Почему не Эванс? - Агата Кристи

Грейндж, как ему было известно, находился далеко от Мерроуэй-Корта, на противоположном краю деревни. Туда он и направил свои стопы. Услышанное сегодня вечером показалось ему достойным внимания. Разумеется, далеко не все деревенские жители с предубеждением относятся к вновь прибывшим, особенно когда те чужестранцы. Если Николсон держит наркологическую лечебницу, оттуда, разумеется, будут доноситься и крики, и стоны. И ничего зловещего в этом нет. Тем не менее после рассказа о молодой беглянке Бобби было не по себе. А что, если Грейндж – заведение, где людей держат вопреки их воле, набрав для камуфляжа некоторое число настоящих больных?

Размышляя об этом, Бобби приблизился к высокой ограде с коваными железными воротами. Подойдя к ним, он легонько потянул одну створку. Ворота оказались на замке. Что ж, почему бы и нет? И все же прикосновение к этим запертым воротам наполнило его ощущением чего-то зловещего. Этот дом слишком смахивал на тюрьму.

Бобби прошагал чуть дальше по дороге, прикидывая на глаз высоту стены. Можно ли перелезть через нее? В гладкой и высокой стене не было никаких выбоин. Он покачал головой, но вдруг наткнулся на маленькую калитку и без особой надежды попробовал открыть ее. К его удивлению, она не была заперта и подалась.

«Тут они недоглядели», – с усмешкой подумал Бобби и шагнул внутрь, прикрыв за собой калитку. Он оказался на дорожке, петлявшей в каком-то кустарнике, и пошел по ней. Дорожка была извилистой, и Бобби вспомнилась тропинка из «Алисы в Зазеркалье».

Вдруг дорожка круто свернула и как-то разом вывела его на лужайку перед домом. Ночь была лунная, и лужайку заливал свет. Бобби не успел остановиться и очутился на виду. В тот же миг из-за угла дома показалась женщина. Она ступала очень тихо, озираясь по сторонам, и держалась настороженно, будто затравленное животное. Внезапно она остановилась и принялась раскачиваться из стороны в сторону, словно вот-вот упадет.

Бобби подбежал и подхватил ее. У девушки были белые губы, и молодому человеку показалось, что он впервые видит на человеческом лице выражение такого ужаса.

– Все в порядке, – успокаивающе сказал он, стараясь говорить как можно тише. – Все в полном порядке.

Девушка слабо застонала, полуприкрыв веки.

– Мне так страшно, – пробормотала она. – Как же страшно.

– Что случилось? – спросил Бобби.

Девушка лишь покачала головой и тихо повторила:

– Мне так страшно. Как же страшно.

Вдруг до них донесся какой-то звук. Девушка резко выпрямилась и бросилась прочь, но потом повернулась к Бобби.

– Уходите, – сказала она. – Немедленно уходите.

– Я хочу помочь вам, – возразил Бобби.

– Правда? – Она окинула его долгим пытливым и до странности трогательным взглядом. Казалось, она хочет проникнуть к нему в душу. Потом девушка покачала головой. – Никто не может мне помочь.

– Я могу, – сказал Бобби. – Я сделаю что угодно. Вы только скажите, что вас так пугает.

Она снова покачала головой.

– Не сейчас. Ах, скорее, они идут! Вы не сможете мне помочь, если сейчас же не уйдете. Немедленно, немедленно!

Бобби уступил ее настойчивости.

– Я остановился в «Энглерс-Армз», – прошептал он и снова скрылся в кустах, отступив на тропинку. Напоследок он лишь успел оглянуться, чтобы увидеть ее отчаянный подгоняющий жест.

Внезапно впереди послышался звук шагов. Кто-то приближался со стороны калитки. Бобби живо нырнул в кусты. Он не ошибся: по тропинке шагал мужчина. Он прошел совсем рядом с Бобби, но впотьмах молодой человек не разглядел его лица. Дождавшись, пока мужчина пройдет мимо, Бобби возобновил отступление. Он чувствовал, что в тот вечер больше ничего сделать не сможет, но у него и так уже голова шла кругом. Ведь он узнал эту девушку. Именно она была запечатлена на загадочно исчезнувшей фотографии. В этом не было ни малейшего сомнения.