Последняя надежда обреченных - Ирина Градова

– Что ты выбрала? – спросил Михаил.

Рита по-английски заказала салат из морепродуктов. Из того, что по-турецки назвал ее спутник, она уловила только слово «ракия». Она знала, что это турецкая водка, но сама никогда ее не пробовала.

– А тебе вина? – спросил Михаил.

– То же, что и тебе, – храбро ответила Рита, заметив при этом легкое удивление на его лице.

Заказ принесли быстро, и тут Рита поняла, что переоценила свои силы, когда попросила ракию: напиток оказался не просто крепким, а прямо-таки отвратительным на вкус! Михаил с явным удовольствием наблюдал за переменой ее лица, когда она, не задумываясь, глотнула из своей стопки.

– Наверное, – давясь от смеха, сказал он, когда Рита, сделав над собой невероятное усилие, проглотила водку, – все-таки надо было брать вино! – С этими словами он подозвал официанта и что-то ему сказал. Тот исчез, и через пару минут появился с бутылкой минеральной воды. Рита не стала ждать, пока он ее откупорит, а выхватив сосуд прямо из рук парня, дрожащими пальцами отвинтила крышку и сделала несколько глотков из горлышка. Когда она слезящимися глазами взглянула на Михаила, тот преспокойно смаковал свою ракию.

– Предупреждать надо! – выдохнула, наконец, Рита, отдышавшись и залив минералкой пылающее горло. – Это что, лекарство от кашля?!

– Прости, пожалуйста, – ответил Михаил с широкой ухмылкой, – но я думал, ты знаешь, что делаешь! Кстати, это – самый лучший сорт, какой можно найти в Турции.

– Значит, есть и хуже? – в ужасе спросила Рита. – Больше никогда не буду ничего пробовать, не проверив сначала на мышах и кроликах! А все остальное, что мы заказали, можно есть?

– Крабовый салат везде готовится одинаково.

– Слава богу! – вздохнула Рита, с опаской ковырнув вилкой в своей тарелке.

Оставшаяся часть ужина прошла без эксцессов. Они много разговаривали и шутили, наслаждаясь легким ветерком с моря. Стемнело, и воздух наполнился пением цикад. Рита и Михаил еще некоторое время посидели молча, любуясь прибоем и разноцветными огнями проплывающих мимо прогулочных катеров. На них играла веселая музыка, и до берега доносился смех пассажиров.

Принесли десерт, который выбирал Михаил, так как Рита не захотела рисковать второй раз. Она осторожно откусила кусочек от слоеного медового пирожного и воскликнула:

– Просто сказка! Как это называется?

– Баклава, – ответил Михаил. Он не взял десерт, только кофе по-турецки.

– Тут можно и растолстеть, – сказала она, прикончив свою порцию и облизываясь, как сытая кошка.

– На Востоке всегда отдавали предпочтение полным женщинам, – усмехнулся Михаил. – Считалось, что полнота – признак хорошего здоровья. Так что ни в чем себе не отказывай!

Рите захотелось спросить, отличаются ли вкусы Михаила от восточных понятий о красоте, но она сдержалась.

После ужина они немного погуляли по набережной. Навстречу то и дело попадались другие пары, небольшие компании подростков со скейтбордами или даже целые семьи с детьми: местные турки выгуливали жен и отпрысков. Затем Михаил предложил проводить Риту до ее отеля: он сказал, что завтра рано вставать из-за тренировки с ребятами, а в два часа у одного из его подопечных серьезный бой с болгарином. И тут Риту осенило.

– Слушай, – сказала она, – если ты так хорошо все тут знаешь, может, поможешь мне отыскать один отель? Он называется «Акик»…

– Сейчас выясним, – кивнул Михаил. – Пошли.

Он взял ее за руку и потянул за собой. Они прошли по узкому переулку, отходящему от набережной, и вышли на главную улицу Мармариса. Несмотря на то, что была уже половина одиннадцатого, здесь оказалось полно народу, а лавчонки и магазинчики оживленно торговали сувенирами. У каждого кафе и ресторана стояли зазывалы, предлагающие проходящим мимо туристам зайти перекусить или выпить. В некоторых ресторанчиках персонал даже танцевал, чтобы привлечь посетителей.

Михаил вел Риту все дальше, туда, где стояли ярко-желтые машины с шашечками. Таксисты сидели на скамейках около своих автомобилей или курили, прислонившись к их капотам. Подойдя к одному из них, Михаил заговорил по-турецки, но водитель, как показалось Рите, отреагировал неадекватно: он вдруг начал размахивать руками, что-то крича, и через минуту вокруг ее нового знакомого образовалась целая толпа, над которой он возвышался на добрых полторы головы. Рита не на шутку испугалась и стала подумывать, не позвать ли на помощь, как вдруг Михаил отделился от толпы и направился к ней. На его лице не было тревоги – напротив, он улыбался.

– Все в ажуре, – сказал Михаил, подходя. – Твой отель, оказывается, не в Мармарисе, а в Ичмелере. Его считают одним из районов Мармариса, хотя на самом деле это курортный поселок в пятнадцати минутах езды отсюда. Вот, смотри, здесь находится «Акик», – и он ткнул пальцем в обведенную жирным карандашом точку на карте. – Если хочешь что-нибудь узнать, спроси у таксиста!

– А чего это они набросились на тебя, как будто ты – кинозвезда? – поинтересовалась Рита.

Вместо ответа он только слегка пожал плечами.

– Они хотели узнать твой адрес и номер мобильного. Я сказал, и они успокоились.

Ритины брови поползли было к линии лба, но она вовремя сообразила, что это шутка.

– Между прочим, – продолжал Михаил, – будут приставать – хорошенько подумай, прежде чем говорить, в какой гостинице ты остановилась. Турки – ребята горячие, ты у нас девушка видная, хоть и с обручальным кольцом, так что будь осторожна.

– Спасибо за науку, – буркнула Рита, – только я сюда не за этим приехала! Ты же знаешь, я на работе.

– Кстати, если подождешь немного, то я смогу сопроводить тебя в Ичмелер, чтобы ты не заблудилась, – предложил Михаил. – Я завтра занят до четырех часов, а потом совершенно свободен. Мы могли бы отыскать твой отель, а потом пообедать где-нибудь?

– Отлично! – согласилась Рита, прежде чем успела подумать. Она не понимала, что происходит: впервые в жизни ей, едва она познакомилась с человеком, показалось, что она знает его всю жизнь. С Михаилом Рита чувствовала себя на удивление легко и спокойно. Она привыкла к общению с Байрамовым, с которым они постоянно пикировались, подшучивали друг над другом, иногда довольно зло. С Михаилом все иначе: в отличие от язвительного Игоря, он был уравновешенным и добродушным, от него так и веяло спокойной силой и уверенностью.

Простившись с бывшим боксером в фойе гостиницы, Рита поймала на себе уважительный взгляд портье, который, вероятно, по достоинству оценил внушительные размеры ее спутника. Ей вдруг стало очень хорошо и весело.

Подойдя к балконной двери, Рита распахнула ее навстречу черной июльской ночи с сияющими в небе звездами. Балкон выходил на море, и отовсюду неслись звуки музыки и смеха веселящихся отдыхающих. Постояв несколько минут, вдыхая свежий морской воздух и запах ладанных деревьев, Рита закрыла дверь, чтобы шум ночных гуляний не беспокоили ее во сне, и включила кондиционер на полную мощность.