Мираж золотых рудников - Анна Князева

– Ну…

– Сними номер в гостинице. Переночуем в Красноярске, утром вернемся в Озерск.

– Так и сделаю.

– Я позвоню…

Немного поразмыслив, Сергей позвонил в Озерский следственный отдел. Трубку взял Красноперов. Узнав голос Дуло, спросил:

– Уже слышал?

– Смотря что, – ответил Сергей.

– Зимин упустил Черемизина.

– Знаю.

– И что по этому поводу думаешь?

– Нужно искать.

– Это и дураку ясно.

– Я звоню не за этим. Василий сказал, что есть списки пропавших без вести.

– Вот, передо мной лежат, на столе.

– Сколько человек подходят под описание?

– Пятеро.

Сергей покачал головой:

– До хрена народа теряется. Инопланетяне их, что ли, крадут?

– Пьют, сволочи, потом пропадают. В этом все дело.

– Можешь перечислить фамилии?

– Минутку… – В трубке зашуршала бумага. – Слушаешь?

– Да.

– Зыков, Василенко, Евстафьев, Сташковский и Грефф.

– Стоп! Повтори предпоследнюю фамилию! И данные на него.

– Сташковский Юрий Иванович, шестьдесят второго года рождения, уроженец деревни Седельниково Сухобузимского района.

– Это он!

– Что?

– Сташковский – наш убиенный. Приеду, все объясню.

– Когда возвращаешься?

– Завтра.

Закончив разговор с Красноперовым, Сергей достал сигареты, закурил, прошел к окну и распахнул обе створки. Его обдало жаром асфальтовых летних улиц и стало больно дышать. Он выбросил сигарету, расстегнул ворот рубашки и, упершись руками в подоконник, опустил голову. Постепенно боль отступила, однако несколько шагов до рабочего места дались Сергею с трудом.

Прежде чем продолжить работу, он откинулся в кресле и закрыл глаза. Несколько минут забытья были прерваны звонком телефона:

– Сергей, это Яковлев.

– Слушаю, Геннадий Петрович.

– Как у тебя дела?

– Работаю.

– Как самочувствие?

Помолчав, Сергей спросил:

– Что случилось, Геннадий Петрович?

Яковлев подтвердил его опасения:

– Случилось. На тебя телегу накатали.

– Куда?

– В Отдел обеспечения собственной безопасности.

Сергей только хмыкнул.

– Извини, если расстроил, – усмехнулся Яковлев.

– Что вменяют?

– Используешь служебное положение и командировочные средства в личных целях. Занимаешься самоуправством.

– Кто накатал?

– Пока не знаю. – И Яковлев задал неизбежный вопрос: – Врут?

Проще всего Сергею было бы сказать: да, но он ответил:

– Нет.

– Значит, это правда? Используешь служебное положение?

– Отчасти.

Яковлев посуровел:

– Не бывает половинчатой правды, Сергей. Сам это знаешь.

– Я должен объясниться…

– Сделай милость.

– Помните Филиппова Ивана Макаровича? Мы работали с ним по делу Пархатского^[12].

– Питерский следак? Маленький такой, коротышка?

– Он самый.

– Толковый мужик.

– Два года назад его перевели в Озерский следственный отдел. Мы встретились, поговорили, он должен был увезти меня в аэропорт. Утром его до полусмерти избили в подъезде.

– Жив? – коротко спросил Яковлев.

– Перенес операцию, лежит в реанимации, в себя не приходит.

– Это серьезно. Значит, ты решил побыть с ним? Ты ввел меня в заблуждение, и никаких следов по делу об убийстве Свинцова нет?

– Я соврал, – признался Сергей. – Но у меня на это были причины.

– Предупреждаю тебя, Сергей… – Яковлев помолчал и заговорил сухим, отстраненным голосом: – Причины должны быть очень серьезными.

– У Филиппова на службе сложилась скверная ситуация. Озерск – город маленький, куда ни плюнь, рука руку моет. Повсюду кумовство, взаимовыгодные договоренности, блат. Иван Макарович, как вы знаете, человек несговорчивый.

– Не вписался?

– Уверен, что нападение на него было организовано с целью давления или кто-то решил отомстить. И это еще не все. Коллеги Филиппова пытаются навесить на него всех дохлых собак. В разговоре со мной озерский прокурор пробросил версию связи Филиппова с преступниками. Дескать, между ними разборки, оттого и побили. Плюс ко всему – резонансное преступление с признаками глухаря. Нераскрытое дело, безусловно, поставят ему в вину.

– Что за дело?

– Труп, забетонированный в бочку.

– Из Енисея?

– Да. – Из-за переживаний у Сергея сорвался голос: – Я, конечно, виноват, Геннадий Петрович, что соврал. Не должен был этого делать. Но другого выхода у меня не было. Я должен разобраться, что здесь происходит.

– Взял бы отпуск. Ты же собирался взять его с понедельника. Зачем было продлять командировку?

– Если бы не оформил, меня бы не допустили к следственным действиям.

– Теперь понимаю, – вздохнул Яковлев. – Что делать будем?

– Вернусь в Москву, отвечу за все.

– Понимаешь, что тебя могут уволить?

– Понимаю. Только по-другому поступить я не мог.

– Ладно. – Геннадий Петрович определенно ему сочувствовал или по меньшей мере понимал. – Сделаю, что могу. Приедешь – разберемся.

Разговор с Яковлевым оставил в душе Сергея горький осадок. Он не только соврал человеку, который ему доверял, но еще и подставил его. Сергей был уверен, Геннадий Петрович вмешается в дело и в случае неудачи тоже понесет наказание. Но Сергей Дуло не мог ничего изменить. Его друг Иван Филиппов был не в состоянии постоять за себя, значит, Сергей должен встать на его защиту.

Существовало только одно лекарство, которое могло привести его в норму и расставить все по своим местам. Сергей позвонил жене:

– Где ты, Полина?

Она чутко отреагировала на его расстроенный голос:

– Что у тебя случилось?

– Ничего. Просто устал.

– Врешь.

– Нет, не вру… – Сергей прислушался к звукам, доносившимся из телефона: – Ты едешь в машине?

– Нет.