. Сердце моепереместилось к горлу. Я робко кашлянула и торопливо огляделась в поискахдивана или на худой конец ковра, потому что собиралась рухнуть в обморок.

— Да?

— Ну… У тебя все нормально? — еще большенахмурился парень.

— Вроде да… а что?

— Ну… Палыч к тебе поехал. Я думал, у тебя что-тослучилось.

— Почему у меня должно что-то случиться? — началазлиться я.

— Не знаю. Правда, все нормально? Слушай, а ты Палычавидела?

— Когда? — теряя терпение, возвысила я голос.

— Вчера, говорю, ведь он к тебе поехал. Вечером.

— Нет, меня вчера дома не было, — торопливосоврала я. — А зачем я ему понадобилась?

— Понятия не имею. Он дерганый какой-то был, потомразвеселился, петь начал…

— Где? — растерялась я.

— О господи, — закатил глаза парень. — Натебя чего, наехало?

— В каком смысле?

— Какая-то ты чудная, на себя не похожа.

— Вот уж глупость, почему это я на себя не похожа?Очень даже похожа. Ты меня просто ошарашил, и я плохо соображаю. Так что онпел?

— Просто пел, — вздохнул парень. — Как людипоют? Настроение у него было хорошее.

— С чего же ты взял, что у меня несчастье, раз у Палычанастроение хорошее, он что, моим несчастьям радуется?

Вопрос вызвал у парня недоумение, он постоял, подумал изаявил:

— Так ведь Палыч тетке твоей звонил.

— Тетке?

— Ну… еще и девок спрашивал, не знает ли кто, где твоятетка живет?

— Зачем ему моя тетка понадобилась?

— Не знаю, я и подумал, может, у тебя что случилось.Говорят, Шальнова выпустили, вроде бы он вчера к нам заглядывал? — безперехода спросил он.

— Выпустили, — кивнула я, пытаясь найти объяснениевсей этой галиматье.

— Вот я и подумал, может, он тебя того… в смысле, нанескакое-нибудь увечье… — Парень виновато пожал плечами, а я возмутилась:

— Так чего ты у Палыча об этом не спросил?

— Не успел. Пока с Витькой разговаривал, Палыч к выходунамылился, крикнул: «Я к Катрин» — и все.

— Что все? — опять испугалась я.

— Ничего. Ушел, в смысле. Он тебе не звонил сегодня?

— Нет. А кто ему номер теткиного телефона дал?

— Откуда мне знать? Кто-нибудь из девчонок.

— Пожалуй, позвоню прямо отсюда, вдруг и правда стеткой что случилось?

— Звони, конечно.

— Где телефон-то, Господи, — охнула я. — Сперепугу из головы все вылетело…

— Позвони из моего кабинета, там открыто.

«Легко сказать, из кабинета, — ворчала я, поднимаясь полестнице. — Где он, этот кабинет?» Не мудрствуя, я вошла в первуюнезапертую дверь и кинулась к телефону, радуясь тому, что он имеется в наличии.На счастье, тетка ответила сразу.

— Тетя Вера, — затараторила я. — Это Ольга,племянница. У тебя все в порядке?

— У меня в порядке, — заявила тетя Вераворчливо. — А что у вас там делается? Вчера звонит какой-то убогий, простигосподи, спрашивает Катьку. А откуда ей у меня взяться, лет пять как не была. Ятак и ответила. А он мне: сестра ее, говорит, вас тоже давно не навещала? А яговорю: Оленька обязательно бы приехала, да на учительскую зарплату много ненаездишься, а до меня билет дорогой. А в чем, спрашиваю, дело? А он опять:сестры между собой похожи? Ну, я в сердцах возьми да ответь: близнецы, и трубкушвырнула, очень он меня разозлил. Я потом всю ночь не спала, голову ломала, чтотам у вас приключилось. И позвонить некуда, у тебя телефона нет, а Катька своймне оставить не пожелала. Может, думала, что я ей звонками надоедать буду,только моей пенсии на звонки не хватит, так что зря беспокоилась. Твоюпоздравительную телеграмму я получила, — подобрела тетка. — Спасибо,Оленька. Может, приедешь? Ведь отпуск у тебя? Квартиру бы оформили, помру,государству достанется, а тебе какие-никакие деньги… Катька тоже звонила,поздравляла, есть все-таки совесть. — Минут пять тетушка продолжала в томже духе, я слушала, а сама пыталась понять, зачем Палыч ей звонил? Мама моя, онже хотел выяснить, похожи мы с Катькой или нет. А тетка сказала, что мыблизнецы. То-то он орал: «Думали, что я дурак?» Он, конечно, заподозрил, что яне Катька, я в тот вечер вела себя как идиотка, петь на эстраду полезла, вот они решил позвонить… Но как он теткин номер раздобыл? Увлекшись своими мыслями, яне сразу сообразила, что тетка закончила монолог и даже успела со мнойпопрощаться.

— До свидания, — пробормотала я и услышалакороткие гудки. Повесила трубку и направилась к двери с намерением покинутькабинет, но тут в него вошел парень, встреченный мною в холле, и рыжая Зинка, скоторой мы поскандалили на днях.

— Привет, — фыркнула она, а я машинально ответила:

— Здравствуйте. Они переглянулись.

— Говорю, не в себе она, — понижая голос, заметилпарень. Зинка принялась меня разглядывать, а я разозлилась:

— Много интересного?

— Чего? — вяло ответила она.

— Много интересного в моей физиономии?

— Да пошла ты…