Любовники чертовой бабушки - Людмила Милевская

«И зачем я сюда пришла? Сидела бы у Гануси и горя не знала».

Впрочем, горя не знать был шанс и в моей квартире: неспрячься я вовремя в шкаф, и сама стала бы трупом.

«Нет, — рассудила я, — двадцать пять лет, совсем не тотвозраст, когда есть смысл умирать. Пора звонить Коле!»

Я набрала его номер, но трубку схватила Выдра. Я набралавторой раз. И снова Выдра. Я чувствовала, что Коля дома.

«Если в третий раз брошу трубку, неужели не догадается?» —подумала я.

И позвонила, и бросила, и снова позвонила. Хитрость мояпринесла плоды. Коля действительно догадался и сам взял трубку. С легкойгрустью я сообщила:

— У меня труп.

— Неужели снова вернулся? — паникуя, воскликнул Коля.

Я поспешила его «успокоить»:

— Нет, у меня новый труп, он мужской.

— Надеюсь, не похож на меня? — осторожно осведомился Коля.

— Ему до тебя далеко, — решила я сделать ему комплимент. —Правда, он выглядит интеллигентно.

Коля ревниво осведомился:

— Это важно для трупа?

— Нет, — заверила я и с напором добавила:

— Не сочти меня капризулей, но все это начинает слегкараздражать.

— Понимаю, но как труп попал к Ганусе?

— Ты не понял. Труп у меня.

Коля зашелся от ужаса:

— У тебя?!

— Да, он лежит у меня в квартире, — спокойно сказала я,подавая ему пример мужества.

Коля плюнул на мой пример и взорвался.

— Почему ты ушла от Гануси? — взревел он голосом, рядом скоторым львиный рык любому покажется соловьиными трелями. — Мы договаривались,что без моего разрешения ты и шагу не сделаешь!

Я ему рассказала, как было дело. Коля шумно вздохнул.

— Ясно, — сказал он с обреченностью человека, вынужденногоопекать молодую кретинку. — Прикупили, девочка, значит, тебя. Впредь будьосмотрительней.

Пришлось пообещать:

— Буду, если буду вообще.

— Но как к тебе попал труп мужчины? Я нехотя сообщила:

— Сама впустила его.

— Впустила труп? — ужаснулся Коля.

— Мужчину, поначалу он был живой, но недолго. Я даже неуспела с ним познакомиться.

По второму тяжелому вздоху Коли я поняла, что он чрезвычайномной недоволен.

— Далеко тащить его не придется, труп лежит совсем рядом,почти что в прихожей, — себе в оправдание поведала я.

Неожиданно Коля спросил:

— Интересно, как ты все это объяснишь нашей милиции?

Его вопрос привел меня в недоумение.

— Ты обещал помочь, — напомнила я и разрыдалась.

Коля обнаружил поразительную бессердечность, сказав:

— Обещал я тогда, когда старого трупа уже не было, а новымты еще не обзавелась. Угроза жизни это одно, а наличие трупов — другое.

Я и сама видела разницу, но мне очень хотелось жить. И не нанарах, хотелось — на воле. Я перестала рыдать и принялась предлагать варианты.

— А вдруг этот труп тоже понадобится какому-нибудь простаку?Пригодился же парню в кожанке тот, первый, — попыталась вселить я в Колюнадежду.

— Вряд ли, второй труп мужской, женщине всегда легчеустроиться, — наполняясь пессимизмом, заметил он.

И неожиданно открыл мне «потрясную» истину: я-то всегдасчитала, что мужчины значительно лучше женщин устраиваются. Но для диспутавремя неподходящее — пришлось промолчать.

Зато Коля сказал:

— В любом случае тебе нельзя оставаться в квартире.

— Правильно, скорей приезжай и немедленно меня забери! —воспряла я духом, в мыслях не выходя за рамки приличий.

Он правильно понял, потому что спросил:

— Куда я должен тебя забрать?

— Куда-нибудь, — пискнула я.

— Куда-нибудь — это не выход. Тут надо крепко подумать.Сделаем так. Дверь надежно закрыта?

Я притихла и скептически посмотрела на дверь. Мне и раньшеказалось, что она надежно закрыта, но почему тогда здесь лежит новый труп?

— Ничего, я забаррикадируюсь, — демонстрируя оптимизм,заверила я.

Колю такой ответ, похоже, удовлетворил.

— Вот и хорошо, — сказал он. — Забаррикадируйся и сиди.Одной тебе из дома нельзя выходить, а я сейчас сильно занят.

Я истошно завыла, он меня успокоил:

— Не плачь, поручу тебя своему другу. Жди звонка. Если самне смогу, он позвонит. Только на этот раз убедись, что друг точно мой.

Иссушив слезы, я быстро вошла во вкус и предложила:

— Давай пароль придумаем для конспирации.

— Если твой телефон на прослушке, пароль не спасет. Тыдолжна сама сообразить, как протестировать друга. Ну, придумай, какудостовериться, — сказал он тоном, за которым легко читалось: не полная же тыдура.

Он прав, я не полная дура — я дура худая, потому что суверенностью пообещала не сплоховать, но сплоховала сразу же, как представиласьмне такая возможность.