Вор должен сидеть - Андрей Кивинов

В коридоре появился знакомый следователь прокуратуры Вадик Самойлов, молодой парень, расследовавший дела о бандитизме. Заметив Дениса, приветливо кивнул и подошел к оперу.

– Привет… Судьбу пытаешь, или от дела линяешь?

– Судьбу. Ваше доблестное ведомство статью шьет.

Денис вкратце рассказал о причине вызова, опустив компрометирующий фрагмент.

– Скажу честно, – «успокоил» Вадик, – ситуйня не смертельная, но говенная. Танька баба въедливая и, главное, с гонором. Вцепиться может, как клещ. Ну, и генерал ваш зеленую улицу открыл ментов сажать.

– Спасибо за поддержку.

– Ай, – расстроено вздохнул следователь, – у меня самого конфуз, не знаю, как выпутаться. Прикинь, дело сейчас расследую по банде одной. Шесть обвиняемых. Пятеро в «Крестах», один на подписке. Тот, что на подписке, нормальный братан, беспонтовый. По первому вызову прибегает. Всегда с закусочкой, коньячком. Мы с ним уже как приятели. Вон, принтер мне подарил… Вчера ему звоню, так и так, Витек, подойди часикам к двум, допросить тебя надо. А он вдруг заявляет, во-первых, я вам не Витек, а Виктор Павлович. Во-вторых, присылайте повестку заказным письмом с уведомлением.

Я ему, ты чего, Витек? Опупел?! Чего стряслось?! Он опять про повестку. Я вспылил – ладно, Виктор Палыч, пришлю я тебе повестку! На всю жизнь запомнишь! Готовься! И трубку бросил. И ты представляешь, сегодня ночью этому чудику кто-то ночью в окно из гранатомета пальнул. Кумулятивной гранатой. Сам он жив, но две комнаты, как корова языком слизала. Еле потушили. Утром ко мне прибегает. Руки трясутся, глаза чумовые. «Вадим Георгиевич, ну зачем же так? Ну, прислали бы ОМОНовцев, на худой конец! А то из гранатомета. Я ведь только ремонт сделал». Оказалось, этот умник адвоката сменил на более дорогого. А тот и научил, что со следователем нельзя фамильярничать. Все должно быть официально, по букве закона.

Вадик прервался, доставая из кармана сигареты.

– Короче, нормальный пацан Виктор Палыч накатал на имя городского прокурора заяву, что следователь Самойлов выстрелил ему в окно из гранатомета! Ты представляешь? И как на грех, у меня в кабинете «Муха» изъятая над столом висит! Боевая! С гранатами!

– Удачное совпадение.

– Не то слово… И теперь я вынужден доказывать мировому сообществу и надзирающим козлам, что я не ишак! Вот, иду на ковер.

– Удачи… Слушай, Вадим… Ты в другой раз все-таки ОМОН вызови. Не надо так сразу из «Мухи».

– Да ну тебя!

Самойлов поднялся и скрылся за поворотом коридора. На соседней лавочке сидели двое в куртках и обсуждали последний матч «Зенита», тоже, вероятно, ожидая вызова. Через пару минут вернулась следователь Татьяна.

– Проходите, Денис Сергеевич.

Никаких перемен в интонации.

– Есть еще вопросы? – таким же миролюбивым тоном поинтересовался Неволин.

– Есть… И достаточно. Поэтому я только что возбудила в отношении Вас уголовное дело. По статье триста шестнадцать. Укрывательство преступлений.

– Ух, ты! Спасибо, что не угон самолета.

– Напрасно смеетесь. Статья достаточно серьезная. До двух лет лишения свободы.

– Или штраф, – Денис помнил санкцию этой статьи.

– Это будет решать суд, – штампованно ответила следователь, – а пока ознакомьтесь с этим и распишитесь.

Она извлекла из папки небольшой бланк и протянула Неволину. Сама встала из-за стола, приоткрыла дверь и пригласила кого-то из коридора. В кабинет вошли парни, обсуждавшие «Зенит».

Денис опустил глаза на бланк. «Постановление о задержании»… Судя по всему, постановление было выписано заранее, либо, когда дамочка уходила из кабинета.

– Да вы чего, обалдели?! – вспыхнул Денис, – ну, возбудили и возбудили, а по «сотке» зачем?! Думаете, в бега подамся?!

– Не знаю… Но не исключаю, что Вы предпримите определенные шаги, чтобы уйти от ответственности. Поэтому до предъявления обвинения Вы будете находиться в изоляторе. То есть трое суток…

– Поздравляем с новосельем, братишка, – один из вошедших достал из куртки удостоверение, – управление собственной безопасности. Майор Ванин. Давай сразу договоримся – без глупостей. Будь любезен, выложи все из карманов.

– Ствол есть? – поинтересовался второй.

– Нет…

Нельзя сказать, что Денис испугался. Скорее, растерялся, абсолютно не зная, как реагировать. Эффект внезапности сделал свое дело. Да и не каждый день тебя отправляют в камеру. Пистолет он действительно с собой не захватил, но даже если ствол сейчас лежал в кармане, не устаивать же стрельбу. Черт, надо было свалить из коридора. Хотя… Все равно бы нашли.

– Вы забыли расписаться, Денис Сергеевич.

Казенно-вежливый тон следователя выводил Дениса из себя. Ну неужели не могли отписать жалобу следователю мужику? Хоть проще было бы разговаривать.

– Пушкин распишется, – огрызнулся Денис.

– Давайте только без хамства.

Денис встал со стула и принялся выкладывать из карманов свое имущество. Удостоверение, бумажник, ключи от квартиры и машины…

– Неслабо живут районные опера, – распотрошив бумажник, Ванин кинул на стол десяток новеньких, пахнущих краской стодолларовых купюр и ворох российских, – это тебе к дню милиции премию выдали?

– В автоматы выиграл. В метро.

– Везучий… «Девяносто девятую» тоже выиграл?

– Жена подарила.

– Мне б такую жену. Руки подними, везунчик.

Когда Денис выполнил команду, Ванин похлопал его по бокам, по карманам брюк и, убедившись, что там пусто, спросил:

– Машина где?

– Слева от входа. За углом…

Ванин смахнул вещи Дениса в пакет, удостоверение спрятал в карман.

– Татьяна Михайловна, актик в изоляторе составим… Ну, что, можно ехать или допрашивать будете?

– Разумеется, Дениса Сергеевича необходимо допросить.

Присаживайтесь, Денис Сергеевич. Вам нужен адвокат?

– Обойдусь, – буркнул Денис. Адвокат в данной ситуации ему действительно был не нужен.

Допрос занял минут пять. Денис воспользовался своим правом хранить молчание. Лучше взять паузу, чем ляпнуть что-нибудь сгоряча. Слово не воробей, из протокола не улетит.

– Кому из родственников сообщить о вашем задержании? – задала вопрос Татьяна Михайловна, убирая протокол допроса.

– Жене… И начальству. А то еще решат, что прогуливаю.

Ванин достал из кармана наручники.

– Не бойся, не сбегу, – грустно усмехнулся Денис.

– А мы на всякий случай… Вдруг передумаешь.

Психологический накат продолжался.

В коридоре они столкнулись с Самойловым, тащившим на плече гранатомет. Вадик в растерянности посторонился, уступая дорогу Денису в наручниках и его сопровождению.