Бей первой, леди! - Кирилл Казанцев

Азиат, ростом Максу до плеча, просочился между ним и стенкой, открыл дверь и вошел в денник Кристалла. Девушка пошла к выходу, Макс топал следом, посматривал то на лошадей, то, стараясь не особенно пялиться под взглядами персонала, на «объект», то есть на Юльку. А та не пропускала ни одной лошади, просовывала руку через прутья, гладила их и давала каждой то морковку, то яблоко. Накормила наконец всех, вышла на улицу и повернулась к двери.

— Тебе нравится? — Макс не сразу понял, что она имеет в виду, потом сообразил, что девушка говорит о лошадях.

— Ну, я даже не знаю. Красивые, — пробормотал он, чтобы сказать хоть что-то. Не нравились ему эти звери, вот не нравились — и все. Дерганые, неуправляемые, и неизвестно, чего от них ждать в следующую минуту: что тут может понравиться? А Юлька, судя по ее виду, в полном восторге, даже раскраснелась, бледность враз куда-то подевалась, и глаза блестят так, что смотрел бы и смотрел. А та улыбнулась, махнула хвостом и отвела Макса в сторонку: по коридору шел тот самый азиат и вел в поводу Кристалла.

На солнце его шерсть блестела еще ярче, проточина на морде стала и вовсе белоснежной, Юлька чмокнула зверюгу в переносицу и мигом оказалась в седле. Макс и моргнуть не успел, а Юлька уже смотрит на него сверху вниз и с сосредоточенным видом разбирает поводья. Она толкнула Кристалла пятками в бока, тот тряхнул гривой и пошел рядом с азиатом, что пока еще держал его под уздцы. Отпустил только у въезда в манеж, отошел в сторонку, и девушка медленно поехала дальше. Макс осмотрелся: рядом никого, манеж пуст, песок перерыт копытами, всюду виднеются отпечатки подков. На длинных лавках, что располагались вокруг манежа, тоже пусто, если не считать двух или трех работников вроде уже пропавшего с глаз долой азиата, то ли подметают между рядов, то ли бумажки подбирают. Но они были далеко, Макс повернулся к ним спиной, перебрался через невысокую ограду и сел на лавке в первом ряду. Отсюда было удобно наблюдать и за Юлькой, и за входом: двери манежа открыты настежь, мелькают мимо рабочие, но внутрь никто не суется: хозяйкина дочка приехала, близко не подходи. Никто и не подходил, что радовало, и Макс принялся смотреть на Юльку.

Управлялась она с почти двухметровой зверюгой запросто и совсем его не боялась. Даже не так, она точно играла с конем, нарезая круги по манежу. Макс почувствовал что-то вроде зависти: ему-то самому слабо, а Юлька крутит этой тушей как хочет, и вид у нее при этом довольный и сосредоточенный одновременно.

Девушка проехала шагом еще пару кругов — и началось, Макс сначала заволновался, а потом успокоился: Юлька знала, что делает. Он откинулся на спинку лавки и наблюдал за здоровенным конем, что легко, точно и не замечая ее веса, носил на себе по манежу девушку. То рысью пойдет, то галопом, и не прямо, а больше кругами, огромными «восьмерками», а Юлька лишь покачивается в седле: спина прямая, голова поднята, локти прижаты к бокам, поводья держит ровно — загляденье.

Он и смотрел, не отрывая глаз, смотрел и вовсе расслабился, точно кино доброе старое глядел, положил подбородок на ладони и следил за Юлькой. А та уже примеривалась к двум барьерам, что один за другим метрах в трех друг за другом стояли у стенки манежа. Тут Макс малость напрягся, но все прошло гладко: Кристалл легко и непринужденно перемахнул препятствия, Юлька чуть привстала в седле, наклонилась вперед, и Макс даже глаза отвел, ибо смотреть на все на это без душевного волнения было невозможно.

У ворот манежа мелькнула тень, Макс глянул туда, и ему показалось, что это маячит тот самый азиат, что седлал Юльке коня. Тоже ждет, поди, пока девушке не надоест, а та только входила во вкус. Проскакала мимо вдоль стенки, потянула внутренний повод на себя, и Кристалл послушно повернул, не сбившись с ровного мерного галопа. Повернул и двинул всей тушей, да еще и ускоряясь вдобавок, на барьеры, летел к ним, вытянув по ветру роскошный расчесанный хвост, Макс видел, что Юлька подобралась и приготовилась к прыжку.

Что-то перелетело через глухую стенку манежа и упало под ноги коня. Мгновение — и грохнуло так, что у Макса даже уши заложило. Он сначала решил, что это выстрел, вскочил, закрутил головой, но рядом никого не было, в манеже он был один. Стрелять сверху тоже было не с руки, рядом ни одной возвышенности, если не считать крыши конюшни, но она низкая, неудобно. Или тут уж все равно, и кто-то палил в белый свет, как в копеечку, надеясь, что зацепит девушку. Хотя со стороны и сверху стреляют из такого оружия, что и звука-то лишнего не издаст, не грохот получится, а щелчок, точно зажигалкой щелкнули, а тут точно в упор палили…

Но через пару мгновений сообразил — не пуля это, а петарда, и взорвалась она под копытами Кристалла, засверкала, заискрила и рванула очередями. Кристалл затормозить не успел, он лишь шарахнулся вбок, прыгнув на всех четырех ногах, присел на задние копыта, прижал уши и заржал. Испуганно, зло и оглушительно, опустил голову и ринулся куда глаза глядят, не слушая ни повода, ни Юлькиных криков. Он вообще ничего не слушал, пер вперед, снес грудью барьер, снова шарахнулся вместе с Юлькой на спине, и та едва удержалась в седле. Дернула поводья на себя, но без толку, Кристалл тащил ее по манежу, вывернув набок шею так, что поводья провисли.