Генералы песчаных карьер - Гера Фотич

На следующий день Семёна вызвал начальник управления и сказал, что завтра в городе будет большое начальство из Москвы во главе с бывшим руководителем нашего ГУВД, который, уйдя в отставку, переехал в столицу и теперь занимает большую должность то ли в партии, то ли в правительстве. Надо обеспечить его безопасность по нашему направлению. Каждый отдел выделяет по три сотрудника. С утра — инструктаж. Там расскажут всё остальное.

Как-то странно, — подумал Семён, — обычно о таких мероприятиях узнают за месяц, а то и более. Готовятся заранее. А тут вот — раз и давай работай.

На инструктаже пояснили, что приезжающая делегация открывает новый таможенный терминал. Несмотря, что он уже полгода работает — официального открытия ещё не было.

Семён с ужасом услышал, что это именно тот терминал, по которому к нему обратились бизнесмены. Он ещё надеялся на случайное совпадение. Но его не произошло. Всё дальнейшее происходило, словно во сне.

Как только представители из Москвы прибыли, их было человек пять, Семёна пригласили к старшему. Он принимал в кабинете начальника терминала.

Семён зашёл в большой чистый кабинет наполненный запахом стоящих на столе цветов, и увидел знакомое лицо, которое он неоднократно видел на портрете в галерее больших начальников. В своё время тот был направлен в милицию из ФСБ для усиления, а потом снят и переведён в Москву, на какую-то очень ответственную должность.

— Здравия желаю, товарищ генерал! — отчеканил Семён.

— Да я уже не генерал, хотя в прочем это значения не имеет, — ответил он по-деловому, — значит это ты такой прыткий, что пришлось организовывать выезд целой комиссии из-за тебя? И как же эти придурки на тебя вышли?

Семён сразу понял, о чём речь. Что-то безнадёжное обрушилось у него внутри. Словно те неприятности, которые сквозили в опаске бизнесменов, в недоговорённости Лялина и безнадёжности Паши, скапливаясь, вися где-то вверху, вдруг обрушились зараз. Похоронив под собой весь смысл работы, а вместе с ней желание сделать карьеру, да и милицейскую клятву, которую он когда-то давал.

— Работаем, товарищ генерал, — с безразличной обреченностью сказал Семён.

— Вижу, ты парень толковый, — тем же командным голосом продолжал генерал, — чего тебе в ментовке майором делать? Здесь и работа чище, и зарплата больше. Получишь полковника. Премиальные ежемесячные. Видел по соседству кабинет начальника собственной безопасности? Считай, что он твой. Твоему руководству я позвоню, чтобы срочно оформили перевод.

— Да я вроде как не собирался, — залепетал Семён, — не думал об этом.

— Теперь думать некогда сынок, думать надо было раньше! — усмехнулся бывший генерал и добавил, — Идите.

Семён направился к двери. Он был в замешательстве. Никак не мог взять в толк произошедшее. Почему за него уже всё решили? Не спросив. Это вызывало моральное отторжение, хотя само предложение было заманчивым.

Открыв дверь, чтобы выйти, Семён услышал окрик генерала:

— Товарищ майор!

Семён обернулся.

— Будет одна просьба, — впервые генерал улыбнулся, — так мелочь — документики оригинальные у ребят возьми и Паше передай. А то он очень волнуется за них. Теперь можете идти.

Семён вышел за дверь и направился к себе. Теперь он соединил всю информацию воедино. Получилось не весело. Это же надо, кто ко мне на стрелку прилетел, — думал он, — и документы сразу передай. Где я их возьму? Обожду!

На следующий день после обеда Семёна нашли бизнесмены. Попросили встречи и вскоре подъехали к управлению. Они были расстроены. С собой несли портфель.

— За нами со вчерашнего дня ездят автомашины, того и норовят сбить. Вы не могли бы на время забрать себе оригиналы документов, — беспокоились они, — Макс сказал, что Вам можно верить!

Семён остолбенел. Он подумал, что тактика москвичей даёт хорошие результаты, но соглашаться с ними не собирался. Он взял портфель с документами и отнёс в кабинет, закрыл в сейф. С материалом решил подождать. Полгода прошло без перемен — пусть ещё неделя пройдёт. Подожду, пока всё утихнет.

Но не утихло. Через день, когда Семён вышел из управления, направляясь домой, к нему подъехала старенькая десятка жигулей. Из неё вылез Павел. Он был какой-то помятый, с взъерошенными волосами, похожий на Незнайку в чёрном сомбреро.

— Что, плохо спал? — в шутку спросил его Семён.

— Не то слово, — грустно отозвался тот, — видишь, с утра машину поменял. Поднимаю российский автопром. Джип пришлось вернуть. Сказали: это начало!

— Это что, всё тот же вопрос? — настороженно спросил Семён.

— Тот же, родимый! — грустно сообщил Павел, — Они не остановятся. Лучше отдай документы.

— Ты всё знаешь?

— Я же сказал, что я — твоя лакмусовая бумажка. Но после меня будешь ты!

Озноб пробежал по коже под одеждой Семёна:

— Что значит «буду я»?

— Вот смотри, что со мной произойдёт! — поучительно произнёс Павел, — то же и с тобой будет!