Не совсем мой, не совсем твоя - Татьяна Воронцова

– Как прошел день? – весело поинтересовалась Илона.

О том, где он провел ночь с воскресенья на понедельник, до сих пор не было сказано ни слова.

– Неплохо. А у тебя?

– Очень даже неплохо. На следующей неделе едем смотреть новые отели. Наверное, Верку придется взять, Алку и Макса…

Продолжая болтать, она прошла в комнату. Сменила брючный костюм на трикотажную мини-юбку и облегающий топ с китайским воротником-стойкой. Юбка черная, топ – красные цветочки на розовом поле. Чулки в сеточку. Туфли на каблуке. Головокружительная альтернатива домашнему халату и тапочкам.

– …во-первых, Испания: Коста-Брава, Коста-Дорада. Потом еще Турция: Мармарис и Фетхие. И Родос: там недавно отстроили три отеля категории «А», как раз сейчас готовятся к открытию, набирают персонал… Поедешь со мной?

– Вряд ли. Я еду с Альбертом в Париж за тем немногим, что он не купил в Лондоне и Амстердаме.

– Альберт? – Илона нахмурилась. – Это тот старый хрен из Жуковки?

– Да.

Ник вернулся к своему недопитому чаю и недочитанному журналу.

Итак, она тоже уезжает… Что ж, это хорошо. Новые люди, новые впечатления, некогда будет мучить себя вопросами, с кем же на самом деле он уехал и куда. Ксения порадовала его согласием. Все-таки решилась в последний момент. Через неделю они уже будут бродить, взявшись за руки, по набережным Сены, пить кофе в крошечных забегаловках на бульваре Монпарнас, любоваться панорамой города с одной из платформ Эйфелевой башни…

Конечно, придется уделить какое-то время Альберту и его люстрам, учитывая, что клиент взял на себя большую часть его расходов и вдобавок намекнул, что если Ник надумает захватить с собой в качестве попутчицы какую-нибудь юную даму, то он со своей стороны будет только рад. «Вы еще очень молоды, друг мой. Вы должны весело проводить время. Когда вам будет столько же лет, сколько мне, и седые волосы, и больная жена, и сын-оболтус, и дочь на выданье, тогда вы сможете сказать: «Какие женщины? Дайте мне мягкий диван и пульт от телевизора». Но не сейчас, друг мой. Еще не сейчас». Да, со стариком придется повозиться, но, с одной стороны, он достаточно разумен для того, чтобы прислушиваться к мнению специалиста, а с другой – даже если выезжать на эту охоту за люстрами и прочей дребеденью в десять, как на работу, а возвращаться в семь, то все равно остаются еще вечера, и длинные ночи, и выходные…

Громко стуча каблуками по каменному полу (керамо-гранит, если быть совсем точным, разумеется, с подогревом), появилась Илона. В руках она держала свою красную кожаную сумочку, на ходу перетряхивая ее содержимое в поисках сигарет. Нашла. Бросила сумку на подоконник. Закурила нервно.

Ник продолжал читать.

– Кто перемыл всю посуду? – прозвучал вопрос, который его ничуть не удивил. – Опять ты? Олеська, сучка, ни черта не делает… Уволю паразитку…

Строго говоря, мытье посуды, как и ежедневная уборка всех помещений, входит в обязанности приходящей домработницы, но если Олеся уже ушла домой, а грязная посуда появилась снова, странно, не правда ли, оставлять ее в раковине до утра при том, что в квартире проживают не инвалиды, а нормальные взрослые люди.

– Я вымыл тарелку, вилку и нож. Только то, чем пользовался сам. Всю остальную посуду перемыла Олеся.

– Мог бы оставить… сколько раз тебе говорила… ей за это деньги платят…

Все остальное он пропустил мимо ушей, зная по опыту, что, если начать ей возражать, этот бессмысленный разговор будет продолжаться до глубокой ночи.

Изломав окурок в пепельнице, Илона налила себе чаю. Села боком к столу, положив ногу на ногу, поглядывая исподлобья на Ника. Ее рука с широким золотым браслетом и многочисленными золотыми кольцами быстро-быстро перемешивала ложечкой сахар, очевидно, согласуясь с каким-то внутренним ритмом – биением пульса или сменой прямо противоположных желаний…

– Сегодня, надеюсь, ты не очень устал на работе?

– Нет. А что? Ты хочешь предложить мне заняться перестановкой мебели? Или рвануть на ночь глядя в спортзал?

– Хочу поиграть с тобой в одну игру.

Минуту Ник молча смотрел в свою чашку, потом отложил журнал и перевел взгляд на Илону.

– Что за игра?

Можно было не спрашивать. Надменно вскинутая бровь, длинные отполированные ногти, барабанящие по краю стола… Жаждет крови? Несомненно. И уже готова привести в исполнение какой-то тщательно продуманный план.

Подтверждая худшие из его опасений, Илона протянула руку за сумочкой и, не вставая с места, выбросила на стол тяжелые стальные наручники. Не какую-то бутафорию из секс-шопа, а самые настоящие, какие защелкиваются на запястьях злодеев в финале полицейских боевиков. Ой-ой-ой!.. Ник театрально заслонил ладонью глаза. Не смеяться. Не смеяться.

– Обещаю не быть слишком суровой, если ты будешь послушным.

– Послушным? – Он все еще сражался со смехом, бьющимся ополоумевшей птицей где-то между грудной клеткой и гортанью. – Кого же я должен изобразить, чтобы поддержать твою игру? Нерадивого слугу? Провинившегося невольника? Я не возбуждаюсь от этого, Илона.

Она улыбнулась со стиснутыми зубами.

– Я не собираюсь тебя возбуждать. Я собираюсь указать тебе твое место.

– А… – Ник безучастно разглядывал лежащие между фарфоровыми чашками наручники. – Это другое дело.

Указать тебе твое место. Напомнить, кто здесь хозяин. Ах, моя драгоценная, как же ты это любишь… Но до ЭТОГО (он взял со стола наручники, взвесил их на ладони) дело пока не доходило.

– Ну что? – вызывающе спросила Илона, продолжая барабанить ногтями по дубовой столешнице. – Рискнешь или сдрейфишь?

– Ой, только не бери на понт, начальник, – протянул он с насмешкой в голосе.

Встал, ополоснул чашку, лишний раз обратив внимание на стерильную чистоту раковины и прямо-таки слепящий блеск всех без исключения хромированных деталей: ручек, подставок, крючков, полочек для специй, держателей для того-сего… Как на выставке. Олеська просто молодец.

– Итак? – Он повернулся к Илоне. – Каков сценарий? Ты собираешься указывать мне мое место здесь, на кухне? Или в ванной? Кстати, неплохая мысль… Если приковать меня за руки к этому новому немецкому полотенцесушителю, незабываемые впечатления мне гарантированы… Или в одной из комнат?

– Они гарантированы тебе в любом случае, – пообещала Леди Дракон, одарив его взглядом, от которого могла замерзнуть вода во всей отопительной системе. – Иди за мной. И захвати из кухни табуретку.

В гостиную? Нет, дальше… налево по коридору… ага, в спальню. Что ж, этого следовало ожидать.

– Ставь сюда. – Илона указала, куда именно. – Вплотную к спинке кровати. Теперь садись.

Он молча повиновался.

– Руки за спину.

Тут он все-таки фыркнул, чем привел в бешенство Илону.