Роман без последней страницы - Анна Князева

– Дежавю…

– Что? – спросила она.

– Все повторяется. Всего пару дней назад я сидел здесь и просил тебя не встревать ни в какие дела и держать язык за зубами.

– Вот ты про что, – неохотно обронила Дайнека.

– Зачем ты пригласила следователя в наш дом?

Для Дайнеки настал момент истины. Теперь придется раскладывать свои поступки по кучкам, потому что предъявить отцу целостную картину всего случившегося было бы самоубийством.

– Я жду, – напомнил Вячеслав Алексеевич.

– В общем, так… – После такого начала обычно оставалось время подумать. Но только не в этот раз.

– Людмила! – Такой окрик входил в арсенал отца, однако использовался им не часто.

– Я отдала ему ключ, который нашла в той квартире, и все рассказала…

– Про то, что видела убийцу?

– Да.

– Про то, что слышала голоса наверху?

Дайнека кивнула.

– Зачем? – тихо спросил отец.

– Они обвинили в убийстве Юрия Цыбина, а он – ни при чем.

Отец пристально смотрел на нее любящими несчастными глазами.

– А тебе не все равно?

– Нет.

– Ты знала его?

– Видела только раз.

– И ты готова ради него рисковать жизнью? – грустно спросил Вячеслав Алексеевич.

– Не ради него.

– А ради чего?

– Ради справедливости.

Вячеслав Алексеевич порывисто обнял дочь и крепко прижал к себе.

Она мгновенно растворилась в его покровительстве, в его отцовской любви.

– Папочка…

– Знаю, доченька, знаю…

– Мне так не хватает тебя.

– Не бойся. Я смогу тебя защитить. – Он отпустил ее и решительно огляделся.

Дайнека поторопилась заметить:

– На дачу я не поеду!

– Не волнуйся, это я уже понял.

– С чего ты взял, что я нуждаюсь в защите?

– В прошлый раз ты рассказала мне про «Бентли», что стоял у нашего подъезда…

Дайнека поблагодарила Бога, что не рассказала ему про то, что этот «Бентли» чуть не заутюжил ее своими колесами.

– Да, – с готовностью подтвердила она.

Почувствовав некую недоговоренность, Вячеслав Алексеевич изучающе на нее посмотрел. Он хорошо знал свою дочь.

– Предположим, что именно так и было: он только стоял у подъезда…

– Почему предположим? – возмутилась Дайнека.

Она совсем не хотела чувствовать себя конченой вруньей. Утаить часть правды во благо – святое дело. Тем более от признания, что ее стукнули бампером, ничего не изменится.

– Я чувствую, ты чего-то недоговариваешь.

– Просто не думала, что это существенно, – призналась она.

– А теперь?

– Теперь понимаю, что нужно рассказывать.

– Ну, так говори.

– Тот, кто вышел из этой машины – был с охраной…

– Что? – насторожился отец.

– С ним были два человека.

– Ты хорошо его разглядела?

– Нет. Видела со спины, когда он заходил в подъезд.

Отец облегченно откинулся на спинку дивана, но Дайнека добавила:

– Он вошел в лифт и поднялся на третий этаж. Потом я услышала его голос в квартире над нами.

– Там же кино снимают.

– Тогда еще не снимали. Квартира была пустой.

– Но как он туда попал?

– Наверное, у него были ключи, или кто-то ему открыл.

Вячеслав Алексеевич на минуту задумался.

– Хозяин квартиры или член съемочной группы?

– Съемочной группе выдали ключ только следующим утром, когда начался срок аренды. Правда, был еще один – запасной, он лежал в тумбочке, и его украли. Потом я нашла ключ в комнате, где убили Полежаеву.

– Откуда ты все это знаешь?

– Сережа сказал.

– Кто это такой? – Вячеслав Алексеевич придвинулся ближе.

– Заместитель директора съемочной группы.

– Сколько ему лет?

– Лет двадцать…

– Ясно. – Он разочарованно кивнул. – И этот Сережа, конечно же, все знает.

– Мне пришлось ему рассказать. Он первым обнаружил труп Полежаевой и сразу пришел ко мне.

– А ты не думаешь, что он замешан в этой истории?

Дайнека остолбенела, потом с чувством выдала:

– Он не мог.

Вячеслав Алексеевич встал, прошел в ее комнату и вернулся с ручкой и листом бумаги.

– Номер того «Бентли» запомнила? – Он был уверен, что дочь его помнит. Такая у нее особенность: помнить все, даже то, что неважно.

– Пиши… – сказала Дайнека.

Он записал цифры и уточнил:

– Цвет.

– Золотистый.

Вячеслав Алексеевич язвительно усмехнулся.

– По одному цвету можно определить, что внутри – дерьмо. – Набрав телефон, он заговорил в трубку: – Начальника отдела безопасности… Здравствуй, Сережа, запиши регистрационный номер автомобиля, немедленно пробей и срочно сообщи мне имя владельца. Записывай…

Дайнека не вмешивалась в этот разговор. В конце концов, ей тоже хотелось знать, кто хозяин той машины.

Отец продолжал говорить:

– Цвет? – Он усмехнулся. – Золотистый, Сережа. Цвет – золотистый. – Когда Вячеслав Алексеевич убрал телефон, он снова спросил дочь: – Почему ты считаешь, что хозяин «Бентли» был в той квартире? На лестничной площадке еще одна есть.

– Он кричал над моей головой.

– С чего ты решила, что кричал именно он?

– Если нет, остаются только охранники.

– И здесь с тобой не поспоришь.

Вячеслав Алексеевич включил телевизор и стал механически переключать каналы.

– Ждем звонка. Сейчас узнаем, что за гусь сидел в той машине. – Он остановился на новостях, выслушал, что говорит диктор, потом прокомментировал:

– Березин объявил об участии в выборах.

– В президенты? – уточнила Дайнека. – Это партия «Демократическая платформа»?

– Ее лидер. Думаю, он победит.

Услышав звонок, Вячеслав Алексеевич взял телефон.

– Да, слушаю… – По мере того, как ему говорили, он на глазах менялся в лице.

– Что? – Дайнека осторожно тронула его за руку.