Маскировка для злодейки - Екатерина Вильмонт

Как?

Зачем нам ждать, когда эти типы сюда заявятся? Куда лучше,да и безопаснее, чтобы они попали в руки милиции без нас, сами, а?

Маня задумалась:

Ну, я не знаю… Можно вообще-то и уйти, но вдруг они успеютубежать?

Понимаешь, я рано проснулась и стала думать. Скорее всегоони-таки успеют убежать. Испугаются шума и рванут, а милиция пока еще приедет…Соседи у меня не такие, на которых можно рассчитывать, не тот контингент, какговорится…

Да, может, вы и правы. — В голосе Мани явственнослышалось разочарование.

Но я хочу предложить тебе кое-что не менее интересное.

—Да?

Да! Понимаешь, меня очень задел твой рассказ о той женщине,Маргарите. Я бы хотела ей помочь…

Вы? Ей?

А что, думаешь, так не бывает? Я же понимаю, что Влад любитее, а не меня. Она в этом не виновата. Поэтому я предлагаю поехать вместе кТаисии Никитичне, попытаться узнать у нее адрес той наглой бабы. Иными словами,провести что-то вроде расследования. Не могу я тут сидеть, нервы невыдерживают.

А вам на работу сегодня не надо?

Нет.

Понятно, — вздохнула Маня.

Тебе мой план не нравится?

Ну почему? Нравится.

Как-то вяло ты это говоришь.

У меня вообще-то есть одна мысль…

Говори!

Понимаете, я вот подумала… Если б эти шмендрики пришли, а мыбы их застали…

Ужас какой!

Вот если б их застать и пугнуть как следует, но не ревуном,а тюрьмой, может, они бы раскололись и сказали насчет того, кто ихшантажировать заставляет.

Ну нет, Манечка, это чепуха! Подумай сама, неужто они насиспугаются? Да они в лучшем случае отпихнут нас и дадут деру. А в худшем… Ядаже думать не хочу! Да к тому же ты говорила, что Маргарита ту женщину пофотографии не опознала… Нет-нет, это не годится. Знаешь, утром мне все в иномсвете представляется. Не таким страшным, с одной стороны, а с другой — кудаменее осмысленным. Нет, решено, мы едем к Таисии! У тебя фотография с собой?

Нет.

Жалко. Хотя погоди. Давай так сделаем, я сейчас Таисиипозвоню, зачем зря время тратить на всякие визиты. А то она вцепится, и уж часаполтора придется у нее проторчать. Я попробую по телефону узнать у неекоординаты той бабы. Ты, Маня, возьми параллельную трубку, чтобы мне потом тебене пересказывать.

Так они и сделали.

Таисия Никитична, здравствуйте, моя дорогая, — началаЕлизавета Платоновна.

Ой, Лиза, ты, что ли?

Я, Таисия Никитична, давно вашего голоса не слышала, какпоживаете?

Да как я поживаю? Нормально поживаю, Оксаночка в отпуске,одна тут кукую. А Владика нет, в отъезде он.

Я знаю. Таисия Никитична, скажите, вы помните, как звали тубабу, которая работала у Влада и которую он выгнал?

Лариску, что ли?

Ее Ларисой звали?

Да. А зачем она тебе понадобилась, эта пройда?

Да понимаете, одна моя коллега пишет статью об обиженныхженщинах, даже не статью, а психологическое исследование, и ей нужны примеры, якогда-то рассказала ей историю с этой Ларисой, и она вдруг взмолилась — сведименя с ней! А я ее даже никогда в глаза не видела. А потом вдруг подумала:Таисия Никитична может что-то знать…

И правильно подумала! — с некоторым даже торжествомвоскликнула та. — У меня-то ее телефона нет, но я точно знаю, кто ее Владурекомендовал!

Да? Отлично! И кто же?

Алла Дмитриевна Бутенко, Оксаночкина приятельница.

И вы знаете телефон этой дамы?

Ну конечно! Хочешь, я сейчас же ей позвоню?

Понимаете, хотелось бы, чтобы она не предупреждала Ларису, ато вдруг та откажется, хотелось бы напрямую с ней поговорить.

Да уж я сумею, не волнуйся! Я тебе перезвоню.

Елизавета Платоновна положила трубку. И тут же появиласьМаня.

А вы не боитесь, что Таисия может все испортить? —напрямую спросила она.

Честно? Боюсь. Но что же было делать?

Не прошло и пяти минут, как зазвонил телефон. Это былаТаисия Никитична.

Ох, Лиза, не знаю, может, я и подвела тебя…

А что случилось?

Да я о той Лариске только заикнулась, Аллочка как закричит:«Не желаю ничего больше о ней слышать! Эта гадина мне всю жизнь испортила». Ивсе в таком духе. Одним словом, даже слышать про нее не желает! Так что ты ужизвини.

Да ничего, Таисия Никитична, — разочарованно произнеслаЕлизавета Платоновна.

А Маня шепнула ей на ухо:

— Попросите телефон Аллы!

Елизавета Платоновна обрадованно кивнула.

Таисия Никитична, а вы не дадите мне телефон АллыДмитриевны?

Зачем это?

Понимаете, я как раз занимаюсь ономастикой…

Чем занимаешься?

Ономастикой, это наука о разных именах. Я решила написатькнигу об именах и собираю сейчас материал. Алла — одно из первых имен поалфавиту. И каждую встреченную Аллу я расспрашиваю…

Что-то нынче все материалы какие-то собирают, и твояподружка, и ты…

А чем еще одиноким бабам заниматься? — рассмеяласьЕлизавета Платоновна.

Мужа искать!

Одно другому не мешает! Так дадите телефон?

Так и быть, записывай! Только не говори, что это я тебе егодала. Она и так на меня вызверилась.

Торжественно клянусь!

Когда разговор закончился, Елизавета Платоновна с тяжелымвздохом отерла вспотевший лоб.

О господи, я, наверное, с ума сошла! Что я несла, какой-тобред. Книга, ономастика…

Вы это слово придумали?

Да нет, что ты, в самом деле такая наука есть. Только я вней ничего не смыслю, просто болтала все, что в голову взбредет, да так, чтоупотела! А зачем, скажи на милость, тебе эта Алла Дмитриевна понадобилась? Онаведь не желает разговариватьпро Ларису?

Нам главное узнать фамилию Ларисы, а дальше мы адрес найдем!

Ладно, попробую. Только знаешь, мне хочется поскорее отсюдауйти. Мне как-то очень не по себе.

А вы обычно в котором часу на работу уходите?

Не раньше одиннадцати.

А сейчас только полдесятого!

Думаешь, они это знают?

Уверена! Что ж, они совсем дурные? Думаю, перед приходомсюда они еще позвонят, а вдруг вы возьмете трубку. Тогда они не явятся. Такчто, если вы останетесь дома, ничего не произойдет!