Морской шакал - Алексей Макеев

Именно из-за этого происшествия «Улисс» оказался в Ванино. Заболевших ребят отвезли в больницу. Через сутки стало ясно, что отравление очень серьезное и больным быстро не поправиться. Поскольку восьми морякам было вполне по силам совершить полуторадневный переход, Седов связался с руководством компании и получил распоряжение продолжить плавание без одной трети состава. Больных моряков должны были доставить в Находку самолетом, или же «Улисс» мог их забрать на пути в Магадан.

Сидя возле трупа Алексея, капитан по-иному взглянул на эти события. Вероятно, пищевое отравление не было случайностью, и напрасно тогда вся команда ополчилась на кока. Человек, который собирался ограбить инкассаторов, узнав о том, что на этот раз «Улисс» не должен заходить в Ванино, подсыпал некоторым членам команды яд. Вероятно, это был все тот же крысиный яд, только в меньших количествах. Из-за последовавшего отравления судно вынуждено было зайти в порт. Преступник ограбил инкассаторов и скрылся с деньгами на судне.

Поразмыслив, Василий Терентьевич решил, что его догадки, скорее всего, не далеки от правды и что они имеют дело с расчетливым и хладнокровным убийцей.

Когда Олег и старпом принесли два ведра с водой, кок снова развел в банке спирт, соблюдая на этот раз верную пропорцию.

Пока он возился с неудобной разнокалиберной тарой, Василий Терентьевич отвел старпома в сторону и спросил:

– Последний раз ты был на судне вместе с Олегом. Вы все время были вместе или ходили порознь?

– Я старался не оставлять его одного. Но, когда он был на камбузе, я отлучался ненадолго в свою каюту – взял сапоги, – признался старпом.

– Понятно.

Кок разлил водку по кружкам, и моряки, не дожидаясь возвращения двух матросов, молча помянули второго механика, трагически погибшего у них на глазах.

Через некоторое время пришли Дмитрий и Илья. Они были без лопаты – оставили ее возле вырытой могилы. Им тоже налили водки.

Перед тем как закутать тело Алексея в кусок тента, капитан взял его запястье и прощупал пульс. Рука второго механика уже окоченела, пульса не было, и Седов сложил обе руки покойника на живот.

Тело Алексея завернули в тент, пятеро моряков подняли покойника и понесли вдоль берега. Василий Терентьевич пошел позади этой во всех отношениях странной похоронной процессии.

Жулик на этот раз остался в лагере. Он так объелся дармовой тушеной картошки, что ему было трудно ходить.

Моряки шли медленно, ноги увязали в песке. Нести тело было неудобно, но никто не роптал и не предлагал остановиться и передохнуть.

Подойдя к месту, где похоронили второго помощника, моряки увидели большую кучу земли и свежую могилу. Дмитрий и Илья вырыли ее в метре от продолговатого холмика, насыпанного над телом Михаила. Старпом и Сергей опустили покойника в могилу.

Вторые похороны прошли более буднично. Все немного оправились от шока, вызванного случившимся. Прощаться с покойным не стали, понимая, что им еще предстоит это сделать на официальных похоронах.

Дмитрий и Илья, поочередно орудуя одной лопатой на двоих, быстро забросали яму землей и сделали над ней холм, как две капли воды похожий на могилу второго помощника.

Постояв некоторое время возле могил, команда «Улисса» в количестве шести человек отправилась обратно в лагерь.

По возвращении туда капитан первым делом напомнил:

– Никто не должен отлучаться из лагеря без моего разрешения. Ни под каким предлогом!

Желающих отстаивать свою свободу не нашлось.

Поскольку несколько человек после смерти Алексея высказали желание питаться консервами, а не из общего котла, Седов попросил кока подсчитать, сколько консервированных продуктов они привезли с собой на берег. Сергею и Илье капитан поручил вырыть яму для туалета. Задание было несложным, но Василий Терентьевич решил, что оно поможет Сергею успокоить нервы.

Вскоре капитана подозвал кок.

– Продуктов не хватает, – обеспокоенно сообщил он.

Капитан подумал, что они взяли с собой на берег недостаточное количество консервов, поэтому это известие его не взволновало, он лишь сказал:

– Сплаваем на судно и возьмем еще.

– Продукты пропали, – пояснил Олег.

– Ты уверен? Сколько?

– Уверен, – ответил кок. – Когда грузили продукты на плоты, я брал только полные ящики. Сейчас посмотрел, в некоторых ящиках кто-то порылся. Не хватает трех банок тушенки, двух – сайры и банки сгущенки. Украли еще буханку хлеба.

– И когда, по-твоему, все это украли?

– Точно не знаю, – признался Олег. – Но, однозначно, это сделали уже на берегу. Надо полагать, еще утром, когда было темно и вещи таскали с места на место.

– Может быть, все же днем?

– Вряд ли. Я не видел, чтобы кто-нибудь подходил к продуктам. Только Алексей оставался в лагере один, когда мы ходили за телом второго помощника. Все прочие разы, когда я мог не уследить, в лагере было полно народа.

– Значит, преступник выкрал продукты еще в начале дня и, вероятно, спрятал их в лесу, может быть, вместе с деньгами и пистолетом.

– Получается, что так, – согласился кок.

Василий Терентьевич вышел на середину лагеря и громко крикнул:

– Внимание! Все подойдите сюда!

Моряки оставили свои дела и подошли к капитану.

– Пропали кое-какие продукты. Кто-нибудь видел, чьих это рук дело?

Оказалось, что никто не видел, кто именно выкрал продукты.

– Зачем красть? – удивился Илья. – Если захочешь поесть, неужели не дадут?

– Тут дело в другом, – пояснил капитан. – Продукты наверняка украл преступник, чтобы было чем питаться в тайге.

Моряки оживились и стали вспоминать, кто из них подозрительно долго вертелся возле продуктов, но в результате ничего так и не вспомнили.

– Кто крутился? Само собой, кок, – сквозь зубы процедил стармех.

До вечера никто из членов команды ни разу не покинул лагерь. Одни моряки вели себя относительно непринужденно, другие напряженно всматривались в небо или в морскую даль в ожидании помощи.

Капитан наблюдал за каждым и в каждом моряке находил что-то подозрительное.

Когда кок стал готовить ужин, к нему, по просьбе Сергея, приставили Илью, чтобы молодой матрос следил за приготовлением пищи. Другой бы на месте Олега обиделся и отказался кухарить в таких условиях, но кок лишь сочувственно усмехнулся и продолжил свои дела, не обращая внимания на нападки старшего механика.

Капитан поддержал предложение Сергея не потому, что подозревал в убийстве Алексея именно кока, к ведру с едой мог подойти кто угодно. Он считал эту меру предосторожности далеко не лишней, потому что преступник, лишившись возможности передвигаться, когда и куда ему вздумается, мог попытаться отравить и остальных членов команды.