Русская мафия желает познакомиться - Марина Серова

Сегодня мы ныряли втроем с Андреем и Максимом. Первые десять минут прошли без происшествий. Мы по очереди ушли в воду, потом сделали небольшой круг вместе. Максим махнул рукой в сторону зарослей кораллов, где резвилась стайка ярких рыбок. Конечно, они уже напуганы частыми визитами людей и, когда мы приблизимся, всполошатся и разлетятся в стороны, словно маленькие цветные молнии. Но посмотреть поближе очень хотелось.

Максим сделал джентльменский жест рукой, пропуская меня вперед как даму. Однако я, стараясь не выпускать Рогозина из виду, слегка отстала. Поэтому мы плыли в таком порядке: Максим первым, за ним Андрей, а я чуть правее и позади. Неожиданно Андрей повел себя странно – начал крутить головой, хвататься за свою дыхательную трубку и дергаться. Кажется, у него проблемы с подачей воздуха, – догадалась я. Резко всплывать с такой глубины нельзя, это неизбежно приведет к воздушной эмболии. А мы, как назло, отплыли далеко от нашего острова и не захватили с собой медика. Похоже, беда пришла, откуда не ждали. Нет, погибнуть я ему не позволю!

Все эти мысли пронеслись у меня в голове за долю секунды. Я подплыла к Андрею, знаками призвала его к спокойствию и протянула свою маску, внимательно следя, сколько вдохов он делает. Благодаря дотошности Максима, который заставлял нас отрабатывать оказание помощи друг другу, Андрей отреагировал быстро и правильно. Я показала ему, что мы сейчас начнем медленно всплывать, дыша из моего баллона по очереди. Внештатную ситуацию наконец заметил Максим и осведомился, нужна ли его помощь. Я сочла, что присутствие третьего в связке заставит Андрея нервничать и нарушит слаженность наших действий, поэтому предложила инструктору подниматься одному. Он мог двигаться свободнее и быстрее, чтобы встретить нас наверху на случай, если Андрею понадобится медицинская помощь.

Наконец все было позади. Мы благополучно всплыли, поднялись на борт, сбросили громоздкое оборудование и хорошенько отдышались.

– Вы себя хорошо чувствуете? – беспокоился Максим. – Позвольте мне осмотреть глаза и кожные покровы.

– Помогать мне надо было под водой! – неожиданно злобно набросился на парня Андрей. – Это была твоя обязанность, а не Евгении! Как и следить за оборудованием и заправлять баллоны дыхательной смесью – тоже твоя обязанность! Это же элементарно просто! Ты понимаешь, что чуть меня не угробил? Да за такое разгильдяйство я с тебя три шкуры спущу!

– Андрей, погоди! – попыталась вмешаться я.

– Нет, ты подумай, Жень! Признавайся, гад, ты это специально сделал? – продолжал кидаться на инструктора Рогозин.

– Простите, Андрей Викторович! Под водой я действительно немного растерялся, у меня подобная ситуация произошла впервые! Ничего ведь не предвещало! Пока вы были неопытным дайвером, я старался все время держать в поле зрения и вас, и баллоны – так, на всякий случай. Но вы не допускали ошибок, с Женей действовали слаженно, а у нее хорошая школа и навыки отработаны. Вот я и расслабился немного, а когда обернулся и увидел, что вы в беде, Евгения дала понять, что у нее все под контролем!

– Расслабился он, – передразнил Андрей. – Все под контролем должно быть не у Жени, а у тебя. Ты инструктор, и за оборудованием следить твоя обязанность!

– Погоди, Андрей, остынь немного! – снова попыталась вмешаться я, но потом поняла, что нужно не перекрикивать мужчин, а осмотреть оборудование, которое только что снял Андрей. Я молча склонилась над баллонами.

– Да, это моя обязанность, Андрей Викторович, – продолжал оправдываться Максим, – только у нас оборудование новое, без износа, и качество хорошее! Это вам не старые, латаные-перелатаные баллоны и трубки из дайвинг-центра, которым по десять лет, и от производителя с сомнительной репутацией. Наши баллоны не могли подтравливать! Дыхательной смесью я их заправил еще с вечера, когда готовил все к отплытию, и остальное оборудование было в порядке.

– Андрей, остынь наконец и посмотри сюда, – спокойным тоном предложила я и мрачно добавила: – Вероятно, это диверсия.

Датчик показывал почти полный уровень дыхательной смеси. А баллоны были совершенно пусты.

– Женя, ты в этом абсолютно уверена? – переспросил Рогозин голосом неожиданно спокойным, но жестким.

– Посмотри сам. Проверить, конечно, нужно, но я почти уверена, что это не случайность и не разгильдяйство.

– Андрей Викторович, если вы позволите, я займусь проверкой, – предложил инструктор.

– Займись, будь добр, – ответила я за Рогозина. – И еще, Максим, не болтай об этом, пожалуйста!

– О чем именно? – деловито уточнил парень.

– Обо всем! – сказали мы в один голос, а Рогозин добавил: – Не болтай о происшествии и о том, что ты оборудование проверяешь, понял меня? А если механик, который тебе с катером помогает, что-то видел, то вели ему тоже не болтать. И предупреди, что это мое личное распоряжение!

– Коля? Он обычно читает детектив какой-нибудь, когда мы погружаемся, и совсем не следит за временем. Но если заметит, скажу, что мы обнаружили сильное подводное течение, решили не рисковать и поднялись. Он поверит, он совершенно не разбирается в дайвинге.

– Ладно, – кивнул Андрей, – значит, выяснишь все и мне лично доложишь!

– Хорошо, а сейчас что делать? Будем возвращаться на остров?

– Понятно, что сегодня погружаться мы уже не будем. Вдруг окажется, что испорчены все комплекты. Кстати, их тоже проверь на всякий случай.

– Будет сделано. Значит, возвращаемся?

– Нет, – вмешалась я, – пока покатаемся немного по морю. Вернемся через несколько часов.

Максим кивнул и ушел куда-то в рубку.

– У тебя есть здесь что-то спиртное? – обратилась я к приятелю, который задумчиво смотрел на море.

– Кажется, коньяк был в баре каюты, может, виски какой или ликер.

– Сейчас найду что-нибудь подходящее. Потом поднимемся на верхнюю палубу? Есть разговор.

– Как пожелаешь, Женька, – после яростной вспышки на приятеля неожиданно навалилась апатия.

Солнце яростно светило, отбрасывая на волны миллионы зеркальных бликов, от сильного ветра звенело в ушах. Здесь можно было говорить без опаски, беседу не услышит ни одна живая душа.

Мы с Андреем устроились в шезлонгах и потягивали из бокалов коньяк. Никакой закуски для нас не нашлось, но она сейчас и не требовалась.

– Удивляюсь я тебе, Женька, – начал приятель, пока я подбирала слова, – после всего, что произошло, у тебя есть желание кататься. Ну и нервы, подруга!

– Нервы у меня действительно крепкие, – согласилась я, – без этого телохранителю никак. Только представь, клиенту угрожает реальная опасность, а я забилась в угол и трясусь от страха. Или теряю сознание при виде крови, как тургеневская барышня.

– Да, картина забавная. Никогда не видел, чтобы ты теряла присутствие духа.

– А еще я умею быстро принимать решения и воплощать в жизнь невероятные планы, – скромно добавила.