Охота на купидона - Елена Чалова

– Это была хорошая свадьба, – сказала Настя, утомленно прислонившись к маминому плечу. – Я тоже буду венчаться в церкви.

– Красиво было, да? – Лана погладила светлые волосы дочки.

– Угу. Завтра буду рисовать. Сегодня сил нет.

– Иди спи. Я Марку позвоню, узнаю, как там мальчики, и тоже в кровать.

Настя, зевнув, отправилась в ванную. Лана с улыбкой проводила ее взглядом. Взрослая какая. И красивая. Среди многочисленных друзей и родственников жениха нашлось несколько молодых людей, которые весьма активно ухаживали за красивой девочкой. Вообще немецкая свадьба оказалась организована с истинно русским размахом. Приехало много народу из России, родственники жениха из Швеции, собралась немецкая родня, и получилось больше ста человек.

В церковь все, конечно, не поехали, но Лана и Настя как подружки невесты присутствовали на красивой и трогательной церемонии венчания. Свадебный пир организовали в весьма симпатичном особняке в предместье Кельна, где матушка жениха, фрау Юнссон, проживает вместе с дочерью Евой.

Столы накрыли во дворе, пригласив кейтеринговую службу. Официанты сновали туда-сюда, разнося напитки и угощение, потом были танцы, смешные конкурсы и все прочее, разве что без драки. Затем молодоженов усадили в роскошный автомобиль и проводили пожеланиями счастливого медового месяца. Лана взглянула на часы. Вроде и не поздно, но весь день на ногах, да еще в туфлях и практически на балу. Конечно, они устали. Она улыбнулась, вспомнив, как жених кружил Тату на руках: той хотелось танцевать, а Томас сказал, что беременные должны быть осторожны. Татка надула губы, тогда он подхватил ее на руки и танцевал, держа в объятиях молодую жену. Присутствующие дамы все как одна прослезились.

Продолжая улыбаться, Лана скинула туфли, со вздохом облегчения вытянула ноги и пошевелила пальцами. Какой кайф! Она взяла телефон, отключенный при входе в церковь. Вот черт, забыла включить! Марк будет злиться… точно, вон сколько звонков! Сколько?! Лана подобралась.

Что-то даже для любящего мужа двадцать восемь вызовов – это перебор.

Она торопливо нажала на кнопку. Услышав голос тети Раи, испуганно выдохнула:

– Тетечка, что у вас случилось?

– Все живы, – быстро отозвалась тетя Рая. – Мальчишки в полном порядке, уже улеглись. Кушали нормально, гуляли… Все хорошо.

Лана перевела дыхание, но тут же снова вскинулась:

– А Марк? Где Марк?

– Марк спит.

– Да? – Она удивилась. На всякий случай глянула на часы. В Москве сейчас… десять вечера. – Что такое, тетя Рая? Что у вас там происходит?

– Я тебе расскажу, только ты не психуй. Вот такое случилось…

Весьма внятно и кратко тетушка изложила злоключения Марка.

– Значит, врач дал время до завтра? – переспросила Лана.

– Да. Я уж заходила к нему, смотрела. Вроде спит хорошо, дышит ровно.

– Мы завтра возвращаемся, но лишь к вечеру. – Лана закусила губы. – Может, попробовать билеты поменять…

– И не рвись. Завтра приедете, и хорошо. Марк – большой мальчик. В крайнем случае я вызову его брата троюродного, он заведующий в Боткинской, в хирургии, правда… Ну, у нас и психиатр есть. В нашем семействе врач найдется на любую болячку, так что не волнуйся. Ты уж постарайся как-никак поспать, а потом собирайтесь и приезжайте, ладно?

– Да… Тетя, я телефон не буду выключать, если он проснется и захочет позвонить, я буду ждать.

– Хорошо… Детка, ты там поосторожней… Марк Стасика этого припугнул вроде бы, но тот уж больно жаден…

– Хорошо…

Положив трубку, Лана задумалась. Вот оно как… Она вспомнила безумную кутерьму, которая возникла вокруг них сразу после приезда. Труп в номере, ограбление на набережной… В памяти возникли веснушки на бледной физиономии герра Штольмана и его язвительный голос: «Почему с вами так много проблем, фрау?» Может, все злоключения – дело рук того самого типа, который не уследил за своим купидоном? Что такого, интересно, в этой статуэтке? Да черт с ней, знала бы, ни в жизнь не связывалась… Бедный Марк! По голове получил, а потом весь день нервничал, потому что они с Настей отключили телефоны, когда началась свадебная церемония. Но что же делать? Купидона она сегодня с помпой презентовала Татке, и подруга пришла в полный восторг. Более того, вдруг оживилась сестра жениха, Ева, и со знанием дела сказала, что статуэтка германского производства, девятнадцатый век, мастерская Грихмайера. Только Густав Грихмайер делал таких симпатичных купидончиков, вот и клеймо на пяточке… не очень четкое, но вряд ли это подделка. Сейчас такие вещи на пике моды. Она так и этак крутила пухлого ангелочка, потом заявила, что, пока молодые будут наслаждаться жизнью во время медового месяца, а потом обустраивать свое жилье, она, Ева, приютит милого мальчика в собственной спальне, где он прекрасно впишется в интерьер.

Лана с некоторой тревогой взглянула на Тату. Та губы поджала, но промолчала. Ну, если захочет, она амурчика вернет, подумала Лана, вспомнив настырный Таткин характер.

Но бог с ней, с Таткой… Она сейчас в свадебном путешествии… а когда вернется… Лана нахмурилась. Подруга вернется еще на месяц беременнее, чем сейчас. И если купидон по-прежнему будет обретаться в непосредственной близости к их семье, то и Татке, и Томасу, и их будущему ребенку будет угрожать опасность. Черт, вот черт!

– Мам, ты чего? – Настя, появившаяся из душа и уже совершенно сонная, с удивлением взирала на мать, которая, сидя на диване, колотила кулаками по подлокотнику.

– Ничего! Ты ложись. А я… пойду пройдусь.

– Куда?

– Ну, кофе внизу попью, что-то не спится мне. Перегуляла.