Перед смертью не накрасишься - Дарья Калинина

Вернувшаяся в комнату Калерия Дормидонтовна была очень сердита.

– Какой-то телефонный хулиган! – заявила она громогласно. – Стоило мне взять трубку, как он отключился.

– Возможно, связь барахлит.

– Или мужчина оказался слишком стеснителен, чтобы поговорить с вами!

– Не понимаю, кто мог мне звонить. Я дала этот номер лишь трем своим ближайшим подругам. Кира, деточка, ты уверена, что звонил мужчина?

– Да.

– Тогда это очень странно. Все мои подруги вдовы, как и я. И если звонил мужчина… Возможно, с кем-то из них случилось несчастье. Я должна обзвонить их всех! Немедленно!

Калерия Дормидонтовна так озаботилась судьбой своих приятельниц, что даже не обратила внимания на уничтоженный «Праздник весны». Покончив с собственной отбивной, она отправилась звонить в Винницу. А Кира с Лесей, вооружившись лопатами и пластиковыми мешками, отправились собирать отравленный снег под окном.

Испорченного снега оказалось много. Подруги измучились, пока собрали его весь. Получился целый большой мешок.

– И куда нам его теперь девать? На участке оставлять его нельзя. Тетя вбухала столько растворителя, что хватит, чтобы перетравить всю растительность на нашем участке.

Увы, несмотря на темноту и холод, мешок предстояло тащить на помойку. Вообще-то, в поселке существовала служба по уборке территории, работники которой, проезжая каждый день в десять утра, забирали мешки с отходами от домов граждан. Но подруги опасались, что тетя Калерия встанет раньше и сунет свой любопытный нос в мешок, обнаружит там остатки рагу вперемешку со снегом. Все поймет и страшно обидится.

А обижать тетю Калерию подруги остерегались. Их собственное чутье подсказывало им, что обиженная тетя Калерия – это нечто пострашнее рагу с подливой из растворителя!

– Потащим мешок на свалку сами, – решила Кира. – Ничего, не помрем.

Мешок был страшно тяжелый. Но подруги решили не сдаваться. Ради сохранения мира в семье они готовы были и не на такие жертвы.

– К тому же у нас есть тачка. Погрузим на нее и повезем.

Идея была неплохая, и девушки воспользовались ею. Погрузили черный пластиковый мешок со снегом и покатили его к мусорному контейнеру. Тачка по натоптанным дорожкам катилась ровно и быстро. Кира держала ручки, а Леся придерживала мешок. И ни одна из подруг не заметила любопытных глаз, которые проследили за ними до самой мусорки. А потом чья-то маленькая тень отделилась от одного из коттеджей и проследовала в том же направлении, к мусорному контейнеру.

Этот контейнер стоял неподалеку от выезда из поселка, замаскированный зеленой изгородью. Понятное дело, сейчас изгородь представляла собой обычный забор, возле которого торчали голые ветви кустарников. Но зима или лето стояли на дворе, а два раза в неделю контейнер вывозила специальная машина. Сегодня как раз она вывезла старый и на его место поставила новый. Так что проблем у подруг не возникло. Мешок со снегом упал на самое дно. И довольные девушки отправились домой. Теперь Кира ехала на тачке, а Леся катила ее вперед.

И снова девушки не заметили черной тени, проводившей их до самого дома. Затем тень, немного постояв, словно о чем-то раздумывая, метнулась в противоположную сторону от дома подруг.

Утром безмятежный сон Леси был прерван вторжением тети Калерии. Леся проснулась от тяжелой поступи тетки.

– Вставай, деточка! – громогласно возвестила Калерия Дормидонтовна, распахивая настежь окно, за которым брезжил серенький рассвет.

Впрочем, рассветом это трудно было назвать. Нечто серое, промозглое и крайне холодное. Весьма отдаленно напоминающее восход солнца.

– Вставай! На рынок лучше идти с утра! Первым покупателям – скидка! Да и товар утром свежее.

Это было, конечно, разумно. Но взглянув на часы, Леся мысленно застонала. Семь утра! Во сколько же тетка планирует быть на рынке?

– В восемь будем на месте. Купим все самое лучшее. Потом ты, деточка, поедешь на работу, хотя я этого не одобряю. Замужняя женщина не должна работать. Но в конце концов, твоя свадьба с моим племянником еще не состоялась. Ты можешь себе позволить поработать.

И вот странное дело! После этих слов тетки Лесе вдруг страшно захотелось работать. Прежде она, бывало, начинала ныть и хныкать, что устала и что ей бы отдохнуть. Но теперь Леся возмутилась в душе. Как это она и не будет работать? А чем же она тогда станет заниматься?

Но у тетки был приготовлен ответ и на этот вопрос.

– Сегодня вечером, вернувшись с работы, ты под моим руководством приготовишь свой первый в жизни правильный обед!

– Правильный?

– Да! Я подберу продукты, которые сочетаются друг с другом. И ты наконец поймешь, что такое правильное питание.

– Я знаю это и так, – рискнула выступить Леся. – В дневном рационе должно быть сбалансировано сочетание жиров, белков и углеводов. Другими словами…

Ох, зря она выступила! Ох, зря! Тетка буквально побагровела и гневно возопила:

– Деточка! Да ты так мне Лешика совершенно погубишь! Какие еще жиры и углеводы? Ни в коем случае нельзя сочетать несочетаемое!

– Нет?

– Нет! Никакой тушеной картошки с мясом! Никаких пирожков с малиной! Никаких макарон по-флотски! Только правильное и раздельное питание. Один день едим мясо! Другой день овощи. Третий картошку. Можно выделить еще день для молочных продуктов и день для рыбы!

– Что же это получается? – ахнула Леся. – А как же тогда готовить? Что это за еда такая из одного молока?

– Вот в этом и секрет правильного питания, я тебя научу!

«Пропади ты пропадом, жирная самоуверенная корова! Убирайся из моей комнаты и дай нормально поспать еще пару часиков». Эти слова так и вертелись на языке у Леси. Но тут у нее перед глазами встал умоляющий Лисица, и Леся ничего не сказала противной тетке.

Ровно через двадцать минут она была уже одета, обута и накормлена правильным завтраком, состоящим из одного яйца всмятку. После завтрака она почистила зубы, с радостью смывая с них вкус яйца, которое не полагалось ни солить, ни сдабривать маслицем. Про теплую белую булочку или черный ржаной кусочек хлебушка и речи не могло идти. Все мучное было изгнано из дома теткой Калерией в первый же день.

Излишне говорить, что на рынке в восемь утра не было еще ни единого продавца. Вернее, торговля шла лишь в рядах, где торговали продавцы рыбьей прикормки. Там шевелились розовые червяки, желтенькие опарыши и еще какие-то противные насекомые, которые шли на корм рыбе. Но покупать их тетка Калерия отказалась. Спасибо ей и за это!

В половине девятого рынок начал оживляться. Калерия Дормидонтовна ходила по рядам и безжалостно критиковала товар, торгуясь с продавцами. И в самом деле выгадывала где десять рублей, а где и двадцать. Занятие это доставляло ей большущее удовольствие. И Леся с облегчением поняла, что сегодня у них в доме будет мясное.