Любительница острых ощущений - Марина Серова

В субботу утром я позвонила Захаровой, сообщила ей, что мне удалось раздобыть информацию о событиях четырехлетней давности, и спросила, когда мы сможем встретиться.

– Даже не знаю, что вам сказать, – заколебалась моя собеседница. – Мне не хотелось бы обсуждать все это при дочери…

– Понимаю вас. – Я задумалась на секунду-другую. – Вот что! Я приглашаю вас в Парк культуры и отдыха. Пока Танюша будет кататься на качелях-каруселях, мы с вами успеем обо всем поговорить. О билетах не беспокойтесь. У меня есть абонемент на аттракционы.

– Полина, я больше не могу злоупотреблять вашей добротой…

– Не беспокойтесь, я вам и не позволю это сделать. Пока до злоупотреблений дело не дошло. Ну так что, совместим приятное с полезным?

– Хорошо, – согласилась Ольга после недолгих раздумий.

– Я заеду за вами через час, – сказала я и отключилась.

Потом я позвонила Лизе Щетининой, одной из моих первых клиенток. Она была хозяйкой городка аттракционов и не раз предлагала мне абонемент, о котором я только что упомянула. Правда, до сих пор он был мне без надобности. Щетинина, едва услышав, в чем суть моей просьбы, сказала: «Нет проблем, заходи».

* * *

Я подъехала к дому Захаровых и сразу же увидела Ольгу с Таней. Они сели в машину, я развернулась и поехала в центр. Минут через двадцать мы были уже в парке. Абонемент, который я взяла у Щетининой, давал право на пять бесплатных аттракционов. Таня никак не могла выбрать, с чего бы начать. Но, увидев на цепочных каруселях девочку, с которой она училась раньше в одном классе, встала в очередь именно на них. Я не стала терять время даром и заговорила о деле:

– Оля, мне удалось выяснить, что одного из участников похищения, возможно, даже его организатора, зовут Семеном. Это имя вам ни о чем не говорит?

– У Бориса был друг, так вот, его как раз так и зовут. Но это… совпадение! Порываев – единственный человек, который помог нам в трудную минуту. Он нас до сих пор не забывает, – говорила Захарова, не сводя глаз со своей дочери.

Фамилия, которую назвала Ольга, показалась мне знакомой. Порываев… Семен Порываев… Нет, не Порываев, а Порываева!

– Скажите, а Порываеву Зою Николаевну вы случайно не знаете?

– Она жена Семена. Правда, я ее видела всего один раз, на их бракосочетании. Полина, я вас уверяю, что Семен Порываев не мог похитить мою дочь.

Я не стала в чем-либо разуверять Ольгу, потому что к нам подошла Танюша. Разговор продолжился, когда девочка отправилась в комнату смеха.

– Ольга, когда вы посвятили меня в подробности похищения, я вам сразу сказала, что его организовал человек, вхожий в вашу семью, – напомнила я.

– Я так и не поняла, с чего вы это взяли, – призналась Захарова.

– Этот человек точно знал, какую сумму вы могли собрать за три дня. Он посчитал стоимость вашей новой квартиры, двух машин, акций и сделал скидку на срочность их реализации. Посторонний вряд ли был бы в курсе, что девочка прописана у бабушки, поэтому с продажей трехкомнатной квартиры на проспекте Молодых Энтузиастов не будет никаких проблем.

– Семен, конечно, был в курсе нашей семейной ситуации, но это еще не повод, чтобы обвинять его в киднеппинге, – решительно возразила мне Ольга. – Уж кому-кому, а Порываеву не нужны были наши деньги, потому что он незадолго до этого получил солидное наследство.

– От кого? – не могла не полюбопытствовать я.

– От отца, который жил в Канаде. У него там, конечно, была другая семья, но Александр не забыл упомянуть в завещании своего единственного сына и старшую дочь Нину.

– И что, большое наследство он им оставил?

– Я точно не знаю, но буквально за неделю до похищения Семен приглашал нас на новоселье. Он купил квартиру в недавно построенном доме на улице Горького, а еще поменял свой «Хундай» на «Мерседес». Сколько получила его старшая сестра Нина Гольдман, мне неизвестно. Но Семен говорил, что она хочет почти все деньги отдать на благотворительность. Нас с Борей это нисколько не удивило – после аварии, в которой погибли ее муж и сын, она стала вести аскетический образ жизни, раздавая бо́льшую часть своей и без того невысокой библиотекарской зарплаты нищим на паперти. Я периодически вижу Нину Александровну в детской библиотеке, она одета все время в одну и ту же блузку. Похоже, она на самом деле ничего себе не оставила от отцовского наследства…

В комнате смеха Танюше почему-то не понравилось, она даже расстроилась, что потратила на нее один купон. К выбору оставшихся трех развлечений девочка подошла более чем серьезно. Мы ходили с ней от «лодочек» к «гусенице», от батута к колесу обозрения, а затем вновь вернулись к «лодочкам». Таня понимала, что чем-то придется пожертвовать, и это ее сильно расстраивало. Я хотела было купить для нее билет на батут, но передумала, решив, что девочке надо учиться принимать самостоятельные решения. В жизни ведь частенько приходится делать какой-то выбор. Танечка постояла-постояла около «лодочек» и пошла на «гусеницу».