Незнакомка до востребования - Анна Данилова

— Я вчера утром суп сварила, куриный, хочешь, я тебе его подогрею?

Зоя достала из холодильника кастрюлю, отлила в тарелку и поставила в микроволновку. Вик курил, глядя в окно. За окном бушевала непогода, ветер трепал верхушки садовых деревьев. На дорожку, ведущую от ворот к дому, сыпалась мелкая белая снежная крупа, которая, впитываясь в серую мокрую грязную кашу, сразу же чернела, таяла. Небо было серым, холодным, зимним.

— Какая-то безумная ночка была, — сказал Вик. — Ты чего-нибудь поняла? Кто такой Игорь, например?

— Нет, не поняла. Впервые услышала это имя. Уверена, что и Марина тоже с ним не знакома. И даже, когда к ней вернется память, она не вспомнит его, потому что его в ее жизни просто не было.

— Нет, с этим Максимом Караваевым все понятно, Марина сама захотела всего этого… Ты знаешь, никакие наши уговоры не помогали.

— Да нам всем в общем-то казалась эта игра вполне безобидной. Тем более она же не дурочка, понимала, что рано или поздно все это закончится.

— Но, согласись, она повела себя странно.

— Люди время от времени ведут себя так, как им того хочется.

— Живут в вымышленном мире… Но я никогда бы не подумал, что это про нашу Марину. Она же — сама реальность. Она, как танк, шла по жизни, сама сворачивала горы и всего добивалась сама.

— Что верно, то верно. Тебе гренки поджарить?

— Давай. Они у тебя такие вкусные получаются.

— Этот запах с детства… Помнишь, как мы, когда помогали в интернате на кухне, доставали из холодильника масло и поджаривали хлеб?

— Как не помнить… Запах был такой, что… А, да что там говорить! Это был самый вкусный хлеб на свете.

— Хорошо, сейчас приготовлю. А что касается Марины, то я соглашусь с тобой. Она, пожалуй, всегда была сильнее всех нас. И терпеливее. Я не знаю, что стало бы со мной, если бы я не встретила Семена. Куда бы меня взяли с моим филологическим образованием? В школу? Ну, устроилась бы я учительницей русского языка и литературы, и что? Где бы я жила? Квартиру бы точно не смогла снять. Ютилась бы в комнатке в общежитии или снимала угол у какой-нибудь старушки.

— Да уж, тебе с Семеном просто повезло.

— Как ты думаешь, она искренне радовалась тогда за меня или завидовала мне, как и все вокруг?

— Да кто ж заглянет в чужую душу? Не знаю, но хочется думать, что она любит тебя, а потому радовалась твоему замужеству. Но этот Игорь… Послушай, он просто околдовал нас сегодня… Сам не пойму, почему не воспрепятствовал тому, чтобы она поехала к нему… А она тебе что сказала, когда ты помогала ей одеваться? Вы же в палате были одни.

— Она плакала, говорила, что и сама понимает, как рискует, находясь в больнице. И больше всего ее интересовал вопрос не кто такой Игорь Караваев, поскольку она не помнила не только его, но и всех нас… Ее занимал один вопрос: кто и за что ее хотел убить? Ведь ее почти убили. И это чудо, что нож не задел важные артерии, сердце…

— Значит, нож всадил не профессионал.

— Но человек, который хотел ее убить. Значит, либо он боялся ее, может, она знала о нем что-нибудь такое, что могло бы навредить ему… Либо за что-то отомстил.

— Или ее с кем-то перепутали. Не могу поверить, чтобы наша Марина кому-то так крепко насолила, перешла дорогу. Не такой она человек.

Масло на сковородке зашипело, и Зоя принялась укладывать ломтики хлеба. Вскоре по кухне поплыл аромат горячего масла и поджаренных гренок.

— Сейчас соберу еще вещи, чтобы ей было во что переодеться. И поедем к этому Игорю. По дороге надо будет купить все необходимое. Мыло, шампунь, крем… Я уже составила список. Господи, бедняжка, надо же — потеряла память! Да если бы она вспомнила нас, сейчас бы уже была с нами, здесь, и за ней бы ухаживали лучшие медсестры, а наблюдал бы ее мой любимый доктор Василий Петрович. Да я бы поселила здесь его, чтобы только он лечил ее… И психиатра бы лучшего нашли, привезли сюда. Я бы сама варила ей супы, давила бы соки… Уф, как-то все странно получилось.

— Я чувствую свою вину за то, что мы ее вот так запросто отпустили… — сказал Вик. От горячего супа он раскраснелся. — А Дворкин этот, хорош гусь, а?

— Жаль, что я не успела сунуть ему деньги. А этот Игорь, думаю, сунул…

— Да конечно, я сам видел!

— Но если предположить, что этот Игорь на самом деле является ее родным дядей, то его поведение вполне естественно.

— А если он — убийца, то тем более естественно…

— Нет, мы же вместе читали про него… Он — владелец крупной компании, он же не идиот, чтобы представиться всем нам, а потом взять ее и убить.

— Зоя, а ты чего не ешь?

— Не знаю… Аппетита нет. Знаешь, что я придумала? Мы купим по дороге курицу, и я постараюсь уговорить этого Игоря оставить меня с Мариной, приготовлю ей поесть… Может, она вспомнит меня, а? Знаешь, она любит безе… Я испеку ей безе, может, тогда она меня вспомнит?

— Я много думал о том, как ей вернуть память. И не придумал ничего лучшего, чем отвезти ее в интернат, где она жила долгие годы… Может, увидит родные стены, преподавателей, воспитателей, а?