Коктейль ненависти - Борис Бабкин

– Он решил сбежать, – усмехнулся Петров. – Так, соберите вещи и деньги. На время уедем. Но Семена желательно убрать…

– Петр Александрович, – в комнату заглянул Таскин, – тут к вам гость пожаловал.

– Что за гость? – Петров вскинул руку с пистолетом.

Роман и Алла направили пистолеты на дверь.

– Да это я, – раздался насмешливый мужской голос. – Коркин.

– Кора, – облегченно выдохнул Роман. – Помнишь, я тебе говорил о Толике Коре? Он работает…

– Все нормально! – В комнату вошел рослый молодой мужчина. – С Михиным разобрались. Он глотнул по пьяному делу крысиного яда. В общем, я приехал сказать, что все в порядке. А это кто? – Он увидел тело худощавого.

– Да мой человек, – недовольно ответил Петров. – Я послал его за тем мужиком, и он узнал, что это мент.

– Все нормально, – усмехнулся Коркин. – Я и приехал, чтобы вам об этом сказать. Ну, с трупом, надеюсь, разобраться сумеете?

– Конечно, – ответил Роман. – Может, выпьешь? – Он достал из бара бутылку коньяка.

– Вечером заскочу, – пообещал тот. – Оставлю у вас помидоры? У матери на даче парник, и она дары природы уже вовсю собирает. А вечером заберу часиков в пять, ну, может, в шесть.

– Конечно, – кивнул Петр Александрович. – Помидоры отнесут в…

– Не надо их никуда относить, – улыбнулся Кора. – Они уложены в корзинку с какой-то травой, чтобы не испортились. Пусть постоят здесь, я сейчас принесу.

– Возьми и принеси, – кивнул Таскину Петров.

– Я сам, – возразил Кора. – И еще кое-что оставлю. Устроим вечеринку по большому счету. – Он вышел.

– А ничего мужичок, – усмехнулась Алла.

– У тебя одно на уме, – проворчал отец.

– Не боись, папочка, в подоле не принесу.

– Вот это уберите в холодильник, – сказал вернувшийся Коркин, – а корзина пусть постоит на кухне. Салат потом приготовим. А сейчас извините. В общем, я к пяти, а может, и раньше приеду. До встречи. – Коркин вышел.

– Такой муж мне подойдет, папуля? – улыбнулась Алла.

– Он плотно повязан, – сказал отец. – Жить и бояться, что милиция возьмет? Такой муж на хрен не нужен!

– Где Семен? – ворвался в дом Родионов.

– Тьфу ты! – Наталья испуганно вздрогнула. – Снова ты. Чего надо? Спит он. Напились как свиньи…

– Он жив? – перебил ее Сергей.

– Надеюсь, не умрет. Хотя…

– Никого чужих не пускайте. Да и знакомых тоже. Наташа, вы не будете против, если я у вас посижу?

Неожиданно вдалеке раздался мощный взрыв. В кухне вылетели оконные стекла.

– Господи! – ахнула Наташа, бросаясь в комнату, где играл сын. – Сережа, ты…

– Где это? – спросил Родионов.

– У Петровых, – посмотрела она в окно. – Горит-то как!

– Значит, защита вам не нужна, – пробормотал он. – Но завтра я приеду. Попросите Семена не пить.

– Он и с тобой не будет.

Родионов сел в машину. К объятому пламенем дому бежали люди.

– Да стойте вы, оглашенные! – попробовал остановить их бородатый мужчина. – Там же газовых баллонов полно и кислород для сварки! Рванет – мало не покажется.

Услышав его, Родионов обогнал бегущих, поставил машину на дороге, выскочил и выстрелил из пистолета вверх.

– Все назад! – закричал он. – Пристрелю любого, кто двинется!

– Кто это? – громко спросил кто-то.

– Ой, спасибо тебе, мил-человек, – подошел к нему бородач. – Вы куда, дурни, лезете? Рванет ведь!

И вновь ахнул мощный взрыв. Взрывная волна выбила стекла из домов, повалила заборы. Мелкие осколки застучали по крыше «десятки» Родионова. Люди ошалело смотрели на развороченный взрывом особняк.

– Господи! – ахнула какая-то женщина. – Ведь если бы не остановил нас этот бандюга с пистолетом, побило бы нас там.

– Да не бандит я, – сказал Родионов, – а капитан милиции. – Он показал толпе удостоверение.

– Спасибо тебе, сынок, – поклонилась ему пожилая женщина.

– Молодец, мент, – сказал мужик с наколками на руках. – А ведь в натуре убило бы всех. Вот это хреновина! Называется, я отсидел шестеру и вернулся к мамане. Спасибо, ментяра.

– Кто-то решил – зачем Михина убивать, когда можно Петровых, и все, никто ничего не скажет, – пробормотал Родионов.

К толпе на мотоцикле подъехал плотный старший лейтенант.

– Это участковый наш, – сообщил Родионову бородач.

– Какой он мужик? – спросил Сергей.

– Ежели честно, не очень. Тут зимой какие-то мусульмане жили. Видишь, дворец стоит за высоким забором. Так он там пасся, как бык на лужайке.

«Опачки! – мысленно отметил Родионов. – А говорил, что не знал никого из тех, кто там жил, в отпуске был».

– Но он же вроде как уезжал?

– Да вроде как да, – усмехнулся бородач. – Только недалече. Вместо него Степка был, брат его двоюродный. Тоже с теми чурками здоровкался постоянно. А ты взаправду милиционер?

– Взаправду, – рассмеялся Родионов.

– Здравствуйте, – подошел к нему старший лейтенант. – Участковый Дубинин. Ваши документы и разрешение на право ношения оружия. Вы стреляли. Понимаю, что этим спасли людей, но хотелось бы иметь подтверждение.

– Держи! – Родионов сунул ему под нос раскрытое удостоверение. – Устраивает?

– Извините, товарищ капитан! – Участковый отступил.

– Вы забыли представиться, старший лейтенант, – сказал Родионов.

– Так его, – одобрительно проговорила пожилая женщина, – а то совсем обнаглел.

– Старший лейтенант Апрасин. – Участковый предъявил удостоверение.

– Что это вас народ не жалует? – спросил Родионов. – Участковый – самая близкая и надежная власть в поселке.

– Послушайте, капитан, – понизил голос участковый, – вы не знаете, что такое поселок. Здесь народ совершенно другой. Зависть к хозяевам коттеджей, зависть на грани ненависти. Мужики пьют, пожилые бабки гонят самогон и…

– Хватит, Апрасин, – перебил Родионов. – Какого черта вы полезли в участковые с таким отношением к людям? На пушечный выстрел вас нельзя подпускать к такой работе. И я позабочусь, чтобы об этом узнали соответствующие службы.

Сергей специально сказал это. Если участковый имеет покровителя, то скорее всего он и есть оборотень, которого сейчас пытается найти ФСБ.

– Не получается у меня здесь служба, – выдохнул участковый. – Я надеялся, что меня в районный центр направят. А попал сюда. Я один на три поселка. Здесь сейчас еще дач понастроили, вот и ходишь как между молотом и наковальней. Поселковые терпеть не могут этих дачников, завидуют, ругают их. Может, и правильно. Местные живут в старых домах без удобств. Сейчас хоть газ провели…