Сыщик на арене - Фрауке Шойнеманн

Мяв! Что-то тут отвратительно пахнет! А еще оно мокрое! И шершавое! Да, именно так – что-то вонючее, шершавое и мокрое у меня на носу! Фу! Я открыл глаза и увидел прямо перед собой огромную морду Паташона! Святые сардины в масле, видимо, мне снится кошмар, решил я! Я встряхнулся, чтобы окончательно проснуться, – но образ Паташона никуда не делся. Мало того – теперь этот вонючка еще и залаял!

Постепенно до меня дошло: к сожалению, это не дурной сон! Передо мной правда сидит Паташон и водит своим языком по моей морде! Вот же кошачий лоток, как противно!

Я вскочил на лапы и отпрянул назад.

– Паташон, прекрати немедленно! Сейчас же! Что это тебе в голову взбрело?! – разразился я бранью.

– Эй, приятель, расслабься, – с легкой обидой в голосе ответил Паташон. – Я всего лишь хотел удостовериться, что с тобой все в порядке. Лежишь тут в кустах совершенно неподвижный – конечно, я забеспокоился.

Тут в зоне видимости показалась рука и погладила Паташона по голове. Рука была мне прекрасно знакома – ведь она принадлежала Кире.

– Молодец, песик. Ты все правильно сделал! – похвалила она его. Уму непостижимо! Пес облизывает кота – что же тут правильного?!

Кира присела рядом со мной:

– Уинстон, хорошо, что Паташон нашел тебя! Похоже, тебя в этом парке и на пять минут одного нельзя оставить – тут же угодишь в неприятности.

С какой стати, ради всех когтеточек мира, Кира разгуливает тут с этим ужасным Паташоном?! В тот момент у меня на морде, должно быть, было написано такое недоумение, что Кира решила объяснить:

– Не беспокойся, Уинстон. Если ты думаешь, что я хочу переключиться с котов на собак, то это не так. Просто мы с Томом и Паули рассуждали, как лучше всего искать настоящих карманников. Мы ведь даже не знаем, кто в костюмах и правда цирковой артист, а кто переодетый вор. Тогда нам пришла в голову идея попросить у директора Балотелли разрешения выгулять собак. Чтобы животные немного развеялись и отвлеклись от работы в шоу.

Ну? И что же в этой идее хорошего? Даже если глупый Паташон вдруг случайно и обнаружит что-то интересное, он ведь все равно не сможет ничего объяснить Кире. Зато будет проводить с ней время, которое вообще-то причитается МНЕ. Мне, Уинстону Черчиллю, ее самому главному любимцу! Я возмущенно засопел и повернулся к Кире своим пушистым хвостом. Раз она предпочитает мне всяких дурацких дворняг, то и пожалуйста, мяу!

– Ну прекрати дуться и послушай меня внимательно. Я же еще не успела толком объяснить, в чем заключается наш план. Прогулка с Паташоном нужна нам для отвода глаз. На самом деле мы собираемся подходить по очереди ко всем людям в костюмах цирковых артистов или клоунов. Те из них, кто узнает Паташона и заговорят с ним – вне подозрений. А к остальным мы присмотримся повнимательнее и попробуем сами с ними заговорить. И там уж мы, думаю, быстро заметим, если с ними что-то не так.

Муррр-мяу. План не так уж плох, решил я. Но как же меня бесит, что тут не обошлось без собаки в лице Паташона! Кира что, не могла на время одолжить попугая или козу? Им ведь наверняка тоже хочется прогуляться!

– Но меня сейчас волнует другой вопрос: с тобой-то что случилось, Уинстон? Почему ты валяешься в кустах? Просто прилег вздремнуть или чем-то болен? – озабоченно спросила Кира.

Я на секунду задумался. Потом указал лапой в сторону циркового шатра, подбежал к Паташону – и этой же лапой врезал ему по морде. Тот с воем отскочил.

– Ты что, сбрендил? – облаял он меня.

– Ничего личного, Паташон. Я лишь пытаюсь объяснить Кире, что лежу в кустах из-за досадного столкновения с одним из бандитов. На нем был костюм клоуна, и, прежде чем он меня вырубил, я успел оставить на его лице хорошую отметину.

Я размахнулся и еще раз заехал Паташону лапой по морде. Если честно, не без некоторого удовольствия.

– Уинстон, ну что за злой кот! – воскликнула Кира, схватила меня и неласково тряхнула. – Нельзя же вот так ни с того ни с сего лупить бедную собаку.

Шипя, я вывернулся у нее из рук и снова показал в сторону цирка. Потом я стал подпрыгивать, пытаясь достать сумку, висящую на плече у Киры.

– Хм, сегодня утром ты устроил такое представление с сумкой, чтобы рассказать про карманников, – размышляла Кира вслух. – Наверное, ты и сейчас хочешь объяснить мне что-то важное, а не просто позлить Паташона?

Кхм… Да, вот именно! А то, что вдобавок удалось позлить Паташона, – это всего лишь приятный бонус, не более. Я снова стал подпрыгивать, пытаясь достать сумку, и громко мурлыкать. Потом я еще раз показал в сторону циркового шатра.

– Хорошо, значит, сумочка и цирк. И ты на кого-то напал… Ты напал на вора?

Я мурлыкнул в подтверждение.

– Ты ударил вора, которым был кто-то из цирка?

Я помотал головой.

– Так, ладно, он был не из цирка, но… – Кира задумалась, – был одет в цирковой костюм?

Мур-мур-мур! Кира рассмеялась:

– Замечательно, котик мой, мы и без слов друг друга понимаем. Костюм, значит… Так-так-так. Это опять был клоун?

Сто баллов, Кира! Я замурлыкал как можно громче, потом поднял лапу, показал ее Кире, выпустил когти и махнул лапой перед самой мордой Паташона. Но в этот раз, конечно, его не задел. И тут у Киры, наконец, сложилась полная картинка:

– Супер, Уинстон! Выходит, ты пометил вора! Итак, мы ищем человека с большой царапиной на лице, верно?

Муррр-мяу! Гип-гип-ура! Мы с Кирой превосходная команда! Я трижды подпрыгнул от радости, Кира в это время принялась искать телефон. Найдя его, она позвонила Тому:

– Привет, Том! Кажется, нам удалось сильно продвинуться в нашем деле! Уинстон расцарапал одному из воров лицо, поэтому теперь мы сможем его опознать, даже если на нем не будет костюма. Ищите человека с царапиной на лице!

Том, кажется, что-то на это возразил. Какое-то время Кира слушала его молча, потом нахмурила лоб:

– Да, разумеется, я знаю, что в парке несколько тысяч человек. Но, может быть, он случайно попадется вам на глаза. Просто будьте начеку, хорошо? И я тоже буду. – Положив трубку, она взглянула на часы. – Так, пора бы вести тебя обратно, Паташон. Пойдешь с нами, Уинстон?

Я на секунду задумался: если сейчас отправиться в цирк, можно успеть еще немного вздремнуть перед началом представления – вряд ли Бартоломео и правда готов приступить к работе, скорее всего снова придется его подменять. Да и, в конце концов, я сегодня уже отличился на ниве сыска, так что пару часов сна определенно заслужил! Поэтому, когда Кира с Паташоном медленно двинулись в сторону шатра, я потрусил за ними.

Однако не успели мы пройти и пару метров, как навстречу нам, взволнованно размахивая руками, выбежала бабушка. Когда она поравнялась с нами, стало заметно, что она очень растерянна. Эта женщина, всегда такая решительная и категоричная, теперь казалась совершенно сбитой с толку.