Ожерелье Клеопатры - Михаил Палев

* * *

Павлов собрал информацию на удивление быстро. Уже вечером следующего дня он позвонил Таврову и сказал:

– Есть информация по вашему Морозову. И довольно неожиданная.

– Так быстро? – удивился Тавров. – Похоже, что Морозов уже попадал в прицел органов правопорядка. Верно?

– От вас ничего не скроешь, Валерий Иванович! – рассмеялся Павлов. – Обещание насчет «поляны» не забыли? Так вот: подъезжайте в «Луизиану».

– Куда? – невольно вздрогнув, переспросил Тавров. Неужели Павлов нашел Морозова в «Луизиане»?

– В «Луизиану», на Пятницкой. Помните, вы мне как-то сами рассказывали про этот ресторан? Что там настоящий «Гиннес» и великолепный стэйк? – напомнил Павлов. – Так вот: настоящего «Гиннеса» там больше нет, поскольку его теперь варят в Питере и это варево никто не пьет. А вот эль «Ньюкасл» там великолепный! И стэйк все еще подают. Подъезжайте!

– Хорошо, Вадик! Буду через сорок минут.

* * *

Через пятьдесят две минуты Тавров входил в уютный зальчик ресторана «Луизиана». Пожав руку Павлову, он с нетерпением сказал:

– Давай, Вадик, выкладывай! А то я аж дрожу от нетерпения.

– Как гончая, почуявшая след? – подмигнул Павлов. – Так вот, Валерий Иванович: если вы думаете, что след ведет от Пургиной к Морозову, то вы ошибаетесь. Весь тот день, когда напали на Пургину, Морозов провел в аэропорту, ожидая вылет отложенного чартера на Хургаду.

– И он в тот же день улетел в Хургаду? – разочарованно спросил Тавров.

– Нет, в тот день он не улетел, – ответил Павлов. – Ни в тот день, ни на следующий.

– Ага! – оживился Тавров. – Значит, зная, что рейс задерживается, Морозов уехал из аэропорта, совершил нападение на Пургину и снова вернулся в аэропорт, чтобы улететь на следующий день. Логично?

– Логично, – согласился Павлов. – Одна только проблема: Морозов не улетел ни в тот день, ни на следующий. Он вообще не улетел. И ночь он провел в отделении милиции.

– Вот это да! – поразился Тавров. – Давай рассказывай, пока стэйк не принесли.

Оказалось, что рейс на Хургаду должен был отправиться в первой половине дня, но его непрерывно переносили вплоть до самого вечера. Морозов коротал время в кабаках и магазинах «Дьюти фри» стерильной зоны и в итоге так нагрузился спиртным, что его просто не впустили в самолет. Раздосадованный Морозов устроил скандал, перешедший в драку с работниками аэропорта. Его досада была столь сильна, что он разбил работникам аэропорта две рации и три носа. Один бедолага вышел из схватки со сломанным пальцем и выбитым зубом. В итоге Морозова снова вернули на территорию Российской Федерации и отправили прямиком в отделение милиции, где был составлен соответствующий протокол. В итоге на Морозова завели дело о причинении телесных повреждений средней тяжести трем работникам аэропорта и материального ущерба группе компаний «Ист Лайн».

А дальше началось интересное: утром Морозов добился, чтобы ему разрешили позвонить адвокату. Он позвонил, и через час появился адвокат Залинян. Тавров хорошо знал Залиняна еще с тех времен, когда работал в милиции.

Александр Никитич Залинян был настоящим армянином «московского разлива», а типично русское отчество было обязано своим происхождением тому, что имя отца Залиняна напоминало загадку: «слово из пяти букв, ни одной гласной». Короче говоря, его звали Мкртч, и поэтому, приехав из Кировакана в Москву учиться, Мкртч Залинян стал именоваться Никитой.

Но самым любопытным было то, что Залинян являлся весьма высокооплачиваемым адвокатом, и его услуги были явно не по карману безработному охраннику Морозову.

