Здравствуй, Мурка, и прощай! - Владимир Колычев

Кнут заткнулся. Но хватило его ненадолго.

– Влюбилась Мурка. Нутром чую, влюбилась.

– В кого? – угрюмо глянул на него Капрон.

– Да не в тебя. В Лукарск она чего зачастила?

– Тетка у нее болеет. К ней ездит.

– Тетка?! – удивленно вылупился на него Анисим. – Тетка Лидка, что ли? Я ее на днях видел. Живая и здоровая. Белье вешала. Сияла так, как будто дядя Слава ей только что вдул.

– Видал! – разошелся Кнут. – Мурка дуру нам гонит! Тетка у нее болеет... Бля буду, хорь у нее в Лукарске. Шпилит ее как ту суку, а она потом ворон считает...

– Пасть закрой! – не выдержал Капрон.

– Да я-то закроюсь! Ты сказал, я закроюсь. Ты жульман, ты в авторитете... А кто такая Мурка?.. Крутая баба, не вопрос. Но ведь баба... Ты уж извини меня, братан, но это не дело, когда баба мазу держит...

– Да пошел ты... – Капрон беззлобно махнул на него рукой.

В общем-то, Кнут прав. Мурка – крутая мамка. Блатная кошка, воровская дочь. В делах волчица зубастая. Но ведь баба... И как всякая баба, может влюбиться. Может, влюбилась... И не в Капрона влюбилась. Его Мурка за нос водит, а у кого-то на болту пляшет. Может, прав Кнут? Не дело это – под бабой ходить. Может, пора задвигать Мурку? Тем более что сегодня она косяк упорола, братву под удар подставила...

– Братан, ты меня послушай, да, – колотился Кнут. – Кто к нам на хвост сегодня сел, а? Менты, да? Ты палец к носу прикинь, братан, да, откуда они взялись?

– От верблюда.

– А не от Мурки ли? Че, если Мурка с ментом хороводит? Че, если она мусоров накликала?

– Не знаю, как насчет мусоров, но по башке она тебя конкретно двинула, – усмехнулся Капрон. – Фазу тебе перемкнула. Ты говори, да, но не заговаривайся. Не могла Мурка с ментами.

– А с кем могла?

– Так я сейчас пойду и узнаю.

Капрон встал из-за стола. Почувствовал, как повело его в сторону. Да он и сам нехило вмазался. Водка, видать, забористая.

Мурка спала. Одеялом с головой накрыта. Одежда по полу разбросана.

Капрон сел на край кровати. Тряхнул Мурку за плечо. Никакой реакции. Тряхнул сильней. В ответ лишь сопение. Баба спала как убитая. Но ведь ему нужно было выяснить, зачем она в Лукарск гоняла. И выяснить нужно было прямо сейчас.

– Э-эй, просыпайся, да!

Капрон сорвал с Мурки одеяло. Типа для того, чтобы разбудить ее. Но куда интересней было узнать, голышом она спит или как. Маринка была в одних трусиках. Грудь нараспашку. Но без одеяла ей стало холодно, и она рефлекторно сжалась в комок – обхватила себя руками. Но не проснулась.

Желанная плоть была так близка. Капрона залихорадило. Он понимал, что нельзя так делать, но не мог остановиться. Он стянул с Мурки трусики. Немного выждал – не проснется ли. Не проснулась. Тогда он разделся сам. Лег рядом с ней, накрылся одеялом.

Мурка во сне почувствовала мужскую силу. Улыбнулась, не открывая глаз. Замурлыкала. Прижалась к нему, обняла. Капрон не мог сдержать себя. Уложил ее на спину, развел ноги...

– Игна-ат... – нараспев протянула она и сама подалась навстречу движению.

Она блаженно улыбалась, когда Капрон входил в нее. И тихонько в сладких муках застонала, когда он усилил свой натиск...

Капрон взял Мурку. Но триумфа победы не ощутил. Ведь она отдавалась какому-то Игнату...

* * *

Капрон проснулся от сильного толчка в плечо. Распахнул глаза и увидел искаженное лицо Баура.

– Шухер! Менты! – грозовым раскатом прогрохотал тот.

Капрон вскочил как подстреленный. Влез в брюки, набросил на себя куртку. Схватил баул с деньгами, сунул за пояс наган. И бегом на кухню. Там пролом в полу, через который можно спрыгнуть в подвал.

На кухне Капрон застал Кнута и Анисима. Они отодвигали кухонную стойку, под которым находился потайной лаз.

Мурки не было. Что, если Баур не разбудил ее?.. Капрон рванул в ее комнату. Но добежал только до коридора, где и увидел Мурку. В шубе на голое тело, босиком, ничего не соображает. Баур впереди. За руку ее держит, тащит за собой. Под мышкой ее сапоги... А дверь уже сотрясается под градом тяжелых ударов.

– Откройте, хуже будет! – гудит чей-то свирепый голос.

Кнут и Анисим уже в подвале. Капрон помог Мурке спуститься вниз. Баура пропускать не стал – нырнул в пролом впереди него.

Запасной выход на случай большого шухера придумала Мурка. Именно поэтому она и сняла квартиру на первом этаже. Велела Бауру проломить пол. Он же освободил проход в подвале, установил освещение, подобрал ключ к выходной двери. Не хватало только машины на выходе. Сели бы в нее – и тю-тю.

Но с машиной проблем не возникло. Утро. Трудовой люд ломится на работу – кто на метро, кто на своем авто. У входа в подвал прогревался старенький «Москвич». Мужичок собирался отправиться в путь, когда перед его машиной вырос Кнут. Вытащил бедолагу из машины, приложил его головой к мерзлому асфальту – вырубил, чтобы он шум не поднимал. Баур прыгнул за руль. Мурку впихнули на заднее сиденье. Кнут и Анисим за ней. Капрон полез вперед.

Машина сорвалась с места и адью. А менты тем временем продолжали штурмовать опустевшую квартиру.

– Уфф, пронесло! – облегченно вздохнул Анисим.

– Хорошо, что шухер подняли, – поморщился Кнут.

– Да у меня сушняк был, – отозвался Баур. – Воды встал попить. Чую, что-то не то. Глянул в окно. А там менты. Одни в подъезд, другие под окна... А вы все в лежке. Пока растолкал...

– Кто ментов на хату навел? – зло спросил Кнут.

И покосился на Мурку. Та это заметила. Дернулась, как ужаленная.

– Ты меня достал! – зашипела она и так зыркнула на него, что Кнут побледнел.

И заткнулся.

– Общак забрал? – спросила она у Капрона.

– А то...

– А сейф? – она пристально и люто смотрела на него.

Капрон почувствовал себя так, как будто голым оказался на сорокаградусном морозе.

– Какой сейф?

– Мохнатый!!!

– Не понял...

– Да все ты понял!

Вчера ночью он сделал с Муркой все, что хотел. А она так и не проснулась. Он отчалил от нее, а она спокойно повернулась на бочок и засопела в две дырки. Он-то думал, что она ничего не узнает. Но прогадал. Поняла, кто ее вчера испаскудил. Капрон чувствовал себя паскудником. Подлым паскудником...

– Куда ехать? – чтобы снять возникшее напряжение, спросил Баур.

– Чем дальше, тем лучше, – дрогнувшим голосом сказал Капрон.

– Не надо дальше, – покачала головой Мурка. – Якоря нужно бросать. Терпила номер машины назовет, менты дороги перекроют. В Москве надо хорониться. На дно ложиться.