Фальшивый папа - Екатерина Вильмонт

– Погоди, Аська, ты говоришь, что дверь была заперта?

– Я же уже сказала – заперта.

– А когда я заглядывала, она была открыта! Настежь!Значит, там был кто-то из этих сволочей и наблюдал, как она рыдает… Вот твари!Я не я буду, если не изловлю этого голубчика! – ярилась Мотька, глядя нажалкую, вконец раздавленную Иришу.

– Правильно! Это достойная задача! – горячоодобрила я намерения подруги. – Вот Ириша малость успокоится и всеподробно нам про этого своего Виталия расскажет.

Ириша подняла голову.

– Виталия? Почему Виталия? Он Степан.

– Это для тебя! А для других он – Виталий ПавловичЛюкин. А у Степана какая фамилия? Отчество? – поинтересовалась Мотька.

– Степан Мирчевич Чобану. Молдаванин.

– Ах, так вот откуда эта интонация… – ляпнула я.

– А ты его разве знаешь? – несказанно удивиласьИриша.

– Нет, я просто говорила с ним по телефону, когда онтебе звонил…

– Постойте, девчонки, так это про вас мне Митюшкарассказывал? Это вы сыщицы?

Мы с Матильдой скромно кивнули.

– И вы случайно тут оказались?

– Честно говоря, нет, – призналась я. – Неслучайно. Мотька, у нее интуиция очень развита, просто потребовала, чтобы мысюда приехали. Что-то ей неспокойно было. И не ошиблась…

– Но откуда вы… Вы за мной следили? Но почему?

– Брат у тебя – золотой парень! – выпалилаМотька. – Он о тебе давно беспокоится, специально о нас рассказывал, иальбом мы для тебя сделали – надеялись, что ты нам доверишься, ты ведь давночего-то боялась…

– Боялась, – вздохнула Ириша. – Но не думала,что такое возможно… Он же уверял, что любит меня, что специально за мной вМоскву приехал…

– Очень даже возможно, – перебила ееМатильда. – Ты ведь в Москве не прописана и вполне после такой историиможешь обратно в Новосибирск податься, ищи тебя тогда свищи!

– Сволочь! – проговорила Ириша. – Настоящаясволочь!

– Да уж, – согласилась я.

– Вот пойду сейчас в милицию и все им расскажу!

– А что толку? – охладила ее пыл Матильда. –Где они твоего Степушку искать будут? Да еще и тебя могут обвинить в соучастии!Нет, пока в милицию обращаться не надо. Попробуем сами его найти.

– Мотька, ты, по-моему, зря обещаешь. Где мы его искатьбудем?

– Есть одна идея, но я потом расскажу, когда обдумаювсе как следует. А сейчас надо Иришу домой проводить. Ты как, будешь своим всерассказывать?

– А как вы считаете? – робко спросила Ириша.

– По-моему, надо все как есть рассказать, –посоветовала я. – Тебе легче будет!

– Это правда… Да, я все им расскажу, им можно, они всетакие люди… И Лена, и Митюшка, и папа… А вот мама моя… с ней очень трудно… Онау меня экстрасенс, а я во все это не верю. Хотя мама мне говорила: уезжай котцу, тут вокруг тебя черное поле… А в Москве, можно подумать, белое!.. Ужтакая чернота, что хуже некуда! Господи, он же мне все время в любви объяснялся,говорил, вот поработаем вместе, денег наберем и уедем за границу. Он себе вкарман за два дня сто тысяч долларов положил… Конечно, он теперь уедет с такимиденьгами, и все, никто уже его не поймает…

– А он не говорил, есть у него заграничный паспорт? –спросила я.

Ириша задумалась.

– Он сказал, что мне надо сделать загранпаспорт, а ясказала, что для этого мне надо будет вернуться в Новосибирск, –припоминала она. – А он… он сказал, что ему тоже. Ему тоже надо вернутьсяв Новосибирск. Чтобы получить паспорт! Погодите, девочки, это он говорил, когдабыл трезвый! А когда мы были с ним в ресторане и он здорово поддал, тообмолвился, что в Новосибирск ему теперь дорога заказана!

– А что он там натворил? – спросила Мотька.

– Надо бы мне у Лиды выпытать все… Да, я решила –возвращаюсь в Новосибирск. Нечего мне в Москве делать, вернусь на старуюработу, меня всегда возьмут.

– А где ты работала? – полюбопытствовала я.

– Продавщицей в антикварном магазине. Мне казалось, такскучно старьем торговать. Какая же я дура была! Но теперь все, поумнела! Иучиться пойду, на исторический.

– И когда же ты думаешь уезжать? –заинтересовалась Мотька.

– Завтра. Чтобы не откладывать в долгий ящик. А топередумать могу, – улыбнулась она, и по этой улыбке было видно, что с жалостьюк себе она уже справилась, во всяком случае, в данный момент. – Обещаювам, девочки, в первый же день пойти к Лиде и допросить ее. С пристрастием! Яиз нее вытащу, что ей известно про этого… типа. И позвоню вам. Или еще лучшепапе на работу факс для вас пришлю.

– Папе? – испугалась я. – Ой, не надо!

– Почему?

– Потому что придется ему все рассказать, и нашему«Квартету» тогда хана. Лучше уж позвони.

– Ладно, детективки вы мои дорогие, что бы я без васделала!

– Слушай, Ириша, я вижу, ты уже оправилась, –заговорила вдруг Мотька. – Ты одна до дому доберешься? Глупостей ненаделаешь?

– Нет, теперь уж я ученая. Думаешь, я с собой покончуиз-за этого жулья? Много чести!

– Молодец! – похвалила Иришу Матильда.

Интересно, что у нее на уме? Почему она не хочет, чтобы мыпроводили Иришу?

– Ась, у тебя жетончик есть?

– Телефонный? Есть. А что?

– Позвони-ка сейчас Митьке, пусть встретит Иришу уметро.

– Не надо! Зачем? – запротестовала Ириша.

– Надо, очень даже надо! – командовалаМотька. – Иди звони, в подробностях не растекайся, нам с тобой спешитьнадо.

Я не стала спрашивать куда, ясно, что у Матильды родиласькакая-то идея.

– Алло, Митя, это я!

– Аська, ты? – обрадовался он.

– Мить, можешь через полчаса встретить Иришу у метро?

– Конечно, а что случилось? – встревожился он.

– Она сама тебе расскажет, а мне некогда!

– Ася! Ася! Погоди, не вешай трубку! Ты где?

– Около «Университета».

– Что-то случилось в «Марале»? Как ты там оказалась? Ссестрой все порядке? – засыпал он меня вопросами.

– Митяй, в двух словах: этот Люкин надул Иришу и ещеподставил. Но Мотька со своей интуитивной печенкой потащила меня туда, и мызастали Иришу в слезах. Но теперь она уже успокоилась. Все, пока!

И я повесила трубку, чтобы «не растекаться в подробностях».

Мы довели Иришу до турникета, вручили ей жетон, она ведьосталась без денег. Ириша пылко обняла нас, расцеловала и побежала кэскалатору.