Пропавшая экспедиция - Станислав Рем

Телефонный звонок отвлёк Щетинина от размышлений. Подполковник зевнул, подошёл к стационарному аппарату, поднял трубку.

— Слушаю.

— Это я, — Мишкин голос звучал возбуждённо, — только что от Урманского. Отец был лично знаком с Колодниковым. Мы связались с его женой. Мало того, она сообщила, что именно Колодников привёл отца в институт. Завтра Урманский едет в Хабаровск. Просмотреть дневники академика. Попробует их отсканировать и вышлет мне.

— Думаешь, причина не в золоте?

— Да. Скорее всего Колодников что-то нашёл, а вот разработать не смог. Не успел. Думаю, наши выводы правильны. Колодников поручил отцу довести дело до конца. По-дружески. Тот выступил с инициативой геологоразведывательной экспедиции и под её личиной занимался археологическими раскопками. То есть искал то, на что ему указал Колодников. Исследовать это он, естественно, не мог, но вот привезти находки академику…

— И всё-таки «чёрная археология». — СЧХ понял, что подразумевал Мишка. — Столкновение интересов на почве археологических исследований.

— Получается так.

— Бред.

— Почему?

— В СССР? Сомнительно.

— А что, разве в Союзе не было «чёрных копателей»? — вспылил на другом конце провода Дмитриев.

— Были, — подавив зевок, согласился Сергей. — И до чёртовой матери. На Чёрном море. В Крыму. На Балтике. А здесь что искать? Никакой мощной цивилизации в наших местах и в помине не было. Тайга. Болота.

— Китай под боком!

— И до Китая тысяча километров. Вспомни, что читал в статье про академика. — СЧХ снова закурил. — У нас тут какие-то мохи гуляли…

— Мохэ, — поправил Мишка. — И не какие-то. Я тут просмотрел в Сети: мощная народность, со своей иерархией, армией…

СЧХ глубоко затянулся.

— И что это могучее племя оставило после себя? Пирамиды? Амфоры? Города? Ни хрена, кроме могильников со свинячьими головами. Пастухи они и есть пастухи. Пусть и воинственные.

— Ты не прав…

— Может быть. Только вторую золотую пектораль мы у нас не найдём. Сколько бы ни бродили по тайге.

— Так что, отбрасываем эту версию?

— Зачем? Будем держать на заметке. На всякий случай. А вот то, что ты выяснил про Колодникова — это здорово. Скорее всего тот человек, что прислал стихотворение, был в своё время тоже связан с академиком. Ты не подумал о том, что след может тянуться оттуда? Подумай. Кстати, девочка с вами едет?

* * *

Не спал на другом конце города и профессор Урманский. Сразу после того как Дмитриев покинул квартиру, Александр Васильевич взял последний номер родного литературного детища и заново пересмотрел уже выученную наизусть вторую часть статьи академика Колодникова. И теперь в голове учёного бесплодно бился один вопрос: при чём здесь экспедиция? На неё в статье даже намёка не было. Почему этот настырный мужик решил, будто археологические исследования 1961 и 1968 годов связаны напрямую с пропажей Дмитриева и его людей? Ну разве, кроме того, что отец гостя, как выяснилось-таки, действительно оказался хорошим знакомым академика. Предположим, Колодников рассказывал Дмитриеву о некоей археологической находке. И что? Чем мог геолог помочь археологу? Ничем. Бродили по одним местам. Но с разными целями. А то, что дружили… Да мало ли кто с кем дружит!

Александр Васильевич выключил ночник, тихо покинул спальню, прошёл на кухню, достал из настенного пенала початую бутылку коньяка. Налил на палец в стакан и честно себе признался: ехать в Хабаровск не хотелось. Но слово не воробей… Теперь Александр Васильевич ругал себя последними словами за то, что поддался уговорам гостя. Самое неприятное заключалось в том, что придётся объясняться с женой, почему он вдруг решил уехать на несколько дней. А всё проклятое любопытство. Чтоб его…

* * *

— Урманский выезжает в Хабаровск. Знакомиться с дневниками Колодникова. Хабаровская ветка ждёт команду.

— Вдову Колодникова не трогать. Выясните, где находятся дневники, и уничтожьте их. Лучше всего — имитация ограбления. Если не получится — пожар. Повторяю: вдову не трогать!

* * *

Ученые из Южно-Тирольского археологического музея в Италии воссоздали лицо и внешний облик знаменитого альпийского «ледяного человека» Отци (Oetzi), тело которого сохранялось в леднике более пяти тысяч лет.

«Ледяной человек» был найден в Альпах на границе Италии и Австрии в 1991 году. Первоначально считалось, что это погибший альпинист, однако затем выяснилось, что этому мумифицированному телу более пяти тысяч лет — останки Отци были датированы периодом с 3365 года по 3118 год до нашей эры. Приглашенные музеем голландские специалисты, братья Адри и Альфонс Кеннисы, которые ранее воссоздавали облик неандертальцев, с помощью компьютерной томографии получили трехмерное изображение тела Отци, а затем восстановили его лицо и фигуру.

«Ледяной человек» оказался мужчиной средних лет с грубой, морщинистой кожей, глубоко посаженными глазами и бородой. Ранее считалось, что у него были голубые глаза, но последние исследования показали: глаза «ледяного человека» карие. Ученым удалось прочитать генетический код «тирольского ледяного человека». Предварительный анализ показал, что он принадлежал к так называемой субгаплогруппе К1. Около 8 % современных европейцев принадлежат к гаплогруппе К, которая делится на субгаплогруппы К1 и К2. К1, в свою очередь, делится на три кластера. Оказалось, геном «ледяного человека» не подходит ни к одному из трех известных кластеров К1. На данный момент это означает, что никто не может объявить себя потомком Отци…

РИА «Новости», 28.02.2012.