Запутанная нить Ариадны - Татьяна Луганцева

«Я не в раю, а в аду», — сразу пришло на ум.

Дмитрий дернулся, как любой нормальный человек, который хотел бы поскорей покинуть ад, но его пронзила острая боль в руках, и сдвинуться он не смог. Если ноги были легкие, отдохнувшие, то вот с руками было все с точностью до наоборот. Они были тяжелые, неподвижные и пульсирующие. Дима дернулся еще раз и посмотрел наверх. Его руки были пристегнуты наручниками к изголовью кровати.

— Твою же… Что же это происходит? Эй! — громко позвал Дима. — Кто на вечеринке жив?

Над ним нависло лицо Аделины.

— Очнулся? Ну ты и храпишь! Это же ужас!

— Ты?! Ну, конечно, кто же еще может встретить меня в аду? — выдохнул Дмитрий, и Ада поморщилась:

— Ну и перегар! Ты ничего не помнишь?

— Кажется, мы вчера повеселились, — с сомнением сказал Карасёв.

— Мы вчера перебрали.

— А потом повеселились? — продолжал настаивать он.

— Не дождешься! Ты был, что называется, в дрова. Я привезла тебя к себе, уложила, а чтобы ты точно не стал шалить, пристегнула наручниками.

— Ты такая практичная! — улыбнулся Дмитрий. — Так отстегни сейчас. Я вообще с утра не очень хорошо себя чувствую.

Аделина избавила его от наручников.

— А ты тут всех своих это… — Дмитрий разминал запястья.

— Что?

— Пристегиваешь. Да так профессионально.

— Почему-то я уже начинаю жалеть, что не оставила тебя ночевать на лестничной клетке, — ответила Ада и скомандовала: — Иди в душ и на кухню!

— Слушаюсь, моя госпожа, — ответил Дмитрий.

— Я впервые завтракаю с женщиной, которую не порадовал ночью.

— Боишься, что завтрак будет невкусным? — засмеялась Аделина. — Ладно, я стерва, конечно, но не настолько. К тому же, как ты выразился, женщина сама тебя обезопасила от чрезмерной сексуальной энергии.

Аделина поставила перед ним большую тарелку с зеленым горошком, двумя сардельками и глазуньей.

— Сейчас будут кофе и тосты с джемом.

— Спасибо, дорогая! Не хватает только газеты с утренними новостями.

— Это прошлый век! Сейчас люди черпают новости даже не из телевизора, а из смартфона, — намазывала на тосты масло Аделина.

— С ума сойти! Какой я старый! Телевизор уже вышел из моды, а я все еще не обзавелся женой. Может, исправить эту ошибку?

— Ну, это уж тебе решать, — пожала плечами Аделина. — Меня так в моей жизни все устраивает. Несколько раз в месяц я готова приготовить кому-нибудь завтрак, но терпеть чье-то присутствие изо дня в день двадцать четыре часа в сутки? Нет уж, увольте!

— А я уж собрался сделать тебе предложение, — зачавкал Дмитрий.

— У тебя такой нудный характер, что и несколько раз в месяц терпеть будет трудно. — Аделина поставила на стол две чашки кофе и присела напротив Карасёва.

— Да ты что? Какими глазами ты на меня смотришь? Я же — классный парень! Веселый, добрый.

— Ага! А вчера избил двоих, — и она посмотрела на его сине-багровые костяшки пальцев.

— Так я заступился за женщину.

— Нет, ты сам захотел кулаками помахать. Разрядиться, так сказать! Тебя просто несло. Остановить было невозможно. А я пугаюсь таких людей, — вдруг совершенно серьезно сказала Ада.

— Извини, если напугал, — несколько растерялся Дмитрий.

— Это даже хорошо, что у нас есть время спокойно поговорить, — произнесла Аделина.

— Ты хочешь поговорить? — спросил Дима.

— Я ухожу от вас…

— В смысле? — не понял Карасёв, как завороженный наблюдая за плавными движениями ее рук — она брала щипчиками кусочек сахара и кидала в кофе. Светлый кубик мгновенно исчезал под темной поверхностью, и только несколько мелких пузырьков появлялись дружной стайкой и тоже исчезали.

— Увольняюсь с работы. Я же еще не оформилась, поэтому, наверное, сложностей не возникнет. Я просто больше не приду, и все. — И Ада посмотрела ему прямо в душу большими голубыми глазами.

Дмитрий на мгновение потерял дар речи.

— Ада, но почему? Скажи, что ты пошутила. А, я понял, это из-за неудач? Но мы же только начали. Все наладится! На ваших зарплатах это не отразится. Я же обещал и слово сдержу!

— Я не об этом. Дима, ты тут ни при чем.

— Как «ни при чем»?! Это из-за того, что я придираюсь к тебе? Хорошо, я больше не буду!

— Ты такой странный, — сощурилась Аделина, — недавно сам меня увольнял.

— Это был приступ ревности! Я виноват, признаю. Ты что? Из-за этого? Обещаю больше не увольнять!

— Дима, да не в этом дело! Я приняла решение. Я же актриса, Дима… В общем, я решила принять предложение одного театра… — Аделина энергично размешивала сахар ложкой.

— Ада, как же мы без тебя? Ты у нас была единственная, кто радовал глаз.

— Льстец, — улыбнулась Аделина.

— Правду говорю! А какой ты работник! Да если бы не ты, мы бы никогда не раскрыли дело о пропаже Виктории! В тебе столько темперамента, огня, желания что-то сделать для людей!

— У меня сегодня прямо утро открытий. Ты же ни разу не сказал мне ни одного доброго слова! Только критиковал. Я была просто исчадье ада, виновная во всех грехах!

— Я ошибался. Ведь человек может ошибаться? — быстро ответил Дмитрий. — Говорю же, Ада, ты ценная работница! Могу повторить это при свидетелях. Ты нам нужна!

— К сожалению, поздно. Я уже дала согласие на работу в театре, — ответила Аделина.

Побледневший Дмитрий встал из-за стола.

— Но… но я уже привык… я не смогу без тебя… Как же…

Аделина подошла к нему вплотную.

— Не думала, что у тебя будет такая реакция. Честное слово. Не расстраивайся! — Она погладила его по плечу.

Дмитрий не удержался и поцеловал ее.

Последующие три часа пролетели незаметно. Увлеченные друг другом, они забыли про время и не слышали телефонных звонков.

— Надо вставать, а то это никогда не закончится, — прошептала Аделина.

— Я надеюсь, что переубедил тебя, — сказал Дмитрий, и Аделина прыснула со смеха.

— Ты серьезно? Нет, мне, конечно, понравилось, но…

— Какое может быть «но»?

— Только не говори, что я незаменимый член вашей команды.

— Именно так!

— И то, что между нами сейчас было, очень серьезно.

Дима взлохматил волосы.

— Что я должен сделать, чтобы переубедить тебя?

— А ты на многое способен? — спросила Ада.

— На всё! — горячо заверил ее Дима.