Жены, которым не повезло - Евгений Сухов

Я полез в карман, достал бумажник и дал пацаненку полтинник. Тот удовлетворенно хмыкнул, сунул деньги в карман куртки и произнес:

– Сейчас вам надо будет пройти вон в ту арку, – конспиративно повел он подбородком в сторону ближайшей арки, – и свернуть налево. Там вас будут ждать.

После этих слов пацаненок повернулся и исчез. Так быстро, что я и не заметил, куда он подевался. Я дошел до арки, огляделся, прошел в нее и повернул налево. У стены с облупившейся штукатуркой недалеко от подъезда стоял Паша Кочет. Он посмотрел на меня, затем вошел в подъезд, оставив дверь приоткрытой. Я вошел следом и стал медленно подниматься по ступеням, обнаружив Пашу стоящим у окна на площадке между вторым и третьим этажом.

– Маша сказала, что вы хотели со мной встретиться, – без всяких предисловий сказал Кочет и добавил, предвосхищая мой вопрос: – Хату на шоссе Энтузиастов брал не я. И я никого не убивал.

– А кто тогда?

– Я не знаю, – прямо ответил Кочет. – Это точно не наши… Мне бы тоже хотелось знать, кто так безобразничает… Скорее всего, какие-то залетные объявились, нас почем зря подставляют. Они потом съедут куда-нибудь в Сибирь, и в тину, а на нас всех собак повесят! Не по понятиям это… Надо разрешения спрашивать, когда в чужой дом приходишь.

Я поймал взгляд Кочеткова. Затравленный, но, как мне показалось, честный.

– Вас ищут, вы знаете?

– Знаю, – криво усмехнулся Паша. – И рано или поздно – найдут.

– Так, может, лучше самому сдаться? – предложил я.

– То есть раньше сядешь, раньше выйдешь? – хмыкнул «домушник» и отрицательно покачал головой: – Это не про меня. Тогда оба убийства повесят на меня, и будет мне полный каюк… Вы что-нибудь узнали?

– Есть немного, – неопределенно ответил я. – Возможно, Аида Крохина была убита раньше десяти часов вечера. И даже раньше девяти…

– Так, может быть, это ее сам муженек и пришил? С него станется!

– Я не знаю, – честно признался я и задал новый вопрос: – А вы где были до того, как пошли в «Закусочную» вместе с вашим приятелем Шалым?

– Да я уж и не помню… – сморщил лоб Кочет. – Только мы с Шалым весь тот вечер кантовались вместе. Часиков с шести.

– А где вы были той ночью, когда ограбили квартиру на шоссе Энтузиастов и убили ее хозяйку?

– На хате одной. Ну, на малине…

– Адрес, конечно, вы мне не назовете, так? – пытливо посмотрел я на Пашу.

– Так, – признался Кочет. – Не поймут меня, если я вам его скажу…

– Получается, что алиби на момент убийства хозяйки квартиры на шоссе Энтузиастов у вас нет.

– Получается, что нет, – смиренно ответил Паша.

– А ваше алиби на момент убийства Аиды Крохиной шестого декабря может подтвердить только ваш приятель Шалый, – добавил я.

– Да, – глухо произнес Кочет.

– Согласитесь, шатко все это… И что мне прикажете делать?

– Копай, Русаков, копай! – с нотками отчаяния в голосе воскликнул Паша. – Как только накопаешь и отмажешь меня от этих двух убийств, так я сам приду в ментовку и напишу чистуху[4], что эти три хаты в Измайлове, что случились до убийства Крохиной, взял я. – Он твердо посмотрел на меня и добавил: – Отвечаю…

Легко сказать: «копай». А где копать-то? На чем строить версии? Да и есть ли у меня таковые?

Впрочем, две имеются. Нет, три…

Первая: все пять ограблений – это дело рук Паши Кочета, возможно совершенных со своим подельником Шалым. Они взяли удачно три квартиры в Измайлове, а при ограблении четвертой столкнулись с хозяйкой Аидой Крохиной и были вынуждены ее убить, чтобы не оставлять свидетельницу. Подобная же картина случилась и при подломе квартиры Киприани на шоссе Энтузиастов, ибо после совершения первого убийства терять Кочету было уже нечего. А меня он просто водит за нос, как несмышленое дитя. Только вот зачем ему это? Лучше бы ему водить за нос старшего следователя Главного следственного управления майора юстиции Михеева…

Вторая версия: Крохин, ревновавший свою супругу, дошел в этом своем чувстве до крайности, нанял киллера, и тот убил Аиду Владимировну. Почему ее, а не Анатолия Веселова? Да потому, что в изменах мужьям всегда виновата женщина, а не ее любовник. Поскольку выбирает, как ей поступить, и решает это она сама, а любовник только принимает ее решение…

Да, киллер, нанятый Юрием Сергеевичем, искусно сымитировал ограбление, используя почерк преступника, подломившего до этого три квартиры в Измайлове.

Что это значит?

А это значит, что убийца знал этот почерк.

Каким образом?

Хороший вопрос. И на него напрашиваются два ответа: либо убийца хорошо знал Пашу Кочета, либо был знаком с материалами следствия.

Кто ведет следствие по делу ограбления трех квартир в Измайлове?

А почем мне знать? Может, эти дела уже объединены с ограблением и убийством Аиды Крохиной в одно производство и переданы майору юстиции Михееву? Только вот значит ли это, что следователь Михеев слил информацию о трех ограблениях в Измайлове убийце Аиды Крохиной? А может, убийца Аиды Владимировны и убийца жены Киприани Макруи Патвакановны – одно лицо? Ведь, по словам Альберта Ивановича, почерк всех пяти ограблений один и тот же!

И кто этот таинственный убийца? Майор юстиции Михеев?

Нет, это уже явный перебор…

Третья версия: убил Крохин, ревновавший свою супругу к ее школьному товарищу Анатолию Веселову, причем ревновавший вполне обоснованно, поскольку его друг, частный сыщик Альберт Иванович Киприани, предоставил Юрию Сергеевичу все необходимые сведения и доказательства измены Аиды Владимировны.

Возможно, Крохин убил жену в запале скандала, то есть непреднамеренно, как это нередко случается. Скажем, Юрий Сергеевич ударил ее или сильно толкнул, та упала и стукнулась головой о мраморную столешницу журнального столика, получив повреждения, не совместимые с жизнью. А потом Крохин, испугавшись, обставил все случившееся таким образом, будто произошло еще и ограбление, которых в Измайлове в последнее время было уже три, а сам отправился в бар «Восточный округ» делать себе алиби.

Но откуда в таком случае Крохин мог знать, каким образом были ограблены три предыдущие квартиры в Измайлове? Иными словами, откуда Юрий Сергеевич узнал, какой «профессиональный» почерк имеется у вора-«домушника» Паши Кочета?

Да-а, тупичок, однако. И все же интересно, кто ведет или вел дела о трех ограблениях?

Нет, надо немедленно звонить Володьке…

– Владимир Иванович? – Я иногда так называю Володьку, в шутку, естественно.

– Чего тебе надобно, Старче? – недовольным голосом золотой рыбки спросил Коробов.