Продается шкаф с любовником - Людмила Милевская

Рожала Галина в попутке. Хозяин «навороченного» «Мерседеса»пожалел ее, голосующую под дождем на обочине, и пустил в свой уютный салон —как говорится, подобрал на свою голову. Галина ему отплатила добром: сразурожать затеялась. Деваться ему было некуда, он, бедолага, роды и принимал —«Скорая» подоспела, когда Ангелинка уже посапывала в его пиджаке.

Далила была неподалеку и прилетела на зов. Она до сих пор ссодроганием вспоминает ужас в его глазах, посиневшие губы и растерянноебормотание:

«Я пуповину грыз перочинным ножом. Посмотрите, пожалуйста,на малыша. Ребенок хоть дышит?»

Он держал новорожденную на руках и сам посмотреть боялся,был в трансе. Малышка спала, это ужасно его пугало. Он не верил, что ребеноквыживет, но заботливо прижимал сверток к груди. Потом приехала «Скорая»,забрала Галину. В переполохе Далила забыла спросить имя спасителя Ангелины — неприходя в себя, он умчался. Думалось, навсегда.

Но в роддом кто-то анонимно носил апельсины, а потомпоявился в жизни Галины таинственный Голос. Сначала даже не Голос — дыхание.Кто-то звонил и молчал, долго дышал в трубку. Месяц молчал, год молчал, ноГалина, бестия, разговорила: он молчит, она жалуется. На одиночество жалуется,на пустой холодильник, на ремонт квартиры — точнее, на отсутствие ремонта…

Он не выдержал и заговорил. Не представился, но успокаивал,пытался вселить оптимизм.

Галина терялась в догадках, а Далила молчаливо подозревала,кто он, этот таинственный Голос. И не ошиблась. Он решился.

В тот день Галина, Далила и Ангелина возвращались с прогулкии остановились возле подъезда. Он шагал к ним уверенно, он улыбался.., и вдругсвернул к гаражам. И ушел. Оторопев, Далила оглянулась и с досадой увидела, ктовспугнул его: Граблин (старый дружок Галины) и Ванек. Оба спешили с объятиями ибукетами с другой стороны двора. Чех пришел свататься, Граблин — с ним закомпанию.

И вот что из этого получилось: у Ванека дети-жена. А Голоспропал.

«И Галина не забыла его, страдает,» — ужаснулась Далила. —Знала бы она, кто он, Голос ее, убила бы Ванека".

И тут осенило Далилу: в тот день, когда родилась Ангелина,подруга столкнулась с гадалкой. Кажется, на Литейном, та входила в подъезд. Аможет быть, выходила — дело не в том. Что она предсказала?

Далила воскликнула:

— Семенова, ты не помнишь, что гадалка тебе предсказала?

Галина опешила:

— Какая гадалка?

— Неужели забыла? Перед тем как родить Ангелину, в тот деньты мне звонила, про гадалку что-то трещала, я сердилась, не верила…

— Точно! Не гадалка она, бизнесменка. Женщина.

Пожилая. Я мимо нее проскользнуть собиралась, а она самаостановила меня и сказала задумчиво: «Вот тебе я мужа найду». Представляешь?! Иденег с меня не взяла. У нее дар фамильный, боится его потерять.

Самое удивительное, что часа через два я родила.

Далила подумала: "В машине того, кто тебе потомапельсины носил. И звонил. Эх, Семенова, может, этот парень твоя судьба? Вот ине верь после этого предсказаниям.

Сказать ей?

Зачем? Зря расстрою".

— Слушай! — подскочила Галина. — Как я про бизнесменку этузабыла? У нее же агентство брачное!

— Не вздумай туда ходить, — запротестовала Далила.

— А если она мне мужа найдет?

— На себя уже не надеешься?

— А ты? Тебе снится Матвей, а ты кочевряжишься. Как тыдругим советы даешь, когда сама бестолковая? — поразилась Галина и с чувствомвоскликнула:

— Я так ругаю себя! Ну почему не вцепилась я в Голос? Почемуего к себе не звала? Почему не сказала, что жить без него не могу? И теперь онперестал мне звонить. А все ты со своими советами: «Не доставай его бабством,не верещи!» А самой снится Матвей.

Немедленно с ним сходись!

— Все не так, как ты думаешь, — горестно усмехнулась Далила.— Все по-другому.

— По-другому? И как же? Почему тебе снятся такие хорошиесны? — грозно спросила Галина и, не дожидаясь ответа, снова яростно приказала:

— Сходись-ка, подружка, с Матвеем и не дури!

— Сны снятся от обиды и ревности, а Матвея я терпеть немогу. Мне даже разговаривать с ним противно, потому от него и бегаю.

— Так ты с ним не говорила еще?

Далила отрезала:

— И не собираюсь.

— Хотя бы послушай, что скажет мужик, — посоветовала Галинаи, хлопнув себя по ляжкам, ругнулась:

— Ну, мать вашу так! Вы как малые дети!

— Кто бы меня учил. Я абсолютно уверена, что ты к Граблинубегала, а не с Хреновым в ресторане обедала. Это в твоем характере, чехапрогнала и улепетнула к забулдыге-дружку. А там гнездится другая голубка,потому ты рано домой и явилась.

Наивность подруги поразила Галину.

— Свяжись я с Граблиным, то и вовсе бы не пришла. И никакаядругая мне в том не помеха, — просветила она Далилу и с гордостью сообщила:

— Я выполнила твое задание и пообедала с Хреновым.

— И что узнала?

— Убийца он, Хренов. У меня нет сомнений, Верховскую Машуубил он.

Далила скептически осведомилась:

— С чего ты взяла?

— Хренов сам мне признался.

— Ты ври, да не завирайся. Как он тебе признался? Что, так исказал: «Я Машу убил».

— Практически так и сказал, — невозмутимо подтвердилаГалина.

Далила скомандовала:

— Рассказывай, как это было!

— Я, как ты меня и учила, опустила в тарелку глаза вяложевала свой ужин и грустно вздыхала. Слава богу, после твоего торта это былонесложно. Я изображала красавицу и тосковала, а Хренов искоса послеживал замной, а потом не выдержал и пошел на контакт.

— Как пошел?

— Начал завязывать разговор. Я с ним не «вязалась», чтоназывается, полный отказ.

— феноменально! Ты не вязалась! Уникальный случай в твоейбиографии.

— Будешь язвить, перестану рассказывать, — пригрозилаГалина.

— Все, молчу.

— Короче, я отделывалась любезными, но короткими «нет» и«да». Он стал делать мне комплименты, я и на них не клевала.

— Невозможно поверить! — опять не удержалась от ремарки Далила.