Пончик с гвоздями - Маргарита Южина

Однако лишь только она открыла дверь, сразу сообразила – о телевизоре в ближайшее время придется забыть. Из гостиной доносился незнакомый бас и тоненький, счастливый смех свекрови. Ясно, у них снова кто-то в гостях, только вот еще неизвестно, кто именно.

– Клавочка! – выпрыгнул в коридор Акакий. – Скорее проходи! Ты себе не представляешь! К маме пришел вчерашний ее ухажер. Я тебе не успел рассказать – мама в ресторане познакомилась с замечательным молодым человеком, и вот сегодня – пожалуйста, он у нас в гостях. Да, умеет мама произвести впечатление.

«Еще какое!» – вспомнила Клавдия вчерашнюю пьяненькую свекровь, но решила на эту тему не распространяться.

– Академий! – вдруг донеслось из гостиной. – Кто там?

– Мама! Это Клавочка пришла, – радостно оповестил Акакий.

– Я не поняла, а кто у нас Академий? – шепотом спросила Клавдия мужа.

– Да это, понимаешь, мама вчера с чего-то решила, что у меня дурацкое имя, вот и переиначивает меня как хочет. Пойдем в комнату, надо на стол накрыть, мы уже второй час сидим, тебя ждем, только телевизор к чаю.

Клавдия Сидоровна вошла в комнату и приветливо поздоровалась. Навстречу ей поднялся огромный верзила с дикими кудрями на голове и с золотой челюстью.

– Познакомься, Клавочка, это Кирилл. Мой, так сказать, новый знакомый, хи-хи, – изо всех сил жеманилась пожилая чаровница. – Кирилл, вы не представляете, как наша Клавочка печет торт «На графских развалинах»!

– А что, вы ей дома-то не позволяете готовить? Обязательно надо на развалины ее посылать? – недоуменно пожал плечами гость.

– Ах, остряк! Вы, Кирилл, определенно остряк. Это торт так называется! Ну да лучше один раз попробовать, чем сто раз услышать. Клавочка, приготовь нам тортик к чаю!

Клавочка отправилась на кухню и непроизвольно подумала, что бы такое сделать с квартирой, чтобы отсоединиться от милой свекровушки, а заодно от ее курчавых ухажеров. Неужели придется размениваться?

– Клава, ты успеешь с тортом управиться? – появилась в дверях накрашенная, будто индийская невеста, Катерина Михайловна.

– А может, без тортика как-нибудь? На приготовление этого торта требуется около четырех часов, если не больше, – попробовала отвертеться Клавдия Сидоровна.

Однако старушка твердо вознамерилась сверкнуть кулинарными способностями невестки.

– Ну и что ж, что четыре. Кирилл, вы сильно торопитесь?

– Да нет, у меня электричка только завтра утром, – донесся из комнаты бас кавалера.

– Вот и славно. Давай, давай, Клавдия, не ленись, – погрозила невестке Катерина Михайловна скрюченным пальчиком, плотнее прикрыла дверь на кухню и полетела развлекать гостя.

«На кой черт этому Кириллу именно „Графские развалины“?» – раздраженно думала Клавдия, а руки уже сами доставали яйца, отделяли белки от желтков и мололи сахар в пудру. Отдохнуть у телевизора у нее не получилось, зато сейчас, за взбиванием белков, ей замечательно думалось. Итак, что же она имеет по убийству Зудовой? А ничего! Только и выяснилось нового, что Мария была замужем. Отчего же она не пришла на новогодний вечер вместе с супругом? Или оттого, что у них натянутые отношения, или… или она не хотела, чтобы он о чем-то знал. О чем? Нет, так мыслить не получается, надо сначала все же встретиться с самим Зудовым.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Акакий с телефонной трубкой в руке.

– Клава, тебя. Сегодня, между прочим, уже который раз звонят.

– Алло, вы мама Жоры Шарова? – донесся до Клавдии прерывающийся женский голос.

– С чего это вы взяли? Я ему в мамы никак не подхожу по возрасту, – обиделась Клавдия. – А с кем я говорю?

– Я – его подруга. Понимаете, у него в записной книжке стоит ваш номер телефона и рядом приписано «мама» и большая буква А. Вот я и подумала, что вы – его мама. Хотя это не так важно. Скажите, вы не знаете, где Жора? Он вышел вчера из дома и до сих пор не вернулся. Он, конечно, и раньше пропадал, но тогда хоть друзья его не беспокоились, а сейчас просто телефон мне оборвали. Я уже и морги обзвонила, и больницы…

– А он разве не говорил вам, что собирается в командировку? – насторожилась Клавдия.

– Да бог с вами! Какая командировка? Его и отдыхать не вывезешь! Я ему предлагала, так он говорил, что вообще предпочитает сидячий образ работы. Дескать, по командировкам у него есть кому разъезжать. Командировка, да еще сразу после Нового года? Нет, исключено. А что, он разве куда-то уехал? – всхлипнула девица на другом конце провода.

– Да, да, не волнуйтесь. Похоже, у него какой-то срочный форум образовался или контракт выгодный наклюнулся. Он вам сам не может позвонить в данный момент, но…

Девица перестала всхлипывать и вдруг едко спросила:

– А почему это он не может мне позвонить? Сейчас связь прекрасно работает во всех концах света.

– Ну, не во всех, – не знала, что ответить, Клавдия.

– Так он что, с папуасами контракт заключает? Или, может, он телефон свой домашний не помнит? – кричала девчонка на ни в чем не повинную Клавдию.

Та подождала, пока девчонка не выговорится, потом тихо пробормотала:

– Он, наверное, код города не знает.

– Можете передать своему сыну, что я больше не собираюсь с ним играть в прятки! Сегодня же ухожу!

– Хорошо, я передам, – послушно согласилась Клавдия Сидоровна и отключилась.

Интересно, а почему Жора не позвонил им с Володей? Ведь не маленький, должен же понимать, как они волнуются. Видимо, Анечка и не думала ничего выяснять про Жору Шарова, просто не хочет брать на себя еще один висяк. А если так, то… Господи! Значит, Клавдия была права, когда обмолвилась, что Жоры больше нет. И, может, Анна даже знает, что рыжий любимец матери погиб, но просто не хочет ей портить праздник. Бедный Жорик!

Руки у Клавдии проворно лепили «развалины», а слезы сами по себе катились по круглым яблочным щекам.

– Клава, ну Клавочка! Что с тобой? – кинулся к ней Акакий, увидев жену плачущей. – Ты отчего так расстроилась? Не хочешь готовить этот чертов торт? Да и ну его на фиг!

Муж в гневе швырнул готовый наполовину торт в раковину.

– Что ты делаешь, изверг? – взвилась Клавдия. – Я на него столько времени угробила!

Акакий немедленно достал кулинарный шедевр обратно. Торт немного размок, пышные безе осели, получилась совершенно бесформенная лепешка.

– Ну и чем теперь кормить маменькиного кавалера? Я же так старалась! – еще больше расстроилась Клавдия.

Акакий молчком достал из хлебницы недоеденные с вечера вафли и принялся мять их, щедро посыпая крошками безейную лепешку.

– Такой замечательный получился, пышный… – скулила Клавдия.

– А чего ты тогда ревела коровой?