Имидж старой девы - Елена Арсеньева

Народ кругом возбужденно галдел. Пассажиры, которые еще неполучили свой «сухой паек», торопили задержавшихся за столиками. Те поспешнозаталкивали в себя сухомятку. Создалось впечатление, что происшествие сэпилептиком было мгновенно погребено под гнетом обыденности. Кирилл и Аринатоже встали и, протолкавшись сквозь толпу, начали медленно спускаться полестнице. На последней ступеньке они вдруг замерли и уставились друг на друга.

– Ничего себе… – пробормотала Арина. – Это что, совпадениеили?..

– Хороший вопрос, – мрачно протянул Кирилл. – Я бы тожехотел хоть что-то понять. Если это его телефон и в самом деле… и вдругприпадок… получается, что он очень вовремя «соскочил», да? Теперь самолетулетит без него, и если вдруг…

– Вот тебе и ответ на вопрос, камикадзе ли он. Нет, некамикадзе! Все продумано до мелочей!

– Думаешь, припадок был ненастоящий?

Арина пожала плечами:

– Не знаю. Я никогда не видела эпилептиков. Но как-то всеочень странно сошлось!

– Странней некуда, – уныло поддакнул Кирилл. – И что теперьделать?

– Что, что! Все то же! К секьюрити обращаться.

Кирилл ничего не сказал, только уставился на нее молящимиглазами.

– Нет, ты все же странный человек! – возмущенно выпалилаАрина. – Знать, ну хорошо – хотя бы подозревать такое – и промолчать? Взять насебя ответственность за жизнь и смерть всех этих людей? – Она обернулась натолпу, все еще клубящуюся на ступеньках буфета. – Да, смотреть на них тошно, новедь это все-таки люди, живые люди! Вон их сколько! А главное… главное, ты что– сам камикадзе? Представляешь, если эта штука все же грохнет? Что тыиспытаешь? Быстро это произойдет? Медленно? Успеешь ты подумать: «Ну и дурак жея был!»?

Кирилл упрямо набычился. Да все правильно, правильно. Ивсе-таки… Больше всего на свете он боялся оказаться в смешном положении. И покаоставалась хоть малая часть вероятности, что Арина ошибалась или – а чем чертне шутит?! – разыгрывала его, он готов был сопротивляться руками и ногами.

А сопротивляться, что характерно, необходимости больше небыло.

– Ну хорошо, – вдруг сказала Арина мягко. – Я понимаю.Ничего страшного, не волнуйся. Я сама все сделаю. Ты… ты вон там постой, всторонке, а я поговорю с этим господином. – Она указала на человека в темномкостюме, который снова появился в зале и теперь разговаривал с охранником.

Если бы она бросала на Кирилла уничтожающие взгляды… Если быпрохаживалась насчет того, что все мужчины боятся брать на себяответственность… Но эта понимающая, извиняющая – жалостливая! – улыбка ранилагордость Кирилла сильнее, чем любые оскорбления. Все-таки он Лев по гороскопу!

– Ладно, пошли! – буркнул он, не глядя на Арину. – Пошлибыстро!

И стремительно, словно боясь передумать, направился кмужчине в темном костюме.

Арина не поспевала за ним на своих каблучищах и наконецотстала.

– Вы из службы безопасности? – напористо, не давая остытьсобственной решимости, спросил Кирилл.

Мужчина бросил на него выжидательный взгляд.

– Да. – Он постучал указательным пальцем по табличке насобственном лацкане: «Начальник СБ аэропорта Малютин», а снизу приписаномаленькими буковками: «Виктор Сергеевич». – А что? Какие-то проблемы?

– Тот человек, у которого был припадок… – Кирилл с ужасомощутил, что теряется. – Ну, которого только что вынесли из зала…

– Да, и что с ним? Это ваш знакомый?

– Нет, но…

Кирилл оглянулся, удивляясь, почему молчит Арина.

Вот те на! Да она собирает на полу какие-то вещи. Записнаякнижка, ручки, расческа, куча мелочей, выпавших из раскрывшейся косметички…Понятно! Сумку уронила. Ну, это надолго. Теперь придется рассчитывать только насебя.

Кирилл торопливо, сбиваясь, рассказал о том, как «эпилептик»украдкой сунул мобильник в сумку «вон той женщины» – махнул на обладательницубриллиантов и «Нины Риччи». При этом ему все время хотелось уточнить, что онвсе это не сам видел, что пересказывает с чужих слов, но в последнее мгновениеделалось жутко неловко прятаться за женскую юбку, вот и вышло, что он якобывидел все это сам.

Охранник смотрел на Кирилла откровенно вытаращеннымиглазами, чуть ли не падал от изумления, ну а глаза его начальника Малютина былисурово прищуренными. Отчего-то Кириллу вспомнился режущий взгляд тогоследователя в парке Кулибина, и настроение, без того испорченное, сделалосьсовсем поганым. А Малютин и говорит:

– Паспорт ваш можно?

Кирилл, волнуясь, протянул ему паспорт и билет. Малютин ихдаже не раскрыл – сразу сунул в карман и сказал:

– Костин, ну-ка, проводи молодого человека в наш кабинет. Ая деликатно с дамой поговорю, у которой телефончик в сумке очутился…

– Погодите, куда… – начал было Кирилл, но Костин вцепилсяжелезными пальцами в его локоть, а Малютин укоризненно сказал:

– Тише, тише. Не надо панику создавать. Я должензафиксировать ваши показания, сами понимаете. Слишком важное дело. Это недолго,не переживайте. Ваш рейс все равно задерживается, спешить пока некуда. Задокументы не волнуйтесь, с ними ничего не сделается. Пройдите с Костиным иподождите меня. Проводи человека, – приказал он подчиненному. – Да убери оттудаэтого придурка куда-нибудь, чтоб глаза не мозолил! Пусть тебе Бузмакин поможет,если что. А вы не волнуйтесь! – Это снова адресовалось Кириллу. – Минуту, небольше!

Он ободряюще улыбнулся ему и двинулся к «Нине Риччи», едване столкнувшись по пути с Ариной, которая тем временем уже собрала свое барахлишкои, неуклюже прижимая к груди сумку, спешила на помощь Кириллу. Она сразу началачто-то быстро, возбужденно говорить, но Малютин даже не взглянул на нее. Онцеленаправленно двигался к «Нине Риччи», сметая на своем пути все препятствия.Арина была просто сдвинута с дороги, как некий неодушевленный предмет.

– Подождите! – воззвала она вслед Малютину, но его спинаосталась глухой к ее призыву.

А что было дальше, Кирилл уже не видел, потому что Костинвытолкнул его в какую-то неприметную дверку и повлек по полутемному коридору.