Криминал на лабутенах - Дарья Калинина

– Да, Алиса.

– Не удивлюсь, если окажется, что завещание написано в ее пользу.

– Какая разница? Пусть возьмет все, если отец так хотел. Мне от него ничего не нужно, ты же знаешь.

– Знаю, – произнесла мама, голос у нее был печален. – Тебе была нужна от него лишь его любовь, а ее он дать тебе так и не смог.

– Зачем ты это говоришь? Мне и так нелегко сейчас.

– А ты знаешь, где сейчас эта Алиса?

– Нет, не знаю. Она куда-то исчезла.

– Вот! – с удовлетворением произнесла мама, из голоса которой моментально испарилась всякая печаль. – Все, как я и предвидела. Сейчас эта личность исчезнет до самых похорон, предоставив тебе одной тащить на себе весь этот тяжкий воз, а появится только на кладбище. Или вовсе на поминках. Или у нотариуса, это будет вернее всего.

– Ну почему ты так настроена против них всех?

– Потому что я знаю породу этих людей! Они всегда и всюду стараются извлечь из ситуации свою пользу. И не стесняются эксплуатировать таких, как ты!

– По-твоему, я дурочка?

– Ты у меня очень простодушная, Мариша. Любой проходимец, если назовется твоим другом, может тебя облапошить.

– Он был не просто моим другом, он был мой отец.

Что ей возразить на это, даже мама не нашлась. И вместо этого осторожно спросила:

– Ну а эти-то… совсем поучаствовать в похоронах не хотят?

– Ты про Алиску и ее мать? Может, они и хотели бы, да как их оповестить?

– Ну как же! – оживилась мама. – А телефон-то на что?

– У тебя есть их номер?

– И у тебя он есть. Ты же была у отца в Москве.

– Думаешь, они все в той же квартире живут? – уныло спросила Мариша. – Нет. Перед тем как сюда переехать, папа их квартиру разменял. Жене и Алиске большую двухкомнатную квартиру в Москве возле метро «Динамо» выменял. А себе в Питере… тоже двушку, но скромненькую взял.

– Это тебе кто сказал?

– Папа.

– Он тебе соврал.

– Почему ты так говоришь? Откуда бы иначе папа взял деньги на квартиру в Питере?

– Не знаю, из каких денег он себе эту квартиру возле тебя приобрел, только московские хоромы они не продавали.

– Откуда ты знаешь?

– С тетей Зосей разговаривала недавно.

Тетей Зосей звали дальнюю папину родственницу, которая состояла с Антониной Семеновной до сих пор в приятельских отношениях.

– И что тетя Зося тебе сказала?

– Она в гостях у твоей мачехи была. Еще удивлялась, как это ей одной в четырех комнатах не скучно.

– Одной?

– Ну, сестры твоей дома не было. Мачеха твоя жаловалась, что Алиска сильно непослушная сделалась, из дому удрала.

– Двадцать лет девке, что с нее взять? Не замужем. Одни кавалеры небось в голове.

– Шальная она какая-то уродилась. Школу окончила, поступать в вуз не захотела или не смогла. Отец настаивал, чтобы на бюджетное поступила, она ЕГЭ плохо сдала, с такими баллами ее ни в один институт на бюджетное принять не могли. Оставалось только на платное идти, но что-то и туда Алиска не поступила.

– Чем же она занимается?

– Дурью мается. Тусовки, магазины, танцы. В мамашу свою пошла. Прожигательница жизни!

Какое-то время Мариша молчала, а потом язвительно произнесла:

– Интересно получается, мамочка. Мне ты общаться с отцом и его новой семьей всегда запрещала, а сама была в курсе всего, что у них делалось!

– Так это благодаря тете Зосе! Она мне рассказывала. Сама-то я у нее не спрашивала, но если рассказывает, не прерывать же мне человека?

– То-то ты ей по пять раз на дню иногда звонила! Теперь понимаю зачем! Отцу моему кости мыли!

– А что тут такого? Небось не чужой человек. Ни ей, ни мне.

– Не чужой, а денег на похороны тебе для него жалко.

– Так это потому, что у них-то денег полна коробочка. Отец твой, когда бизнесом занимался, хорошие деньги имел. И когда фирму продал, вообще сколько-то миллионов за нее отхватил! Да не рублей, а долларов!

– Ну, когда это было.

– Не так уж и давно. Всего-то лет семь прошло.

– Истратили, наверное. Алиска, как ты говоришь, не работает. Мачеха тоже. Отец бизнес продал. Прожили они эти деньги, долго ли умеючи. Все на жизнь и потратили.

– Так ли уж и все? – скептически хмыкнула мама. – Свою московскую квартиру они отхватили еще в те времена, когда отец в силе был. И с тех пор ничего существенного не покупали. Я бы знала.

Похоже, мама за своими недругами следила в оба глаза. Марише было и смешно, и грустно.

– Мама, скажи, а зачем ты это делала? Не проще ли было оставить папу в покое и жить дальше своей жизнью?

– Я ею и жила. А про них… Зося мне рассказывала, что же мне перебивать ее было!

– Ты и сама ее подначивала.

– Слушай, я что-то не пойму, в чем ты меня обвиняешь? Для тебя же старалась! Знала, что когда-нибудь отец твой – скаред старый – скопытится, вот и рассчитывала, на что ты после него претендовать можешь.

– Мама!

– Ну что «мама»? Что «мама»? Да, я твоя мама! И я забочусь о тебе! Всю жизнь ты у своего отца на заднем плане была. Алиске он и заботу, и подарки, а тебе что?.. Одни алименты? Да и те, стыдно сказать, всякий раз чуть ли не силой из него вырывать приходилось. Будто бы не родному дитю, а чужому выкормышу давал.

У Мариши разболелась голова, как бывало с ней всякий раз, когда мама принималась при ней проклинать ее отца. Она понимала, что мама была ужасно обижена на него. Но советовать маме обратиться к самой себе и покопаться, чтобы понять, почему судьба подкинула ей такую подлянку, у Мариши язык не поворачивался. Вряд ли мама согласилась бы с тем, что сама в чем-то виновата. Куда удобней предстать в образе жертвы и обвинить во всем кого-то другого, чем попытаться непредвзято разобраться в ситуации и понять, что именно послужило началом конфликта.

Но главное из этого разговора для себя Мариша вынесла. У тети Зоси имелась подробная информация о том, где сейчас находились ее мачеха и сестра. И Мариша позвонила подруге своей матери. Тетя Зося ей обрадовалась. Еще бы! Тетя Зося была заядлой старой сплетницей и надеялась услышать сейчас от Мариши много нового и интересного. Что же, тетя Зося в своих чаяниях не ошиблась. Новость, которую она услышала от Мариши, потрясла все ее тучное тельце до самого основания толстеньких ножек.

– Умер! – ахнула она, так что даже на другом конце провода Мариша услышала, как задрожала посуда в шкафу у тети Зоси. – Как? Почему? Почему я ничего не знаю!

Пришлось Марише изложить некоторые подробности произошедшего, чтобы утихомирить разбушевавшийся темперамент тети Зоси. Мариша опустила все, что было связано с ограблением квартиры отца и возможным похищением Алиски, чтобы уж слишком-то не волновать пожилую женщину, но не скрыла от родственницы, что отец провел свою последнюю ночь вне дома.