Безбашенный всадник - Михаил Серегин

– Наши! – обрадовалась я. – Они после набега этого безголового пропали! Саша здорово расстроился, потому что они ему дороги как память.

– То-то я смотрю, знакомые, – покивал Виктор Петрович. – Помнится, угощали вы меня шашлыком, вот я и запомнил, – сказал он и протянул их мне.

– А где вы их нашли? – спросила я, радуясь, что мужа по возвращении ждет такой приятный сюрприз.

– Возле свалки нашел, – объяснил он. – Пошел я туда, чтобы при свете дня еще раз на это место посмотреть. Думал, что это только ночью все так страшно выглядело, ан нет! И сейчас при виде этой ненормальной комнаты не по себе делается.

– Так что же вы вчера ее не разрушили? – спросила я.

– Ментам как-то не до того было – у них голова болела о том, как бы в Боровск вернуться да еще и перед начальством за проколотые покрышки оправдаться, а мы по домам торопились. Так что и комната эта на месте, и доска с гвоздями все еще лежит... А может, и снова ее положили. И следы от подков я видел!

– А больше там ничего не было? – поинтересовалась я.

– Пустая бутылка из-под водки, – ответил он. – Причем совсем чистая, не пыльная, и еще запах не выветрился! Так что только-только она там появилась!

– Наша! – уверенно сказала я и не удержалась: – Чтоб она этому паразиту поперек горла встала! Мы с мужем так хотели вчера душевно посидеть, нервы успокоить! Так нате вам! Прямо со двора украли! Спасибо вам за шампуры! – поблагодарила я Афонина.

Видя, что он не уходит, я поняла, что у него ко мне какое-то дело, и поинтересовалась:

– У вас что-то случилось?

– Да нет! Ничего! – ответил он и вдруг сказал: – Марья! Вот ты женщина образованная, начитанная. Не знаешь случайно, как раньше люди со всякой нечистой силой боролись?

– Вообще-то я не специалист! – удивилась я и пригласила: – Да вы присаживайтесь!

Мы сели за стол, причем я так, чтобы следить за костром, и, подумав, я сказала:

– Если я ничего не путаю, то от злых духов и прочей нечисти спасались вязанками чеснока, вампирам с оборотнями осиновый кол в сердца всаживали, чтобы они снова не ожили, а еще серебро против них очень действенно. Именно серебро, а не золото! Помнится, из него отливали пули и использовали против разной нечистой силы, потому что считалось, что только так ее можно убить.

– Серебро, говоришь? – повторил Афонин и, поблагодарив меня, ушел к себе.

Не успела я вдоволь поудивляться странности его поведения, как он вернулся.

– Марья! Ты не позволишь мне тут у тебя малость повозиться? – спросил он. – А то у меня на участке, сама знаешь, костер развести негде.

– Конечно! – разрешила я, завистливо вздохнув, потому что порядок на даче у Виктора Петровича был идеальный, ни один квадратный сантиметр не простаивал и был использован с наибольшей выгодой – мне такое рациональное отношение к земле и не снилось. – А что вы собираетесь делать?

– Да вот! – ответил он и подбросил на ладони монету. – Настоящая серебряная! С незапамятных пор у меня лежит. А сейчас вот пригодилась!

– И что вы с ней будете делать? – удивилась я.

– А пули отолью, – объяснил он. – Крест на них потом напильником прорежу, и пусть только эти гады сюда сунутся!

– Виктор Петрович! – испуганно воскликнула я. – Это же не соль! Так ведь можно и человека убить!

– А кто тебе сказал, что они люди? – возразил он. – Я этих двоих своими глазами видел! Хорошо, что тебя с нами не было, а то визгу было бы!

– Спасибо, мне и одного хватило, чтобы в обморок грохнуться! – недовольно ответила я. – Саша меня потом нашатырным спиртом в чувство приводил! Но все-таки, может, не надо?

– Да нет, Марья! Надо! Ты же сама сказала, что иного оружия против них нет! Вот я их серебром и попотчую! Будут знать, как людей пугать!

Его голос звучал настолько решительно, что я поняла – отговорить его мне не удастся! Оставалось надеяться только на то, что он, как и в прошлый раз, промахнется. С большим интересом наблюдала я, как он, сначала расплавив в консервной банке монету, отлил потом две пули в земляной форме и, подправив их, нанес напильником кресты, а затем затолкал в картонные гильзы с порохом.

– Ну вот! – удовлетворенно сказал он. – Пусть теперь только попробуют сунуться! Милости просим!

Поблагодарив меня, он пошел к себе, а я из любопытства подошла к забору, чтобы посмотреть, что он будет делать дальше, и через открытое окно его дачи увидела, что он вставил патроны в ружье, которое повесил над кроватью, а вовсе не убрал в сейф, как он заверял участкового. Хотя... Вполне ведь может случиться так, что оно срочно потребуется, вот и возись тогда! Пока сейф откроешь, пока зарядишь...

Костер тем временем окончательно догорел, и я начала собирать золу в старое ведро, чтобы потом использовать как удобрение. От этого занятия меня отвлек чей-то незнакомый голос:

– Добрейший вам, пани, вечерочек!

Я удивленно повернулась – какой еще вечер, когда день в разгаре? И увидела двух подвыпивших мужчин, которых никогда раньше не встречала в нашем поселке. Они проходили по проезду между дачами и, увидев, что я их заметила, подчеркнуто вежливо и церемонно со мной раскланялись. «Все ясно! – мысленно хмыкнула я и отвернулась. – Были вчера у кого-нибудь в гостях, хватанули лишку так, что до сих пор не проспались и вечер с днем путают, и теперь отправились в город!»