Весь этот свет - Сара Пэйнтер

– У тебя сильное энергетическое поле, – сказала мадам Клара. Грейс ни на секунду не поверила. Она часто получала электрические разряды, никакой мистики тут не было.

Клара вновь взяла ладонь Грейс в свою, и между ними опять пробежал разряд.

– Ай! – воскликнула Клара и сунула пальцы в рот, потом оценивающе посмотрела на Грейс и сказала: – Чайные листья.

Пока чайник закипал, Клара и Бриджит болтали. Бриджит описывала в подробностях всю свою жизнь и даже все, что приходило ей в голову в это утро с того момента, как она проснулась. Если Клара взялась бы читать ее мысли, ей нашлось бы из чего выбрать. Грейс думала, сколько выручает Клара и можно ли таким способом подзаработать карманных денег, учитывая, конечно, что мать не убьет Грейс за такую низменную идею, но тут увидела нечто странное. Мадам Клара пошла заваривать чай, и, когда повернулась к Грейс спиной, девочка увидела тень. Квадратную тень посередине спины Клары. Грейс посмотрела по сторонам, желая понять, откуда она падает, но ничего не увидела. Вновь перевела взгляд на спину Клары – тень никуда не делась, и, когда Клара двигалась, тень двигалась вместе с ней. Грейс моргнула, посмотрела туда, где до этого стояла Клара, надеясь увидеть тень на раковине или кухонном шкафу, но не увидела.

Клара поставила чашку чая на стол, приговаривая «угу-угу», пока Бриджит тарахтела без умолку.

– Можно попить? – попросила Грейс. Ее мутило, руки покрылись гусиной кожей. Бриджит смерила ее скептическим взглядом, Клара кивнула и пошла к раковине. Тень так и не пропала, но ее форма изменилась, и сильно. Теперь это был неровный овал, большая часть которого приходилась между лопаток Клары; он доходил до квадратной талии.

– У вас что-то на спине, – сказала Грейс, не в силах сдержаться.

– Да что с тобой сегодня? – нахмурившись, спросила Бриджит. Клара, вся бледная, повернулась к девочке.

– Что, прости?

– Извините, пожалуйста, – сказала Грейс, поборов смущение и врожденную немногословность. – У вас на спине темное пятно. Это от краски? – Грейс уже поняла, что не от краски, но других объяснений не видела.

– Не сердись на нее, – сказала Бриджит Кларе. Повернувшись к Грейс, шлепнула ее по руке. – Веди себя прилично, юная леди.

Клара ничего не ответила. Она крутила шеей, пытаясь заглянуть себе через плечо.

– Я ничего не вижу. Я не вижу…

– Дай посмотрю, – Бриджит поднялась со стула. – Может, краска на фартуке выцветает. Так случается, особенно с темными вещами. Не замечала?

Клара вышла на середину кухни, повернулась к Бриджит спиной.

– Нет тут ничего, – сказала Бриджит и еще строже посмотрела на Грейс; смущение в ее взгляде смешивалось с раздражением. У Клары вид был испуганным.

– На что это похоже? – она вновь повернулась спиной к Грейс. – Что ты видишь?

Грейс посмотрела на черный овал. Он чуть пошевелился, когда пошевелилась Клара. Это была тень, но она казалась живой. С обеих сторон овал заострился, будто у него выросли крылья, кончики которых щекотали плечи. Грейс закрыла глаза.

– Ничего. Ничего тут нет. Просто игра света. Извините.

Клара опустилась на стул, взяла Грейс за руку. Девочка снова ощутила разряд электричества и увидела, как лицо Клары сморщилось. Женщина крепко держала ее за руку. Слишком крепко.

– Что ты увидела? Скажи мне.

– Ничего, – ответила Грейс испуганно. – Ничего, честное слово.

Три месяца спустя Грейс сидела за обеденным столом и ела кашу, когда к ним заглянула Бриджит. Она была в плохом настроении, не стала с ними завтракать и заперлась в кухне с матерью Грейс, а когда вышла оттуда, ее глаза были красными. Она нервно крутила в руках насквозь промокший носовой платок.

– Помнишь мою подругу Клару?

Грейс кивнула. Каша в желудке вдруг захотела вырваться на свободу, поднялась обратно к горлу.

– Она в больнице. – Бриджит помолчала, и, когда заговорила снова, ее голос был почти неслышным: – Рак.

– Мне так жаль, – выдавила из себя Грейс. Она была благодарна небесам и родителям за свою вежливость, за умение подобрать приемлемые слова в немыслимых ситуациях. Может быть, поэтому мать была так строга по части хороших манер – потому что они чертили карту, по которой можно было следовать, заблудившись в пустыне страха и неуверенности.

Но Бриджит по-прежнему буравила Грейс взглядом. Будто ждала, когда девочка скажет что-то еще.

Через две недели Клара умерла, и с того дня, если Грейс видела тени там, где их быть не должно, она отводила глаза и смотрела в другую сторону. Даже когда дрожащий черный круг появился на ее животе, она сделала вид, что ничего не видит. Она собрала всю силу воли, чтобы не обращать на него внимания, не позволяла взгляду останавливаться там, пока не стало слишком поздно.