Хобби гадкого утенка - Дарья Донцова

Маргарита не возражала. Мы двинулись на второй этаж. Ритазамоталась в плед, край шерстяного одеяла волочился за ней словно горностаеваямантия за великой императрицей.

Из кабинета раздавалось нервное поскуливание. Наши псытерпеть не могут, когда кто-то ограничивает их свободу.

– Ты боишься животных? – на всякий случай поинтересоваласья.

Рита покачала головой.

– У меня живут два стаффа.

Надо же! А она вовсе не такая противная! Я распахнула дверь.Питбуль и ротвейлер вылетели из заточения, словно камни, выпущенные из пращи.Пудель и мопс неслись следом.

– Ой, какой пит, – воскликнула Рита, – иди сюда, мальчик.

Но ласковый со всеми Бандюша вдруг сел, задрал морду вверх изавыл.

– Не знаю, что на него нашло, – удивилась я, вталкивая Ритув свою спальню.

– Ерунда, – засмеялась гостья, – просто небось испугался,взглянув на меня. Ну прикинь сама, то ли женщина, то ли овца гигантская!

Секунду мы молча глядели друг на друга, потом покатились сосмеху.

– Ой, – стонала Рита, – только подумай, до сих пор никак немогу вспомнить, откуда тебя знаю! И сижу тут, голая, в пледе! Должна была идтина свадьбу к Минкину, только там все расстроилось, невеста распсиховалась. А я,надо тебе сказать, совершенно не выношу сидеть дома вечером. Гляжу – еще одноприглашение есть! Только что-то гостей маловато!

И она вновь зашлась в хохоте.

– Мы с тобой встретились у Вани Козлова на пятидесятилетии,– соврала я и угадала.

– Да ну? Здорово, – отозвалась Рита, влезая в мои джинсы, –уж извини, придется шмотки взять. Рифат, ну скотина!

– Чего он так взбесился?

Рита плюхнулась на диван и спросила:

– Выпить есть чего?

Получив коньяк, она лихо опрокинула фужер и приняласьвыбалтывать свои секреты.

– Рифат был моим мужем целый год, – вещала Рита, – жуткодлинный срок. Я обычно так долго около мужиков не выдерживаю, убегаю. Какправило, дело заканчивается миром. Мои бывшие мужья, общим количеством восемьштук, люди интеллигентные, никаких выходок себе не позволяли, более того,обеспечили меня материально. Один квартиру купил, другой дачу, остальные деньгидавали. К слову сказать, у меня отличное состояние, досталось в наследство отодного из мужей…

Но Рифат Ибрагимов оказался не таким. Он был единственным,кто не хотел мирно разойтись. Устраивал скандалы, колотил посуду…

– Прикинь, он сжег мою норковую шубу, – пожимала точенымиплечиками Рита, – ну манто в чем провинилось?

Бедная шубка и впрямь была ни при чем. Просто у Рифата быламерзкая манера рвать вещи Риточки на мелкие кусочки. Наконец, в январе этогогода Назарова получила очередной штамп в паспорте и перестала считать себямадам Ибрагимовой. Но очень скоро выяснилось, что у Рифата иное мнение по этомуповоду. Сцены ревности продолжались. Ибрагимов мог подкараулить Риту, когда тавыходила из дома, разнаряженная для очередного приема, и наговорить гадостей.Он звонил бывшей жене под утро и обзывал дрянью… Словом, вел себя как пещерныйчеловек. При этом имел наглость заявлять:

– Имей в виду, выйти за другого замуж ты не сможешь!

Рите не слишком нравилось такое поведение мужика, но особойтревоги она не испытывала, во всяком случае до тех пор, пока Рифат просто болтал.

Потом у нее случилось несколько романов, так, ничегоособенного, а в июне она познакомилась с Каюровым.

– Где? – полюбопытствовала я.

– В магазине «Иван Савельев и сын», знаешь, конечно.

Я кивнула. Большая ювелирная лавка с невероятно раздутымиценами. Стоимость колец и серег там сравнима с той, которую просит за своиизделия «Картье», только качество вещей и их дизайн никуда не годятся.Отвратительно безвкусный новодел с «булыжниками».

Рита заехала к Савельеву посмотреть на браслеты. Когда она,вытянув руки, разглядывала новинки, сзади прозвучало:

– Вам идет.

Назарова обернулась и увидела безукоризненно одетого мужчинув летнем костюме. Риточка никогда не отказывает себе, если встречает достойныйобъект. Михаил понравился ей сразу, и они провели сначала чудесный вечер, апотом великолепную ночь.

– Он такой изумительный, – восторгалась Рита, – нежный,ласковый, тонкий…

Роман вспыхнул и заполыхал. Счастье омрачали только дведосадные мелочи. Наличие у Михаила законной жены и ужасное поведениеИбрагимова, который, словно с цепи сорвавшись, от слов начал переходить кделам. В конце июня некто исцарапал гвоздем «Мерседес» Риты, пока она сКаюровым оттягивалась в «Метелице», затем Назаровой домой прислали красивоупакованную коробку. Риточка, предвкушая подарок, содрала хрусткую обертку изаорала от ужаса и отвращения.

На роскошной рисовой бумаге, перевязанной атласнойленточкой, лежала… дохлая к??ыса. Впрочем, может, Рифат здесь был ни при чем.Машину могли поцарапать хулиганы, а грызуна, вполне вероятно, прислалакакая-нибудь завистница.

Рита, для которой развод был более чем привычным делом, непонимала, отчего Михаил не хочет бросить опостылевшую жену.

– Он объяснял мне, – говорила она, методично уничтожаяконьяк, – что Лена без него пропадет.

Больше всего Назарову заводит, если она не получает того,что хочет, немедленно. А иметь Каюрова в роли мужа ей очень даже хотелось.

– Понимаешь, – преспокойно откровенничала Рита, – первый разв жизни я влюбилась.

Нет, поймите правильно, Риточка никогда не былапроституткой, укладывающейся в кровать за деньги, пусть даже и огромные. Ейнравились и мужья, и любовники. Просто Назарова вращалась в таких кругах, кудабедному мужчине вход заказан. А то, что каждый следующий ее супруг оказывалсябогаче предыдущего, – чистая случайность, приятная закономерность…

Но невероятной любви, всепоглощающей страсти, острых чувств,когда ради дорогого и единственного готова босиком бежать по дороге, усеяннойморскими ежами, Рита никогда не испытывала. Вот мужчины, те теряли голову отНазаровой капитально. Образно говоря, Ритуля всегда оставалась стороной,получающей поцелуи, а не дарящей их…