Знакомство со всеми неизвестными - Влада Ольховская

– Юмористка, блин…

– Я скорее не блин, а оладушка.

Кому что, а эта веселится! Впрочем, Жин-Жин не могла не признать, что ей и самой стало полегче. Создавалось впечатление, что ничего особенного они не делают, так, прогуливаются.

Подруги оставили машину и перешли улицу, оказавшись перед двумя высотками. Тут и возникла дилемма: в какую им идти? По брелку не определить, они же одинаковые! В итоге решили начать осмотр с той, во дворе которой не пытались парковаться. А то бдительная тетка уже наточила на них зуб, в покое не оставит!

Жин-Жин опасалась, как бы не возникло сложностей с кодовым замком, ведь никаких «таблеток» в связке не наблюдалось. Однако проблема решилась сама собой: дверь нужного им подъезда оказалась не просто открытой, но и подпертой неопрятного вида мужчиной. Вряд ли он здесь живет или где бы то ни было. Скорее всего, местный бомжик отдыхает.

– Д-дзевушки! – широко улыбнулся он, демонстрируя, что зубы во рту сохранились в шахматном порядке. Любопытно, это дизайнерский ход или случайное совпадение? – Какой дзень!

– Серый и мрачный, – откликнулась Агния.

– Это да… Ну так ведь праздник же скоро!

– Какой еще праздник?

Бомж нахмурился, напрягая распрямившиеся извилины. Покатый лоб мужчины пошел складками и стал похож на мраморную лестницу. Ясно с ним все, придумывает повод, чтобы денег выклянчить!

Жин-Жин собиралась пройти мимо, однако Агния остановила ее. Она порылась в кармане и протянула бомжу несколько мятых бумажек.

– А ты прав, отец, праздник. Знаешь что? Ты помоги-ка и нам отпраздновать! Мы с подругой собираемся сюрприз друзьям устроить, квартиру украсить. Чтобы сюрприз не испортить, друзья не должны прийти слишком рано. Вот ты их и будешь караулить! Если увидишь двух высоких мужчин, звони в тридцать восьмую квартиру. Договорились?

– А вы надолго? – подозрительно прищурился мужчина. – Я тут и простудиться могу!

– На лекарство тебе уже дали. Если мы задержимся, отстегнем и на средство для ингаляции. Ну так как?

– Согласен! Приятно помочь вежливым людям.

– А уж нам как приятно!

Жин-Жин только головой покачала. Расчет Агнии она в принципе понимала: у бомжа еще имеется полбутылки «питательной жидкости», поэтому ему выгоднее постоять в надежде на новый заработок, а не пилить в магазин за добавкой. А вот причина в чем? Им этот сомнительный соглядатай даром не нужен! Или в квартире кто-то есть, или нет, третьего не дано.

Расспрашивать или критиковать подругу модель не стала. Ее деньги – пускай тратит. Чем-то похоже на гуманитарную помощь.

В подъезде было душно, в застоялом воздухе витал тяжелый запах – видимо, бомжик здесь обитает постоянно и не один. Таких «квартирантов» вывести тяжелее, чем тараканов!

Девушки поднимались по лестнице, осматривая площадку за площадкой. Результат не заставил себя ждать: очень скоро они стояли перед тридцать восьмой квартирой.

– Попытка номер один, – тихо произнесла Жин-Жин. – Или повезет, или нам придется как-то объяснять твоему караульному свой скорый уход!

– А чего тут объяснять! Скажем, что шарики забыли. Без шариков праздник – не праздник, он поймет. На, держи!

Агния дала ей тонкие резиновые перчатки. Вполне разумно: если квартира психа впутана в неприятную историю, лучше не оставлять здесь свои отпечатки. Хотя тот факт, что они думают как заправские домушники, настораживает!

Пока Агния натягивала перчатки, Жин-Жин наклонилась к замочной скважине, посветив туда фонариком смартфона.

– Похоже, взламывали! – заметила она.

– Откуда ты знаешь? – насторожилась Агния.

– Сама посмотри! Металл исцарапан, вот тут погнуто. Я не эксперт, но мою квартиру грабили один раз, так нечто похожее с замком сделали.

– Он хоть работает?

– Должен. Меня другое интересует: нет ли кого-нибудь?

Как бы не оказалось, что сюрприз устроили им!

Девушки немного постояли под дверью, прислушиваясь. Хотя действие было уже бесполезным: если кто-то в квартире и находится, голоса на лестничной клетке он услышал и чечетку отбивать вряд ли начнет.

Отбросив сомнения, Агния открыла дверь и… ничего. Точнее, никого. На них никто не бросался, не кричал и не угрожал вызвать полицию. Квартира оказалась пустой – и разгромленной.

– Так вот куда свернул ураган Катрина! – присвистнула Жин-Жин.

– Заходи давай, потом пошутишь!

Агния затащила подругу в квартиру и заперла дверь. В принципе, правильно, случайные прохожие не должны видеть ни их, ни подкорректированный интерьер. Но зачем действовать так грубо?

Качать права модель не стала, слишком уж окружение этому не способствовало. Сомневаться не приходится, они не ошиблись насчет квартиры. Здесь определенно что-то искали: все вещи перерыты, мебель частично разломана, и это только в коридоре! Что в других комнатах творится – смотреть не хочется.

– А псих-то был с сюрпризом! – оценила масштаб разрушений Агния.

– Сдается мне, мы опоздали.

– Не факт. Если кто-то пошел вразнос, значит, нужная им штуковина была запрятана очень хорошо. Да и вообще, зачем гонять психа, если можно обыскать квартиру, не трогая его? Я думаю, ничего они не нашли.

– Хорошо, а чего он тогда с ключами носился?

– Либо не подозревал, что обыск уже состоялся, либо не сомневался, что ничего не найдут. Заметь, это не более чем теория!

– Заметила уже.

Кое в чем Агния точно права: действовали со злостью. Старой советской мебели досталось не по-детски: крошились в щепки стулья и дробились зеркала. Как соседи только не услышали? Или услышали, но побоялись соваться?

Агния свернула в ближайшую комнату, Жин-Жин пошла вперед, осторожно переступая через обломки. В самом конце коридора находился вход в кухню, которая тоже выглядела не лучшим образом. Даже худшим!

Нет, ничего достойные преемники татаро-монгольского ига не нашли, раз докатились до рассыпания крупы по полу.

«То, что они ищут, маленькое, – подытожила Жин-Жин. – Такое, что где угодно спрятать можно».

На долгое отсутствие в квартире людей указывал запах гниющих продуктов, а также плесень, пышным цветом расползшаяся по прозрачной пластиковой хлебнице. Жин-Жин чувствовала первые позывы тошноты.

А вот на столе обнаружилось нечто неожиданное – записка! Клочок бумаги с двумя коряво выведенными словами: «Позвони Тимофееву».

Жин-Жин понятия не имела, кто такой Тимофеев, но ведь записка не ей предназначалась, а хозяину квартиры. Агния правильно предположила: обыск состоялся до того, как он попытался покончить с собой.

– Агния! Иди сюда!