Узнай меня - Галина Владимировна Романова

– Удавлю гадину, – пообещал Кадашов.

И Сергей не стал уточнять, кого конкретно тот имел в виду.

– У Майковой не было повода желать зла своему парню. То есть вашему бывшему охраннику.

– Зато у нее был повод явиться на место убийства в тот самый момент… В тот самый момент, когда Ваню… – Он все еще не мог выговаривать страшные слова, они все еще давались ему с огромным трудом. Он от этого задыхался. – Зачем она туда пришла?! Зачем?! Почему не улетела в Таиланд, хотя заказала билет? Почему один?

– Билет она заказала один, верно, Павел Сергеевич. Через Интернет. Заказала ночью. И даже приехала в аэропорт на такси. Такси вызывала сама со своего мобильного. Но…

– Но?!

– Но тут тоже очень много странностей обнаружилось, Павел Сергеевич.

– И каких же?

Кадашов уставился на Устинова с подозрением. Если еще и этот парень примется его дурачить, он точно не выдержит. Мало его три года за нос водили, выдаивая из него кучу денег. Еще один явился, умник?

– Мне удалось найти того водителя, который ее отвозил в аэропорт.

– Через три года? – усомнился Кадашов.

– Не сложно. Во-первых, он до сих пор работает там же. Во-вторых, база данных у них хранится по пять лет на электронных носителях. Хозяин фирмы из бывших авторитетов, решивший жить честно. Вот и страхуется. К тому же у них имелись случаи нападения на таксистов.

– Понял я, – отмахнулся Кадашов, сморщив лицо. – И что таксист. Помнит ее?

– Странно, но помнит.

– С чего вдруг?

– Та ночь была первым его выездом. Он днем ранее только устроился туда работать. Ночь была, с его слов, совершенно пустой. Все рейсы отдавали долгожителям. Так он назвал тех, кто давно работал. Он всю ночь просидел без дела в машине. И вдруг выезд. В аэропорт. А это выгодно. Потому и запомнил. Майкова была самым первым его клиентом.

– Вот как.

Кадашов нахмурился. Почему-то люди, которые добывали для него информацию, этот факт до него не донесли. Допрашивали и таксиста. И диспетчера. Причем по горячим следам допрашивали. Все подтвердилось. То есть то, что девушка вызывала такси. И доехала до аэропорта. Но про таксиста ни слова не было сказано.

– А не хотел он тогда откровенничать, струсил, – пояснил Устинов, вспомнив покаявшегося таксиста. – Просто подтвердил, что отвозил Майкову. Узнал ее по фотографии, и все.

– А что еще-то? Было еще что-то?

– Было кое-что.

Сергей положил руку на тоненькую пластиковую папку, в которую сам уже собирал сведения.

– И что же? – заинтересовался Кадашов.

– Девушку ему пришлось минут пять ждать. Она задерживалась. Он не стал тревожить диспетчера бестолковыми звонками. Первая смена и все такое. И просто решил подождать. Минут десять. Потом уже решил звонить диспетчеру. Но девушка из подъезда выбежала. С сумкой. Большой сумкой. Дорожной.

– И в чем странность? Она в Таиланд сбежать собиралась. Не налегке же туда отправляться.

– Странность в том, что выбежала она, Павел Сергеевич, не из того подъезда.

И Устинов замолчал. Ждал, пока Кадашов переварит новость.

– Что значит, не из того подъезда?!

– Не из того, где жил Игорь Забузов, а из соседнего.

Сергей вытащил из папки лист с начерченной на нем схемой. Аккуратно начерченной, с помощью линейки.

– Вот смотрите. – Он достал из кармана легкой ветровки авторучку, ткнул в центр листа. – Это схема двора. Вот здесь стоял таксист. Он подтвердил мне это. Мы даже ездили туда.

– И что?

– Подъезд, в котором жил Забузов, вот этот. – Кончик авторучки коснулся карандашного схематичного наброска ровно посередине. – Майкова выбежала из соседнего.

– Что это значит? – не понял Кадашов и замотал головой. – Не морочьте мне голову, Сергей! Это просто ерунда какая-то! Мне не нужно, чтобы вы отрабатывали свой гонорар, собирая глупости! Мне нужна информация.

– Вы готовы слушать дальше? – Глаза Устинова опасно заблестели.

Черт! Если бы не Ирка с ее проблемами, он бы ни за что на свете не сидел сейчас перед тупым ожиревшим Кадашовым! И не пытался его убедить, что расследование, которое велось до него, велось из рук вон плохо. Точнее, никак оно не велось. Стас Гончаров либо хватку вовсе потерял, либо совсем ничего не делал. Просто получал деньги, скармливая Кадашову крохи информации.

– Говори, – буркнул недовольно Кадашов, посматривая на Устинова со смесью недоверия и неприязни. – Говори, но думай!

– Вот подъезд, из которого выбежала Майкова. – Кончик авторучки с силой уперся в крохотный квадратик. – Таксист почему запомнил, спросите вы?

– Да? Почему?

– Да потому, что в том подъезде жил один из его студенческих приятелей. Таксист точно знал, потому что в гостях у него бывал. Приятель многого добился в жизни, а ему самому пришлось таксовать. Работы не было. И он, пока ждал Майкову, немного нервничал. Все лезли в голову нехорошие мысли. Вот выйдет его приятель на балкон покурить среди ночи. Второй этаж, окна во двор. А тут он на своей тачке с таксистскими шашечками. Будут вопросы. А он их не хотел. Еще и поэтому та ночь ему сильно запомнилась.

– Убедил, – подумав, кивнул Кадашов, заерзав в инвалидном кресле. – Дальше.

– Так вот, Майкова среди ночи заказывает билет в Таиланд. Вызывает такси. Но неожиданно выходит из другого подъезда. Почему? Как такое возможно?

– И почему?

– А потому, Павел Сергеевич, что она спасалась бегством. – Сергей еще раз проговорил эту фразу про себя, будто взвешивал ее, будто пробу с нее снимал, и повторил еще раз, подтвердив кивком. – Она спасалась бегством.

– Не понял. От кого? И как получилось, что из другого подъезда? Через чердак, что ли, удирала?

– Через балкон соседней квартиры.

– Чего, чего, чего?!

У Кадашова отвисла нижняя челюсть. И слюна, предательски, по-стариковски, сбежала по растрескавшейся нижней губе и скользнула на подбородок. Он засмущался и вытер подбородок рукавом домашней трикотажной кофты.

– Я долго беседовал с жильцами квартиры, которые жили через стенку от Забузова. Приличные люди. Муж и жена. Детей нет. Заняты только собой. Помешаны на правильном образе жизни.

– Это вы к чему сейчас?

– К тому, Павел Сергеевич, что люди находятся в здравом уме и твердой памяти, – нахально ухмыльнулся Устинов. – И вот они утверждают, что однажды, где-то приблизительно три года назад, в их квартиру кто-то проникал.

– То есть?

– Утром они встали, как всегда, приблизительно три года назад, – повторил Устинов с выражением. – А дверь входная не заперта. Просто прикрыта. А этого не могло быть в принципе. Каждый вечер они по нескольку раз по очереди проверяют замки. И штора балконной двери распахнута. А они ее всегда на ночь аккуратно занавешивают. Обследовав балкон, супруги пришли к выводу, что к ним было совершенно проникновение через балкон соседней квартиры.