Нет орхидей для мисс Блэндиш - Джеймс Хедли Чейз

– Только, кажется, это мне никак не пригодится.

– Как сегодня дела? – Он поспешно сменил тему. – Есть что-нибудь новенькое?

– Так же, как и вчера. – Она присела на краешек стола.

– В таком случае ясно, что ты смертельно устала, – усмехнулся он. – Ну, ничего, что-нибудь обязательно подвернется.

– Ты говоришь это уже в течение месяца. – Голос ее звучал обеспокоенно. – Мы больше так не можем, Дэйв. Опять звонили из мебельного, просили уплатить третью часть кредита за мебель, грозя, что иначе все заберут обратно.

Феннер оглядел обстановку.

– Ну что ты скажешь. Ни один человек в здравом уме не захочет вернуть это барахло.

– Может, ты не расслышал? Я сказала, что завтра надо платить, иначе у нас не будет мебели. На чем я буду сидеть? Феннер испуганно взмахнул руками.

– Как, неужели они заберут и ЭТО?

– Дэйв Феннер! Ты можешь быть серьезным хотя бы минуту?! Если не найдем до завтра сто долларов, придется закрыть контору.

Феннер вздохнул.

– Деньги! А сколько там у нас осталось?

– Десять долларов и пятнадцать центов.

– Так много?! Так мы богаты! Вон, видишь, напротив парень, у него вообще нет крыши над головой.

– Чему ты радуешься?

– Ну, например, тому, что у нас нет долга в банке.

– Вот уж это не твоя вина, верно? Ты делал все возможное, чтобы тебе дали в долг, но они не захотели.

– Ты права. – Он осуждающе покачал головой. – Они почему-то не верят мне.

– Нет, – саркастически хмыкнула Пола, – они просто не хотели огорчить тебя. – Она поправила локон. – Я начинаю думать, стоило ли нам открывать дело. Ты неплохо зарабатывал в “Трибюн”. Идея открыть частное агентство вряд ли оправдает себя.

– Зачем же ты уволилась и пришла сюда? Я предупреждал, что какое-то время будет тяжело, но ведь тебя не остановил бы даже выстрел!

Пола улыбнулась.

– Может быть потому, что я люблю тебя.

– Ради бога, не начинай все снова, – застонал Феннер. – Не добавляй мне забот, их и так достаточно. Почему бы тебе не поумнеть, дорогая? С твоим лицом и фигурой можно подцепить миллионера. Зачем тратить время и талант на такого неудачника, как я? Хочешь, я кое-что скажу тебе? Мой дедушка был банкрот, отец – нищий, дядя сошел с ума от голода. Это наследственное, понимаешь?

– Когда ты женишься, Дэйв?

– Напомни мне посоветоваться с оракулом. – И торопливо добавил:

– Слушай, а почему бы тебе не пойти домой? От безделья у тебя возникают нездоровые мысли. Я даю тебе выходной, сходи в парикмахерскую.

Пола поникла головой.

– Почему бы тебе не потолковать с Рискиндом? Ты же был у него лучшим репортером, ему, наверно, не хватает тебя, он с удовольствием возьмет тебя обратно. Поговори с ним, а, Дэйв?

– Дело в том, что он не захочет меня видеть, так как перед тем как уйти, я обозвал его бессердечным, безмозглым и двуличным. Я наговорил ему такого, что навсегда потерял его расположение.

Внезапно в приемной раздался звонок.

– Возможно, кто-то не смог дозвониться нам по телефону, ведь мы не оплатили последний счет, помнишь?

Пола вышла, закрыв за собой дверь, и через две минуты вернулась с горящим от возбуждения лицом.

– Смотри, кто пришел! – Она положила перед ним визитную карточку.

Феннер прочитал имя и изумленно поднял глаза на Полу.

– Джон Блэндиш! Сам?

– Он хочет тебя видеть.

– Ты уверена, что это он, а не кто-нибудь за него?

– Точно он.

– Так что же ты ждешь?! Немедленно сюда его, быстрее, детка!

Пола подошла к двери и открыла ее:

– Мистер Феннер освободился, мистер Блэндиш. Вы можете войти.

Пропустив Блэндиша в кабинет, она вышла, оставив мужчин одних.

Феннер встал. Вопреки его представлению, Блэндиш оказался чуть выше среднего роста и по сравнению с широкоплечей фигурой детектива выглядел даже меньше ростом, чем на самом деле.

Но глаза его выдавали незаурядность, выражали сильную волю и властность миллионера. Эти глаза говорили о том, что ему пришлось многое преодолеть на пути к богатству.

Пожимая руку Феннеру, Блэндиш окинул его быстрым оценивающим взглядом.

– Я думаю, вы тот человек, Феннер, который мне нужен. У меня для вас предложение. Мне говорили, что вам многое известно о гангстерах, и есть связи в преступном мире. Может быть, только вы и сможете выйти на похитителей.

– Вы правы. Но ведь вашу дочь похитили три месяца назад, трудно будет найти следы.

– Я знаю. – Блэндиш достал портсигар из свиной кожи и выбрал сигару. – Я предоставил ФБР заниматься этим делом, но они так и не нашли ее. Я говорил с ними, говорил с полицией, и капитан Бреннан посоветовал обратиться к вам. Еще он сказал, что будет содействовать вам во всем, если возьметесь за мое дело. Итак, если вы заинтересованы, я плачу вам три тысячи сейчас. Если найдете их, получите еще тридцать тысяч. Согласны?

Феннер посидел некоторое время, оглушенный суммой, потом взял себя в руки и кивнул.

– Я попытаюсь, мистер Блэндиш, но за результат не ручаюсь. ФБР отлично работает, и если уж они не смогли найти похитителей, то я навряд ли добьюсь успеха. Но попытаться могу.

– Когда думаете начать?

– Видите ли, это я давал полосу о похищении вашей дочери, как раз перед моим уходом из газеты. У меня сохранились все подробности этого дела, и я для начала изучу их хорошенько.

Одно меня настораживает в этом деле. Я знал обоих: и Райли, и Бэйли. По долгу службы приходилось сталкиваться с ними. Так вот, это мелкие воры, и просто удивительно, что они решились на такое опасное дело. Никак не вяжется с ними. Самое большое, на что они были способны, это ограбить небольшой банк. Тем не менее они решились, это факт. Но я спрашиваю себя: как они могли бесследно раствориться потом? Почему деньги из выкупа нигде не появились? На что они живут, если не тратят эти деньги? У Райли есть подруга – Анна Борг. В ФБР часами допрашивали ее, но безуспешно.

Я знаю, что Райли по ней с ума сходил, и вдруг бросает ее, исчезает, как будто и не существовал в ее жизни. Он помолчал и добавил:

– Я немедленно встречусь с Бреннаном, мистер Блэндиш. Посмотрю внимательно все дело, не упуская малейшей детали. Через пару дней скажу вам, есть ли у меня надежда найти этих людей. – Он испытующе посмотрел на Блэндиша. – Вы просите найти похитителей, а не свою дочь, вы думаете…

Лицо Блэндиша окаменело.

– Я уверен, что ее убили. Для меня невыносима даже мысль, что она жива и до сих пор в руках этих людей. Нет, ее больше нет. – Он достал чековую книжку и выписал чек на три тысячи. – Итак, через два дня.