Цыганочка без выхода - Елена Логунова

— Кто такой, как зовут?

— Понятия не имею. — Подружка вздохнула. — Морду его я не рассмотрела — аватарка крохотная, верительных грамот не получала. На сайте он под ником Тарантино.

— Скромный парень, — хмыкнула я.

— Наверное, режиссер, — предположила Ирка с отчетливым оттенком мечтательности в голосе. И заторопилась: — Ну ты доела? Идем в сквер, я хочу, чтобы ты сделала в красивом рассеянном свете мое фото среди осенних березок. Думаю, образу Мордюковой это хорошо подойдет.

— Выложишь свое «мордюковое» на том сайте в ответ на коммент лже-Тарантино? — догадалась я.

— Я так предсказуема? — притворно огорчилась подружка. — Но — да, ты права. Размещу это березовое фото и буду ждать предложения сыграть в спектакле. Главное, сделать снимок, пока макияж не размазался и прическа не растрепалась.

Мы вышли в сквер и добрых полтора часа убили на фотосессию с березками. Наконец Ирка удовлетворилась результатом и торопливо отправилась к себе домой, явно спеша порадовать взыскательного режиссера своей внезапной мордюковостью.

А я потрусила на трамвайчик и по дороге поговорила по телефону с Варей Душевной, которая удачно позвонила мне, когда я изнывала от скуки в ожидании транспорта.

— Ты нынче блогер или как? — деловито поинтересовалась она.

— А что будет? — ответила я вопросом, не спеша записываться в ряды тех, кого неизвестно что ждет.

Варя — инициативная барышня с неуемной энергией и смутным представлением о мирных целях. В прошлом веке такие водились в каждом профкоме и торжественно именовались массовиками-затейниками, сейчас их зовут ивент-менеджерами и держат в пиар-агентствах.

— Будет дегустация крафтового пива, — сообщила мне Варя.

— Крафтовое пиво, крафтовое пиво, — озадаченно забормотал мой внутренний голос. — Крафтовую бумагу знаю — это такая серая, с ворсинками, в советское время в нее колбасу в магазине заворачивали…

— Возможно, крафтовое пиво тоже будет сочетаться с колбасой? — пробормотала я.

— С колбасками, — услышав это, поправила меня Варя. — В качестве закуски будут свиные колбаски, хрустящий бекон, сырные шарики и соленые крендели.

— Звучит неплохо, — одобрила я. — Считай, я снова блогер.

В прошлом месяце Варя собирала блог-тур в подвалы винзавода, а неделю назад — на скотобойню мясокомбината. В первом случае я охотно приняла участие, во втором взяла самоотвод.

— Отлично, тогда я тебя записываю, — обрадовалась Варя.

— А кто еще будет? — поинтересовалась я, потому что не все блогеры одинаково полезны.

В ту поездку на винзавод затесались два графомана, которые мне все пуговки открутили в попытке заручиться обещанием помочь им с выходом на моего издателя.

— Разный медийный люд, преимущественно, конечно, мужики, — ответила Варя. — Собственно, потому я тебе и звоню: нужны дамы, которые придут без мужей, чтобы хоть как-то сбалансировать гендерный состав компании.

— Тогда я с подругой приду! — Я смекнула, что бесплатная дегустация с обильными закусками вынудит экономную Ирку оставить нелепую мысль о диетах.

— Она тоже блогер? Крупный?

— Крупнее не бывает!

В самом деле кто назовет мою подружку мелкой, тот может первым бросить в меня камень.

— Прекрасно, я вас записала. Дату, время, место пришлю эсэмэской! — Душевная отключилась.

А я подумала: интересно, откуда Варя знает, что я приду без мужа? Я же никому не говорила, что Колян с Колюшкой уехали. Или говорила?

— Ирке, Лазарчуку, Касатикову, звукорежу Диме, секретарше Вике — это, по-твоему, «никому»? — хмыкнул внутренний голос.

— Значит, на пивной дегустации будет кто-то с нашего радио, — смекнула я. — Что ж, для Ирки это лишний повод принять участие в тусовке — ее порадует возможность спаять коллектив.

— Споить, — со знанием дела поправил внутренний голос.

Я ассоциативно покосилась на бутылочку с «лимонадом» станичного дядьки. Без моих мужиков в доме стало скучно и грустно, но не слезами же мне заливаться?

— Ага, давай заливаться самогоном! — с сарказмом молвил мой внутренний голос. — Катиться, так сказать, по наклонной с повышением градуса: утром шампанское, вечером что покрепче! Если так пойдет, к моменту возвращения Коляна и Колюшки ты станешь президентом местного клуба анонимных алкоголиков!

— Типун тебе на язык. — Я устрашилась и встала на путь исправления.

Топографически он совпал с так называемой «тропой здоровья» все в том же Городском Саду: я облачилась в спортивный костюм, обула кроссовки и отправилась на пробежку.

Ну как — на пробежку? На прогулку эдаким хитрым шагом, который имитирует энергичный бег на черепашьей скорости. Подобный декоративный галоп обычно демонстрируют старушки, перебегающие дорогу перед близко идущим транспортом: мимикой и размашистыми жестами они убеждают водителя, что отчаянно спешат и при этом чудесным образом остаются на одном месте.

Вот, кстати, о старушках: одна такая меня без труда обогнала. Правда, ее еще собачка тянула, иначе я бы все-таки выиграла соревнование в скорости. Наверное. Может быть.

Некоторое время мы с бабулей шли голова в голову, потом она вырвалась вперед и, уже обернувшись, добродушно поинтересовалась:

— Больная, что ль? Плетешься нога за ногу, аж подтолкнуть охота.

— Чего сразу больная? — обиделась я. — Просто никуда не спешу.

— Редкий случай в наше время, — заметила бабуля. — А ты не Петровны ли внучка, как ее — Ленка?

— Не Петровны, но Ленка, — согласилась я. — А вас как зовут?

— Нас зовут Мария Никаноровна и Гоша. — Общительная бабуля чуть сдала назад, чтобы нам удобнее было беседовать.

— Гошу не вижу, — призналась я.

— Гоша! — позвала Мария Никаноровна.

— Тяв! — звонко откликнулась собачонка.

— Пекинес? — уточнила я.

И у меня в голове тоже звонко тявкнуло: я вспомнила, что пенсионерка и собаковладелица по имени Мария Никаноровна мне заочно знакома!

— Ой, а это не вы разбили окно в администрации парка?

Спросила я это и чуть по губам себя не хлопнула, побоявшись, что бабуля рассердится на бестактный вопрос.

Нет, наоборот — она обрадовалась и улыбнулась польщенно:

— Я, кто ж еще! Конечно, я! Мы, Костровы, боевитая фамилия, нам камень в руку не клади!

— Рука моя тверда! Вот верная черта Костровского прославленного стиля! — напела я мелодию из советского фильма про мушкетеров.

— И рука еще тверда, и зрение пока не подводит, так что запулила я каменюку в то окошко без промаху! — похвасталась боевитая бабуля. — И то сказать, не в первый же раз. Году так примерно в шестидесятом я уже била то самое окошко, но тогда это случайно вышло, мы с пацанами в ручной мяч играли, у домика администрации как раз удобная лужайка была, и Венька, приятель мой косорукий, неловко подал крученый…