Черное кружево, алый закат - Татьяна Гармаш-Роффе

«Не всегда мог» – читай не всегда хотел, подумал детектив.

– Жена его водит машину?

– Насколько я знаю, нет. Они оба предпочитали такси или метро. А что?

– Вы принимали все его звонки? – проигнорировал вопрос секретаря Алексей.

– По стационару да. Ну, а по сотовому он…

– Понятно. Женщины ему, стало быть, не звонили?

– Ну почему же, звонили, по работе.

Детектив всматривался в его бледное лицо и пытался угадать, правду ли говорит ему секретарь или покрывает по привычке босса, хоть уже и покойного.

– Олег, послушайте… Как вы догадываетесь, я не из праздного любопытства интересуюсь! Ведь речь идет о смерти и, скорее всего, об убийстве! Убийцу Константина Павловича надо найти, а? Не беспокойтесь, его супруга ничего не узнает! Так что можете быть со мной откровенны.

Олег метнул в него короткий взгляд.

– Он тут у нас, если честно, многим девушкам нравился… Но Константин Павлович ни с кем на работе… Понимаете, что имею в виду? А как там за пределами работы, я правда не знаю!

Детектив кивнул и, раздосадованный, направился к двери.

– Подождите! – нагнал его голос секретаря. – Я вот что вспомнил… Как-то Константин Павлович меня спросил, как бы я отнесся к одной истории…

Алексей, заинтригованный, вернулся.

– Ему часто попадалась одна девушка по дороге. Он удивлялся, как это она оказывалась в разных местах, и всегда шла ему навстречу, и всегда ему улыбалась… И однажды он ее спросил, что ей от него нужно. Она ему ответила очень странно. Я не помню точно слов, но смысл был такой: «Как же мы можем расстаться, ведь я твоя смерть».

– Своеобразная девушка… И что дальше?

– Ничего, кажется. Во всяком случае, Константин Павлович больше о ней не упоминал.

– Что вы ему на это сказали?

– Что, по моему мнению, она сумасшедшая и нужно было сразу вызвать милицию! Может, она его и убила, как вы думаете?

– Чтобы думать, надо знать, Олег… «Думалка» фактами оперирует, а где они у меня, факты? – патетически воскликнул детектив. – Как выглядела эта девушка, Константин Павлович описал?

– Высокая блондинка. Красивая. Вся в черном, на голове шарф был какой-то или платок, не помню, тоже черный. А, шаль, он сказал, шаль! Только помада красная, яркая.

– Когда это произошло?

– Это случалось несколько раз…

– Несколько раз, я понял, но когда? – нетерпеливо перебил его Алексей. – Когда он вам рассказал о девушке?

– С месяц назад примерно или чуть больше.

Детектив помолчал, переваривая услышанное.

– Еще что-нибудь вспомните, Олег?

Но секретарь только покачал головой, и Алексей направился в директорский кабинет, где принялся изучать ящики и полки, в надежде найти хоть какой-нибудь пустячок, способный дать ему подсказку.

Он вернулся в кабинет к Степану минут через сорок, прошедших в безрезультатных поисках. Ничего, что попадало бы под определение «личное», в кабинете Кости он не нашел: ни записочки, ни компрометирующей фотографийки, – только на письменном столе почетно красовались снимки жены и детей в благородных рамках.

– Киркин крестный будет тут через две минуты, – сообщил Степан.

– Хорошо. Пока скажи, как у Кости с финансами? Какое наследство он оставил?

– Зарплату я ему хорошую положил, плюс акции моей компании… А тебе зачем?

– Был ли интерес у его жены стать вдовой.

– А-а-а… Нет, вряд ли. Он живой больше дохода приносил! И перспективы имелись у Костьки хорошие, он грамотный директор и пиарщик в одном лице… был. Я подумывал ему прибавить к жалованью – стал побаиваться, что переманят. Так что при жизни он был финансово интереснее!

– Еще вопрос: у Кости наличествовала любовница?

– Не в курсе, но думаю, что нет. Хоть Костик и любил пофасонить перед девицами, но это так, платонически. У него вся сила в правильные речи ушла, он от них кончал, по-моему, – хохотнул Степан.

– Ты должен быть в курсе истории про девушку, которая ему попадалась на пути несколько раз, а потом заявила, что она его смерть!

– А, да, точно, Костик рассказывал, было дело!

– Почему ты мне ничего не сказал?

– Да то ж ерунда, девки, они всегда норовят оригинальничать! У Кирки вон на заднице ящерица вытатуирована – че, я тебе тоже должен доложить?

– Вы же с ней «просто друзья»! – несколько ехидно проговорил Алексей. – Откуда ты знаешь?

– Да переспали разочек сдуру. Она ж тебе рассказала, как ее крестный настращал. Вот она ко мне в койку и залезла… А потом мы решили только делать вид. А че, так лучше! Мы с ней футбол смотрим вместе, – Степан улыбнулся с мечтательным видом. Детектив бы даже сказал – с романтическим.

Если у Костика вся потенция ушла в речи, то у Степана – в совместный просмотр футбола, что ли?

– Значит, ты считаешь, что эта девушка пыталась таким образом привлечь Костино внимание? Чтобы с ним познакомиться?

– Детектив, я понимаю, что ты Костика только в гробу видел, в морге, в смысле, но по жизни он был парень видный. И с понтом. Девки им интересовались, старались понравиться!

– Хм, ты находишь, что сказать мужику: «Я твоя смерть» – это способ ему понравиться?

– Не, ну ты же детектив, должен соображать! Девка незнакомая, это раз. Значит, никаких причин убивать Костика у нее нет! – Детектив весьма скептически отнесся к данному умозаключению, но спорить не стал. – И два, говорю ж тебе, они на все готовы, чтобы только мужика захомутать! К тому же Костик обручальное кольцо не носил – мало ему оно стало… А еще я вот чего подумал тогда: что это Дракошка девку нанял. Ко мне Кирку подослал, к нему эту кралю.

– Зачем? – озадачился детектив.

– Ну как, это сигнальный флажок такой: мол, у нас все схвачено, вы у нас на крючке, мы каждый шаг ваш знаем!

– Степан, ты же сам говорил, что твоему Дракошке Костик по определению неинтересен!

На этот раз озадачился Степан.

В этот момент дверь открылась без стука, и на пороге Степанова кабинета показался невысокий мужчина лет шестидесяти.

Степан наскоро провел церемонию представления и покинул свой кабинет, оставив сыщика наедине с Дранковским.

Алексею хватило одного взгляда, чтобы понять: умный, осторожный, циничный, старой закалки, скорей всего из «цеховиков», – такой никак не мог нанять непрофессионального убийцу, способного перепутать Степана с Костей!

Строго говоря, он узнал все, что хотел, и надобность в разговоре отпала. Но коль скоро Дранковский уже расположился в кресле, благосклонно поглядывая на детектива – так смотрят на артиста, собирающегося развлекать публику, – Алексей решил все же уточнить первое впечатление.