Кикимора болотная - Людмила Милевская

— Да, — мечтательно закатывая глаза, воскликнула Маруся, —неужели где-то есть мужчины, ждущие своих женщин?

— Так же, как и мы их, — вздыхая, добавила Елена.

— На других планетах, — в тон им воскликнула я, и воцарилосьромантическое молчание.

Мы тщательно переваривали информацию. Нам было над чемподумать.

Звонок в дверь был подобен электрошоку. Мы вздрогнули,вскрикнули и бросились в прихожую.

— Это Ваня! — завопила Маруся и, растолкав всех, открыла.

На пороге топтался Пупсик. С тортом.

— Это я, — сказал он и отдался в женские руки.

Маруся выхватила коробку и потащила ее к столу разбираться,можно ли чем-то заесть горечь разлуки с Ваней.

Елена сыпала вопросами. Бедняжке почему-то Казалось, чтоПупсик знает о местопребывании ее Серенького.

Я топталась, выказывая всевозможные положенные знакигостеприимства.

Нас всех перекрывала Роза со своей лавиной упреков. Пупсиксразу же погрузился в бестолковую задумчивость, пытаясь вникнуть в смыслизвергаемых женой междометий. Розину мысль он никак не мог ухватить. И тутраздался новый звонок.

Маруся бросила торт и с визгом «Ваня!» устремилась вприхожую. Но ее ждало новое разочарование. Пришла Жанна мыть посуду.

— Вы еще не разошлись? — радостно изумилась она.

Лицо ее светилось тем светом, который излучают толькосчастливые влюбленные.

— Мы еще не собрались, — ответила я и повела ее в кухню.

По пути она заглянула к Саньке и виновато сообщила:

— Заснул, прямо в одежде.

— От этого еще никто не умер, — успокоила я ее. — Как прошлавстреча?

— На самом высшем уровне, — ответила Жанна, вновь приобретаяразвязность, усаживаясь на стул и забрасывая ногу на ногу. — Пиво есть?

— Есть шампанское.

— Охотно выпью. Дай сигаретку.

Этими словами она обычно предваряла подробный отчет о пылкомдвижении тел и душ, сгорающих в пламени любви. Выслушала я отчет и на этот раз,правда, в сильно усеченной форме, поскольку Маруся то и дело врывалась в кухню.

— Пойду переоденусь и примусь за посуду, — устало вздохнулаЖанна, расстегивая мою кружевную блузку. — Хочется выспаться, чтобы завтра неразочаровать будущую свекровь.

— Знаешь, — подумав, сказала я, — иди-ка ты лучше домой,посуду вымою я сама.

— Правда?

— Правда.

— Ой, спасибо! — обрадовалась она. — Сейчас сниму твоюдорогую одежду и побегу!

— Да ладно, беги так. Завтра, все завтра. Видишь, у менячерт знает что творится. Один Пупсик пришел. Остальные мужики куда-то пропали.

Но Жанну не очень волновали мои проблемы.

— Он сказал, что свадьба будет через месяц! — воскликнулаона, чмокнула меня в щеку и побежала.

— Куда спешите? — крикнула я ей вслед.

— Навстречу счастью! — рассмеялась она и хлопнула дверью.

Маруся, с набитым ртом и тортом на лице, вышла из гостиной.

— Вечеринка не удалась, — сообщила она, пережевывая торт. —Будем разъезжаться. Может, Ваня дома спит, меня не дождавшись.

— Да, поедем с Розой, ее Пупсик нас подвезет, — сказалаЕлена. Я растерялась.

— Как? Так быстро? Уже? Зачем же я тогда отпустила Жанну?

Мне совсем не улыбалось оставаться одной в пустой квартире сгорой грязной посуды и размазанным по столу тортом.

Подруги безжалостно толкали меня в лапы ожидания.Томительного, мучительного ожидания с всевозможными страхами и сердечной болью.

— Может, еще подождем наших мальчиков? — взмолилась я.

Елена пожала плечами и сказала:

— Поеду, пока есть попутчики. Маруся была более категорична.Она вбила себе в голову, что любезный Ваня крепко спит на ее диване. Мне неудалось ее переубедить. Пришлось прощаться. С похоронным видом мои подругиотправились по домам, а я уселась на диван грызть ногти.

Их переживания передались мне. Страшные картины рисовались вмоем воображении. Я уже видела своего Евгения лежащим в луже крови спроломленным черепом, с простреленной грудью, и с новой остротой вдруг поняла,как он мне нужен.

«Так можно сойти с ума!» — подумала я, взяла себя в руки иотправилась мыть посуду, часть которой неугомонная Маруся успела снести вкухню.

Но и там мне не было покоя. Из крана шла не вода. Из кранахлестала алая кровь моего Евгения, а я размазывала ее мочалкой по тончайшемуяпонскому фарфору. Бамсс! Тарелка выпала из рук и разбилась. Я очнулась ипришла в ужас.

Евгений, может, еще и жив, а тарелка моя уже погибла.

С этой мыслью я, забыв о фигуре, пошла доедать остаткиторта. Что-то хрустело на моих зубах. Я ругалась и мысленно советовала Розечаще мыть свой паркет…

Вдруг я услышала какие-то звуки.

Странные, скребущие звуки. Они доносились. из прихожей. Чтоэто?

Неужели тараканы? Идут ко мне от Старой Девы!

Меня бросило в жар. Может, это нервы?

Я прислушалась. За спиной никто не стоял и в затылок недышал. Звуки были совсем из другой оперы. И совсем не похожи на те, которыеиздают шевелящиеся на стене обои. Исходили они от двери. Скорей это было похожена слабое ковыряние ключом в замке!

Рой предположений пронесся в моей голове. Кто может ковырятьключом в моей двери? Да кто угодно, включая и злоумышленника, хотя ключи отквартиры есть лишь у меня, у Жанны и у Евгения.

Я опять прислушалась. Ковыряют!

Когда я дома, Евгений звонит. Жанна поступает так же. К томуже она давно спит…

Кто же тогда ковыряет ключом? И ключом ли? .Было страшно, ноя на цыпочках вышла в прихожую, приблизилась к двери и приложилась к «глазку».

Пусто. На лестничной площадке ни души. Но в замкепо-прежнему ковыряли. Вяло и неумело.

Ужас! Ужас!!!

К такому повороту событий я абсолютно не была готова. Коленимои задрожали, захотелось если не упасть, то хотя бы сесть, но я снова припалак «глазку». Лестничная площадка пуста, а в замочной скважине идет какая-торабота.

Что за чертовщина?

Страшная мысль внезапно обожгла меня.

«Санька!!!»