Магия убийства - Лариса Соболева

— Я голоден, как зверь, — потирая руки, сказал он, не зная, с чего начать поздний ужин. Яша набросился на еду, будто не ел неделю. — Устала?

— С чего мне уставать? От безделья?

— От безделья устают больше, чем от работы.

Он откусил большущий кусок белого хлеба, запустил зубы в ножку курицы, жевал и стонал, жмурясь от удовольствия. Эля надула губы:

— Почему такая несправедливость на свете?

— Ты о чем?

— Сколько ты ешь? И на ночь! Еще закусишь куском пирога или торта. И при этом худой как не знаю кто! Ну почему у меня каждый кусок откладывается в виде жировых запасов?

— Конституция такая, — сказал он, запивая еду томатным соком. — Я тебя люблю потому, что ты пухленькая. — Увидев тоскливое выражение на лице жены, протянул ей тарелку с мясной нарезкой, красиво разложенной Элей. — Скушай кусочек. Маленький. Вкусно…

— Ну ладно, — махнула она рукой, взяла чистую тарелку, положила на нее всего понемногу. — Сейчас наемся, а завтра буду страдать и худеть.

— Страдай сколько хочешь, но худеть… Не позволю. Ты у меня главное украшение.

Некоторое время они ели, улыбаясь. Эля долго думала, с чего начать, но не решалась, тема была больно щекотливая, не знала, как отнесется к ней муж. Да и не хотелось портить ему настроение перед сном. Однако ее беспокойство не угасало, а возрастало, завтра он умчится спозаранок, и она опять не поговорит с ним. Нет, надо сегодня.

— Яша, у тебя есть знакомые в милиции? — спросила Эля.

— Зачем?

— Я должна тебе кое-что рассказать.

— Уй, какой загадочный тон. — Он не придал значения ее словам, веселился. — Пухлик, ты пугаешь меня.

— Когда я тебе расскажу, ты на самом деле испугаешься, как испугалась я.

Яша озадачился: жена была серьезна, как никогда. Он достал сигареты с зажигалкой, Эля принесла пепельницу, ее не надо просить, сама догадывается. Закурив, он спросил:

— Что случилось? Рассказывай.

— Помнишь, я говорила, что у меня появилась подруга Клара?

— Помню и рад, что тебе есть с кем провести время. А что такое?

— В субботу мы были с ней в ресторане, болтали, и вдруг официант принес мне записку. На, прочти.

Яша изучал записку минуты три, хотя на прочтение ее хватит и десяти секунд. Бросив листок, он поставил локти на стол, курил, глядя на жену, видимо, ждал дальнейших объяснений, да теперь-то ничего другого и не оставалось. Эля начала:

— Я уже потом, анализируя наши встречи с Кларой, вспомнила, как со мной, когда мы сидели с ней где-нибудь в баре, пытались познакомиться молодые люди. Знаешь, тогда у меня мелькнула мысль: чего это мужчины ко мне пристают? Я вроде бы не предел мечтаний…

— Как сказать, — вставил Яша. — Для меня предел.

— Но это были очень красивые мужчины, всего два. Один мне попадался несколько раз, заговаривал, набивался в друзья, я его грубо отшила. Второй два раза встречался…

— А в субботу появился третий?

— Да, — закивала Эля. — После того как я прочла записку, меня пригласил танцевать молодой человек, потом он подсел к нам за столик. Я уже не отшивала его, мне стало любопытно: а что за этим кроется? Что нужно Кларе? Понимаешь, Яшка, эту записку просто так не прислали бы, мне кажется.

— Клара видела, как ты читала записку?

— Конечно. Я сказала, будто это противный поклонник достает меня приставаниями.

— Что было дальше?

— Этот… как же его… Ричард! Он пригласил меня на свидание. Назначил его на воскресенье, но мне же надо было обдумать все, с тобой поговорить. Я сказала, что в воскресенье не могу, только в среду. А теперь слушай: Клара уговаривала меня не отказываться от свидания, мол, никто не мешает иметь мужа и почувствовать себя королевой, и женщина от этого только расцветает, а муж влюбляется в нее заново. Яша, эти уговоры стали для меня подтверждением, что в записке написана правда, кто-то мне помог не угодить в ловушку.

— Ну а в чем ловушка?

— Не знаю. Поэтому мне нужен милиционер. Если я сама приду в милицию и расскажу все, то, думаю, надо мной посмеются.

— А от милиции ты чего хочешь?

— Ну, они должны как-то мне помочь и выяснить, каковы цели Клары. Яша, мне страшно.

Он снова закурил, взял записку и смотрел в текст, после поднял глаза на жену и спросил:

— Почему сразу мне не рассказала?

— Ты так много работаешь, даже в выходные, а вчера у тебя был свободный день. Я подумала, что не стоит его портить, но сегодня ты ушел очень рано. Яша, нам нужен человек, который посоветует, как быть.

— Частный детектив подойдет?

— Подойдет. Тем не менее давай обратимся в милицию. Если понадобится, я пойду на свидание, но я должна быть уверена, что меня охраняют. Частный детектив в случае опасности не применит оружия, а милиционер имеет право.

— А не велики ли глаза у страха?

— Нет, Яша, нет. Зачем она подсылает ко мне молодых людей? А она точно подсылает, как сказано в записке. Прошу тебя, отнесись к этому серьезно.

— Хорошо, я подумаю, что сделать, а на свидание не ходи.

— Не пойду, — согласилась Эля. — Но только тогда, когда не ходить мне скажет милиция.

И тут всегда мягкого Яшу прорвало:

— Ты соображаешь? Зачем идти на свидание, если ты знаешь, что Клара ведет себя нечестно? Или тебе все-таки понравился тот парень?

— Я бы могла сейчас обидеться, — сказала совершенно спокойно Эля. — Но твои слова вызваны страхом за меня, поэтому я тебя прощаю. Подумай, как мы узнаем, что затеяла Клара, если я не пойду на свидание? Почему она выбрала именно меня, домохозяйку? А в записке написано: «Вы и ваша семья в опасности». Так что хорошо подумай, прежде чем кричать на меня. И подумай, к кому обратиться. Я пошла спать.

На этом она встала и ушла в спальню. Яша засиделся, он брал в руки записку, читал ее, курил и думал.

…Утро, снова утро. Проклятые утренние лучи просачивались в щели штор, выводя Леру из себя. У Леры появилась светобоязнь, солнечный свет приносил с собой ощущение незащищенности. Чтобы подавить в себе страхи, она пила транквилизаторы, однако забывалась сном ненадолго. Слыша все шумы в доме, просыпалась в холодном поту, подскакивала к двери спальни, прислушивалась к звукам, подставив ухо к щели. Опомнившись, Лера бродила по комнате, мысленно уговаривая себя, что это глупо, ей нечего бояться в собственном доме.

Вчера Антон вернулся из деловой поездки, и положение Леры осложнилось, пришлось притворяться: я больна, еле держусь, почти умираю. Долго ли она так продержится? Если бы он еще несколько дней отсутствовал, она бы что-нибудь придумала, ей нужно время. Для кого-то начинается новый день, для нее мучения. Лера встала, подошла к окну, взялась за края штор и уставилась одним глазом на улицу.