Авантюристка - Дина Константинова

Через двадцать минут приехали на пристань. Мы увидели машину пиратов совсем рядом, узнали Банга и еще нескольких человек, метавшихся под дождем. Либерман посмотрел на мокрого Банга и довольно улыбнулся. Да, что и говорить, за затемненными окнами дышалось спокойнее…

Мы проехали пристань, опять съехали с главной дороги, поплутали между пальм и оказались, как я поняла, на другой стороне острова. Подъехав почти к воде, водитель открыл двери. Ганс вынул из кармана деньги, быстро пересчитал их, сунул тайцу в карман. Тот сложил руки, поклонился и довольно улыбнулся.

– Бистро, – замахал руками Ганс. – Они не совсем тураки! Бистро!

Мы выскочили под ливень и вмиг промокли. Волны пенились, набегали на берег, шипя и словно бы пугая. Неподалеку, за мыском, качалась на волнах небольшая посудина. И тут я, поняв, что нам в такую погоду придется совершать «прогулку морем», впала в ступор…

– Вы слышать? Или совсем глухой? – раскатился у меня над ухом, как гром, голос Ганса. – Дафай, дафай, бистро!

Я очнулась. Все уже ушли вперед. Только я, оказывается, стояла, словно приросла к тайской почве. Ганс потерял терпение, поднял меня и взвалил себе на плечо. Как мешок. Не успела я опомниться, как мы поравнялись с остальными. Оказавшись на мысу, Ганс подал сигнал, и лодка, подскакивая на волнах, как дикая антилопа, поплыла к нам.

Не подплывая к мысу, лодка остановилась. Сидящий в ней человек в капюшоне замахал руками.

– Что же он не подплывает? – вскинул лохматые брови вверх Яков Давыдович.

– Вы – турак, – отрезал Ганс. – Как в такой погода лодка подплыть к берег?

– То есть… вы хотите сказать, что до нее мы будем добираться… вплавь? – в тихом ужасе прошептала я.

– Сеготня вы удивительно догадливы, – оценил мою смекалку Ганс. – Удивительно!

Все! Мама, роди меня обратно! То, что требовалось от меня сейчас, было выше моих сил. Прыгнуть в шипящую, пенящуюся темную воду я не могла. Проще было меня убить.

– Нет, и не просите. – Я машинально попятилась задом от берега.

– Рита, – встрял Либерман. – Что вы как маленькая? Ведь эти негодяи могут нагрянуть сюда в любую минуту!

Клер, видимо желая показать мне пример, резво кинулась в морскую пучину и погребла к лодке. Глядя, как ее темная голова, словно мячик, то пропадает под водой, то опять появляется, я почувствовала, как ноги мои предательски трясутся.

– Дафайте, прыгать! – Ганс схватил меня за руку и потянул к воде. Я умудрилась увернуться у него из-под локтя, тогда он схватил меня за грудки. И тут случилась большая неприятность. Вместе с платьем он потянул бретельку от моего бюстика. Оттуда выпала многострадальная «ноша». Выпала, съехала по пузу… и упала в воду…

Свои дальнейшие действия я, видимо, не смогу объяснить никогда. Но быстрее, чем я это поняла, я оказалась в воде, причем – с головой. Нет, меня не толкал Ганс. Нет, я не поскользнулась на камне, поросшем мхом. Я сделала это сама – я прыгнула.

Оказавшись в воде, я открыла глаза, и увидела ее. Нечетко, неясно, но увидела. Малюсенькая пластиковая карточка медленно, но верно, кружась, опускалась на дно. Собрав все свои силы, я стала погружаться за ней.

Когда я пришла в себя, я уже болталась, как поплавок, на поверхности воды, отчаянно взмахивая одной рукой. Во второй руке я мертвой хваткой сжимала карту. Тут кто-то резко схватил меня за шиворот и поволок. Отплевываясь от воды, я повернулась – это был Ганс. Выражение его бесцветных глаз было ужасно.

– Вы что, совсем больной? – заорал он, тряся меня над водой.

– А что вы меня хватаете?

На этом наш короткий диалог закончился. Ганс крепко выругался на родном немецком языке и потащил меня в сторону лодки. Лодка болталась на волнах, загребая бортом воду. Клер перегнулась через борт, протянула мне руку. Еще минута, и я свалилась на дно лодки. Ничего не говоря, Клер покрутила пальцем у виска.

– Знаю, знаю, – отмахнулась я. – А вот это ты видела?

Я разжала ладонь и показала ей карту.

– Видимо, твоя подруга обещала тебе кругленькую сумму за эти снимки, – заключила Клер, откидывая мокрые пряди со лба.

Прошло еще минут пять. Все, включая Яшу, коротышку и длинного, были в лодке. Ганс что-то крикнул на ухо тайцу, и тот, хищно улыбнувшись, завел мотор. Лодка подпрыгнула и резво поскакала по волнам, куда-то за мыс.

Я запихала свое «сокровище» обратно, туда, где оно покоилась все это время. Нет, идея упаковать карту в презерватив была просто гениальной! Иначе теперь можно было смело выкинуть ее на помойку. Либерман, крепко держась за борт прыгающей лодки, прокричал:

– Я смотрю, вам эта вещичка ой как дорога!

– Вы и представить не можете! – согласилась я.

Обогнув мыс, лодка вышла в открытое море. Шторм не прекращался, и нас всех можно было смело выжимать в центрифуге. Таец, придерживая капюшон, продолжал скалиться. Отчего ему было так радостно, можно было только гадать. Через какое-то время на горизонте показался остров, и мы облегченно вздохнули.

Я покинула лодку, упала на мокрый песок и была готова целовать его до вечера. Либерман опустился на колени рядом со мной и с чувством сказал:

– Да, никогда бы не подумал, что буду так рад твердой земле…

Земле были рады все. Немного придя в себя после неприятного путешествия, я стала приставать к Гансу с вопросами:

– Куда мы теперь?

– Теперь мы в гостиница. – Ответ был короток.

– А дальше? Когда мы уезжаем?

– Завтра.

– Почему из вас все всегда надо вытаскивать клещами! – разозлилась я. – Вы не можете нормально объяснить?

– Вы опять надоедать, – отрезал Ганс, – я все скажу, когда приходить время.

Выругавшись про себя, я заявила:

– Мне нужна обувь. Думаю, вы заметили, что я потеряла туфли. И еще я бы хотела переодеться во что-нибудь более удобное. Например, в брюки. Посмотрите, во что превратилось мое платье!

– Кстати, ходить без обувь очень полезно, – хихикнул Ганс, но денег мне выдал. И тут же добавил: – Много не тратить!

– Чек вам не принести? Отчитаетесь потом – «рабочие расходы». Или «покупка форменной одежды для персонала фирмы»…

Остров, где мы коротали ночь, назывался не то Пу-Ка, не то Ку-Па… Для меня все тайские названия звучали на один лад. Отель, где мы разместились, показался самым уютным местом на земле. Сначала я думала, что упаду и забудусь крепким сном, но после горячего душа жить стало веселее.

Прогулявшись по улочке, я нашла небольшой магазинчик, в котором продавали все – от сувениров до чемоданов. Вышла я оттуда в новом наряде и в легких летних туфлях. Оставшиеся деньги потратила на сумку. Не могла же я, в самом деле, путешествовать без сумочки на плече? К тому же мне надоело таскать пластинку на теле. А теперь она покоилась в подделке Gucci, в боковом кармашке. Сумка была до того хороша, что я непроизвольно поглаживала ее каждые пять минут. Дома все равно никто не поймет, что это подделка.