Синий мопс счастья - Дарья Донцова

Невероятно приободрившись, я повернула ключ иуслышала тихое урчание мотора. Ну с какой стати я поверила старушке ИринеПетровне? Хотя это ведь не ее диагноз, а беспристрастный снимок, сделанныйлазером.

На всякий случай я осторожно повертела головойв разные стороны. Вроде ничего, жива пока. Ладно, завтра в девять утра Лыковпоставит позвонок на место, а сейчас поеду к Борискиной и попробую поговорить сдевочкой. Девяносто девять процентов за то, что она просто решила подшутить надКирюшей и на самом деле засунула ему в портфель презерватив, наполненный водой,но один шанс остается. Вдруг Римма подложила ему пакет с завтраком?

Поплутав по улицам и переулкам, я выехала внужное место и увидела ряд совершенно одинаковых, двухэтажных, длинных домов,покрытых облупившейся штукатуркой. Номеров на них не было. Я дошла до первогоподъезда. Двери здесь не было и в помине, перед глазами сразу возниклалестница, а справа от нее тянулся длинный коридор. Тут только до меня дошло,что «к. 6» означает номер не квартиры, а комнаты, люди, обитавшие в бараке,жили в огромной коммуналке.

Слегка поколебавшись, я постучала в первуюдверь. Оттуда высунулась полная тетка в цветастом халате. Приглаживая рукойвздыбленные волосы, она приветливо спросила:

– Вы ко мне? Заказ принесли?

– Простите, бога ради, за беспокойство,но здесь здания стоят безо всяких опознавательных знаков, мне нужно отыскатьвосьмой дом.

– Разве ж это дома, – вздохнулатетка, – гнилушки картонные, по частям разваливаются. Вы ступайте вправо,за гаражи, там восьмой барак найдете. Небось к Борискиным торопитесь? Наши всеуже там. Надо бы и мне, конечно, пойти, только внучок приболел, сижу, караулюмладенца. Правда, у Светки тоже малыш засопливел, да она его взяла и поперла.Света просто выпить хочет! Совсем девка в алкоголичку превращается, шестнадцатьлет всего…

– Отчего вы решили, что я к Борискинымиду?

– Не из наших вы, – вздохнулатетка, – мы тут все друг другу почти родственниками стали, лаемся имиримся постоянно. Вон какое несчастье приключилось! Беда горькая! Хотя Ленкенаплевать, небось так до сих пор и не поняла, что случилось с Риммой.

Я прислонилась к грязной стене.

– А что произошло?

– Так вы не знаете, – покачалаголовой собеседница, – уж извините, я решила, что вас из школы прислали.Девочка умерла, Римма Борискина.

– Когда? – еле выдавила я из себя.

– Вроде этой ночью, – пожала плечамитетка, – за ней из башни прислали, а она… Вот как, деньги заработатьрешила, хозяева ее и нашли.

У меня окончательно пошла голова кругом. Плохогнущимися пальцами я выудила из кармана куртки красное удостоверение и ткнулабабенке под нос.

– Милиция, разрешите пройду к вам.Назовите свое имя.

– Зина, – растерянно сообщила теткаи посторонилась.

Я вошла в небольшую, до отказа забитую мебельюкомнатенку, села на ободранную табуретку и сказала:

– Зина, видите, я никаких бумаг сейчас неоформляю, бланк допроса свидетеля не вынимаю, у нас частная беседа. Расскажитемне откровенно, как своей подруге, все, что знаете про Римму Борискину.

Зина опустилась на стоявший рядом стул,сложила на коленях большие кисти рук и словоохотливо начала: