Русская мафия желает познакомиться - Марина Серова

– А что это за виски такой, с запахом миндаля, какой-то элитный сорт? Я не очень хорошо разбираюсь, решила, что в графине коньяк.

– Ты что-то путаешь, подруга. Не пах мой виски миндалем!

– Правда? – делано удивилась я.

– Да. Знаешь, как я его называю? Елизаветинский!

– Твоя жена любит крепкие напитки?

– Ни при чем здесь Лизка, – рассмеялся Андрей, – просто я так каламбурю. Этот односолодовый виски изготовлен в Шотландии, в Эдинбурге, на одном старом и хорошо зарекомендовавшем себя заводе. Он был разлит специально к дате коронации Елизаветы Второй в 1953 году, а через пятьдесят лет выдержки напиток окончательно разлили по бутылкам. Для них был придуман специальный дизайн – синее стекло, отделка золотом и серебром.

– Что, конечно, увеличило цену?

– Стартовая цена была порядка десяти тысяч долларов за бутылку, – скромно заявил приятель.

– Стартовая? – Я присвистнула.

– На выходе из этой партии получилось около двухсот шестидесяти бутылок. Их продавали в основном коллекционерам или членам специального клуба. Если сейчас этот виски попадает на рынок, он идет через аукцион коллекционного алкоголя. Там цена за бутылку может подниматься в разы.

– Значит, в курортном баре этот напиток не подают?

– Это было бы нерентабельно, он только для меня. Я не люблю деньгами сорить, не подумай чего. Купил партию по случаю, правду сказать. Представляешь, сидели в клубе в Эдинбурге, и меня слегка занесло, выпендрился перед коллегами. Перепродавать или коллекционировать не стал, это не мое. Поэтому делаю с виски то, для чего он предназначен – пью потихоньку. Тебе нужно тоже как-нибудь попробовать, хотя бы просто из интереса. Там такая ярко выраженная нота дымного аниса с изюмом, и послевкусие замечательное. Теперь этот дорогущий виски у меня всегда будет ассоциироваться со скромной девушкой по имени Галина, – вдруг добавил Андрей.

Оставлять приятеля одного в таком подавленном настроении я не рискнула. Мы еще немного посидели у водопада, потом неспешно прогулялись по лесу. Андрюха вспоминал Галину и настойчиво выспрашивал, приходилось ли мне терять дорогих людей. Что приходилось, он понимал и сам, только сетовал на умение некоторых женщин хранить свои секреты и не допускать к ним никого, даже близких друзей. Я загадочно улыбалась и никак не комментировала эти размышления.

После прогулки мы решили немного освежиться и поплавали в море, потом нашли Елизавету, тетю Милу и отправились ужинать большой компанией. Вечер прошел, как говорили раньше в официальных новостях, в теплой, дружественной обстановке – несмотря на давнишние матримониальные претензии тети Милы и возможное недовольство Лизы, что у нее опять отнимают внимание мужа.

* * *

Весь вечер и следующий день я анализировала наш разговор. Казалось бы, откровенный рассказ Рогозина должен был все прояснить, но, как оказалось, он только добавил вопросов.

Будем отталкиваться от фактов. Пункт первый – вероятнее всего, напиток был отравлен. Я слышала явный запах миндаля, а Рогозин уверял, что виски имеет анисовый букет с ноткой изюма. Так что можно считать это фактом, недоказуемым для полиции, но у меня не вызывающим сомнения. Пункт второй – кто-то уничтожил улику, избавился от виски и вымыл графин, стирая отпечатки. То есть он опасался, что его могут начать искать. Значит, что сейчас он находится на острове – это можно смело считать пунктом третьим. С момента смерти Галины остров никто не покидал; следственную группу, которая приехала и уехала, я, разумеется, в расчет не беру. Никто из группы к графину не прикасался, сама видела.

На этом ясность заканчивалась, начинались предположения. Если отравленный напиток находился в комнате Галины, значит, избавиться хотели именно от нее, мы с коронером ошиблись, а девушку все же отравили. Или произошла нелепая случайность, а виски с ядом предназначался для Андрея? Но тогда выходит, что для злоумышленника любовные похождения Рогозина не тайна, а он был так уверен в ее сохранности. Значит, Андрей до сих пор в опасности, потому что отравитель, без сомнения, находится где-то на острове.

Возможно, что Андрей Рогозин и сам избавился от надоевшей любовницы, организовал себе неоспоримое алиби благодаря нашим совместным погружениям, а окончательно отвести подозрения от своей особы решил с помощью отравленного виски. Он мне, конечно, друг, и верить в подобное не хочется, но как профессионал я обязана рассмотреть все варианты и опираться в расследовании исключительно на факты.

Во всей этой истории было ясно одно: тело погибшей девушки тоже является уликой и может дать ответ, умерла Галина от яда или погибла по другой причине. Проблема только в том, что австралийские полицейские уверены в естественной смерти. Коронер не сомневался, что девушку убил инсульт. Значит, вскрытие проведут, но никто не станет делать токсикологические пробы. Нужно переубедить коронера. Пожалуй, пора мне навестить город Дарвин и его полицейское управление.

Дарвин является основным портом Северной Австралии и столицей Северной территории. Многие считают, что его до сих пор обходит стороной цивилизация. По крайней мере, в нем живы древние традиции аборигенов. Но большинство построек в городе относится к восьмидесятым годам, после цунами 1974 года Дарвин был построен практически заново. Там есть что посмотреть любопытному туристу – красивейшие исторические места и национальные парки, казино, яхт-клуб, скала Ноланджи, крокодиловая ферма, Национальный парк какаду и многое другое.

Сегодня, однако, мне было не до красот и достопримечательностей, я торопилась вернуться как можно быстрее. Правда, с транспортом проблем не возникло – для моей поездки Рогозин любезно выделил вертолет. Но поскольку вблизи полицейского управления не нашлось ни одной вертолетной площадки, мне пришлось взять такси.

Разыскать коронера по имени Пит Далтон было несложно, особенно для такой настойчивой девушки, как я. Он производил вскрытие на своем рабочем месте, в морге, и был порядком удивлен, что мне, гражданскому человеку и иностранке, удалось пройти дальше комнаты ожидания. Я с улыбкой заверила его, что могу проникнуть в более тщательно охраняемые места. После обмена приветствиями и любезностями мы уединились в небольшой пристройке к ординаторской. Мистер Далтон любезно предложил мне отведать кофе по-австралийски, и только после этого я решила приступить к разговору, ради которого приехала.

– Вас, наверное, удивил мой визит, мистер Далтон? – начала я.

– Не стану скрывать, Юджени, очень. Но если вы добрались до нашего материка с необитаемого острова, значит, откладывать визит было нельзя.

– Лукавить не стану. Я к вам с просьбой, мистер Далтон.

– Это по поводу девушки? Официального заключения еще нет, но вскрытие я закончил. И что могу сказать? Инсульт в таком возрасте крайне редок, но, похоже, что это именно он. Я собирался завтра звонить вашему шефу, Рогозину. Кстати, странно, что юрист компании обременил себя личным визитом в полицейское управление, достаточно простого телефонного звонка, а документы можно отправить факсом или курьерской службой.