Морозов тут же по совету адвоката согласился возместить группе компаний «Ист Лайн» материальный ущерб и был отпущен под подписку о невыезде.

– Да, забавная история, – заметил Тавров и грустно добавил: – Однако, если он провел тот день в аэропорту, а ночь в милиции, то никак не мог быть участником нападения на Ольгу Пургину. Так что история завершилась не обнадеживающим для моего расследования образом.

– Нет, Валерий Иванович! – не согласился Павлов. – Как раз на этом месте история только начинается.

В этот момент принесли великолепный стэйк, и Павлов, уплетая нежное мясо, продолжил рассказ.

По нелепому стечению обстоятельств пенсионерку, у которой Морозов снимал комнату, в тот же день обокрали. Видимо, углядев милицейскую машину возле подъезда и беседующую с милиционерами квартирную хозяйку, Морозов решил: наряд прибыл по его душу. Опасаясь попадаться милиционерам на глаза и не доверяя квартирной хозяйке, он решил залезть в окно своей комнаты по пожарной лестнице. Сделать это незаметно у него не получилось: кто-то увидел лезущего по пожарной лестнице человека и вызвал милицию. Однако милиционерам не удалось задержать Морозова: в квартире он нос к носу столкнулся с квартирной хозяйкой. Морозов ударил женщину, та потеряла сознание и упала, а Морозов покинул квартиру буквально перед носом у приехавшего наряда.

Ночная эквилибристика Морозова вызвала подозрения у милиционеров, и в квартире был произведен обыск. В ходе обыска нашли объяснение паническому поведению Морозова: в тайнике обнаружили пакет с анашой и коробку с патронами к пистолету «ТТ». Нашли еще один тайник, пустой: видимо, Морозов держал там деньги и приходил, собственно, за ними.

– Кому-нибудь пришло в голову проверить, не совпадают ли год выпуска и номер партии найденных патронов с номерами на гильзах, которые нашли в Эльдорадовском? – поинтересовался Тавров без особой надежды.

– Как ни странно, но пришло, – ответил Павлов. – Номера совпали. Когда Ковригин узнал об этом, он помчался туда, чтобы самому произвести обыск. А вот, кстати, и он!

Действительно, в дверь ввалился Ковригин.

– Здравствуйте! – сказал он, вешая куртку на крючок. – Ох, упрел весь от беготни!

– Результаты есть? – спросил Павлов.

– Ничего особенного, – ответил Ковригин, заказывая официанту пиво. – Взял вещи Морозова, пусть эксперты поработают. Зато удалось узнать, кто нанял Морозову адвоката Залиняна.

– И кто же? – оживился Тавров.

– Из отделения милиции он звонил якобы своему адвокату по этому телефону, – сообщил Ковригин, протягивая Таврову листок бумаги. – Отгадаете, чей это телефон?

– Я так понимаю, что совсем не Залиняна, – высказал предположение Тавров. Это был номер мобильного телефона, и он показался Таврову очень знакомым. – Сейчас, попробую отгадать, – пробормотал Тавров, доставая свой мобильник. Он посмотрел список контактов. Так и есть! – Это телефон Обнорской Анны Петровны, жены владельца фирмы, в которой работала Пургина.

– Точно! – удивился Ковригин. – Ну и ну! Склоняю голову перед ветеранами.

– Кланяться не надо, а вот «поляну» Валерию Ивановичу оплатишь, – усмехнулся Павлов.

– Без вопросов! – заверил Ковригин. – Но сейчас я скажу то, чего вы наверняка не знаете. Я выяснил, что Морозов приобрел тур в Хургаду буквально дня за два. И знаете, где? В турагентстве, принадлежащем Обнорской! Вот так! Все один к одному! Связь Обнорской с Морозовым очевидна. Теперь есть реальная возможность связать двойное убийство с нападением на Пургину. Может, эксперты еще чего нароют… Валерий Иванович, а еще есть какие-нибудь соображения?